— Я вам ничем не обязан, — ответил скваттер резко, — жизнь, которую вы мне спасли, вы же хотели отнять у меня. Мы квиты.
— Дочь моя! Отдайте мне мою дочь!
— А где моя дочь? Где моя Эллен? Отдайте мне ее, может быть, тогда я соглашусь отдать вам вашу.
— Ее нет с нами, клянусь вам, Красный Кедр, что она уехала, чтобы присоединиться к вам.
— Ложь! — завопил разбойник. — Это ложь!
В этот миг донья Клара, за движениями которой не наблюдали, воспользовалась тем, что скваттер перестал следить за нею, и решительно бросилась в воду.
Но при шуме, вызванным ее падением, Красный Кедр обернулся и с яростным криком нырнул вслед за нею.
Тогда охотники стали стрелять в разбойника. Но он, точно заколдованный, с сардонической усмешкой отклонял голову перед пулями, падавшими в воду вокруг него.
— Ко мне! — кричала молодая девушка прерывающимся голосом. — Отец! Валентин! Ко мне! Спасите!
— Вот я, — отвечал дон Мигель. — Мужайся, дитя мое, мужайся!
И поддаваясь только отцовскому чувству, дон Мигель ринулся вперед.
Но по знаку Валентина Курумилла и Орлиное Перо удержали его, несмотря на усилия, которые он предпринимал, чтобы вырываться.
Охотник схватил нож в зубы и бросился в реку.
— Приди, отец мой! — повторяла донья Клара. — Где же ты? Где же ты?
— Я здесь! Я здесь! — отвечал дон Мигель.
— Мужайтесь! Мужайтесь! — кричал Валентин. Охотник сделал отчаянное усилие, чтобы приблизиться к девушке. Два врага очутились лицом к лицу посреди бушующих волн Рио-Хилы.
Забыв всякое чувство самосохранения, они бросились друг на друга с ножами.
В этот миг страшный шум, похожий на грохот целого артиллерийского дивизиона, послышался в недрах земли. Ужасный толчок потряс всю равнину, и река с непостижимой силой потекла назад в свое русло.
Красный Кедр и Валентин, захваченные громадным водоворотом, образовавшимся от страшного сотрясения, кружились несколько секунд, отброшенные друг от друга, а между ними зияла бездонная пропасть.
В эту минуту послышался неистовый крик.
— Вот! — заревел Красный Кедр. — Я говорил, что отдам тебе дочь только мертвой. Приди ее взять!
И с дьявольским смехом он вонзил нож в грудь доньи Клары.
Бедная девушка упала на колени, сложила руки и, испуская дух, проговорила в последний раз слабеющим голосом:
— Отец мой! Отец мой!
— О-о! — воскликнул дон Мигель. — Горе! Горе! — И повалился без чувств на землю.
При виде гнусного убийства Валентин, понимая свое бессилие, мог только с отчаянием ломать руки.
Курумилла навел свое ружье и раньше, чем Красный Кедр, выбравшись на берег, мог пустить галопом свою лошадь, выстрелил. Но пуля, плохо направленная, не настигла бандита, издавшего торжествующий крик и умчавшегося во весь опор.
— О! — воскликнул Валентин. — Клянусь, что я убью это чудовище!
Толчок, о котором мы говорили раньше, был последним всплеском землетрясения. Чувствовалось еще несколько колебаний, но уже едва заметных, точно земля старалась прийти в равновесие, на минуту потерянное.
Апачи, унесенные своими пирогами, были уже далеко;
пожар потухал, не находя пищи в этой стране, разрушенной и затопленной волнами реки.
Несмотря на помощь, оказанную друзьями дону Мигелю, он не приходил в себя.
Генерал подошел к охотнику, мрачному, задумчивому, стоявшему, опираясь на ружье, с устремленными вдаль глазами.
— Что же мы стоим на месте? Почему не преследуем этого негодяя?
— Потому, — отвечал Валентин грустным голосом, — что прежде всего надо отдать последний долг жертве. Генерал поклонился.
Час спустя охотники предали земле тело доньи Клары. Дон Мигель, поддерживаемый сыном и генералом Ибаньесом, плакал, горестно склонясь над могилой, скрывшей в себе его дитя.
Когда индейские вожди засыпали могилу и навалили на нее громадные камни, чтобы дикие животные не осквернили ее, Валентин, взяв руку своего друга и с силой сжимая ее, сказал:
— Дон Мигель! Женщины плачут, мужчины мстят!
— О, да! — вскричал асиендадо с нечеловеческой энергией. — Месть! Месть!
Но — увы! — крик этот, вырвавшийся из его груди над только что зарытой могилой, прозвучал без ответа.
Красный Кедр и его товарищи скрылись за бесчисленными изгибами реки.
Много дней должно будет пройти, пока наконец настанет желанный час мести!
Бог, пути Которого неисповедимы, не сказал еще: довольно!
Быть может, Он приготовил Красном Кедру достойное наказание!
Примечания
1
Чимборасо — потухший вулкан в Андах на территории Эквадора, покрытый вечными снегами.
2
помесь волка и ньюфаундлендской собаки
3
Гамбусинос — старатели на золотых приисках, авантюристы.
4
Асиендадо — владелец асиенды, как в Мексике называют поместья и фермы.
5
Клянусь телом Господним! (исп.)
6
Черт побери! (исп.)
7
Воинственные индейцы (исп.)
8
Черт возьми! (исп.)
9
Слава Богу ! (исп.)
10
Черт побери! (исп.)
11
Ей-богу! (англ)
12
Тысяча чертей! (исп.)
13
Ах, черт (исп.)
14
Сьерра-Мадре — горная гряда в составе Кордельер, проходящая через всю Мексику.
15
Приятель (исп.)
16
Сашем — вождь у некоторых индейских племен.
17
Сарапе — шерстяной плащ ярких цветов, мексиканская национальная одежда.
18
Rangers (англ.) — скитальцы, бродяги.
19
Теокали — религиозные и культовые постройки ацтеков.
20
Анауакское плоскогорье — долина Мехико, на территории которой некогда располагалась могущественная империя ацтеков.
21
Нинья — малышка, ласковое обращение к девушке.
22
Глашатай (индейск.)
23
индейцы имеют обыкновение вместо того, чтобы хоронить мертвых, предоставлять им разлагаться и сохнуть в солнечных лучах
24
Хижина врачевания — хижина для ритуального очищения, изгнания злых духов, являющихся, по верованиям индейцев, причиной всех болезней и несчастий.
