выйти («Медвежатник»).
8. Не презирать рабочих людей («Бронксская история»).
9. Не отрицать возможности психотерапии («Анализируй это»).
9 ОБЫЧНЫХ СИТУАЦИЙ ИЗ ВАШЕЙ ЖИЗНИ, КОТОРЫЕ СТАНУТ НА 40 % ИНТЕРЕСНЕЕ В ПЕРЕСКАЗЕ МОРГАНА ФРИМАНА
1. Вы чистите зубы.
2. Вы стоите в очереди в магазине.
3. Вы едете на такси.
4. Вы проверяете электронную почту.
5. Вы мастурбируете.
6. Вы стоите на перекрестке, дожидаясь сигнала светофора.
7. Вы притворяетесь, что слушаете парня, с которым на самом деле не желаете разговаривать.
8. Вы спите.
9. Вы читаете книгу, в которой есть глава, которая заканчивается списком ситуаций из вашей жизни, которые станут на 40 % интереснее в пересказе Моргана Фримана.
28. Когда Майкл Б. Джордан по-настоящему разбил вам сердце?
Это происходит непосредственно перед последним раундом финальной схватки в фильме «Крид: Наследие Рокки». Майкл Б. Джордан, который играет Адониса «Донни» Крида, внебрачного сына Аполло Крида, сидит на табурете в углу ринга. Перед ним стоит Сильвестр Сталлоне, Рокки Бальбоа, который в этой схватке тренер Донни. В другом углу ринга — Рики Красавчик Конлан, чемпион мира в полутяжелом весе, настолько талантливый боксер, что он ни разу не был нокаутирован за все тридцать шесть профессиональных боев (только оказался в нокдауне). Они с Донни дерутся за титул действующего чемпиона. Предыдущий раунд с Рики для Донни был сущей бойней.
Конлан столько раз пробил ему слева, что у Донни распухла вся левая сторона лица — даже глаза не видно, он вообще больше не похож на человеческий глаз. Выглядит так, словно лицо слева оплавилось, словно это лицо Джеффа Голдблюма после финальной трансформации в муху. Словно это не травма спортсмена, а боевая рана — она и есть, потому что схватка Донни и Конлана переросла в войну.
Рокки спрашивает Донни, в порядке ли он. Тот отвечает, что да, но при этом смотрит на Рокки так, что понятно — на самом деле он до смерти напуган. Тридцать лет назад Рокки стоял в углу Аполло Крида, когда тот дрался с Иваном Драго и был убит на ринге. Он смотрит в здоровый глаз Донни, видит его страх и говорит: «Я остановлю бой». Донни кричит: «Не надо!» — и, прежде чем Рокки успевает возразить, к ним подбегает рефери. Он требует, чтобы врач оценил состояние Донни — может ли тот продолжать драться? Не без помощи парня, который обрабатывает его раны, Донни удается обмануть врача[322], и когда доктор уходит, Рокки, который видит, как глазница боксера опухает с каждой секундой, снова пытается вмешаться. «Я должен был остановить бой твоего отца, — убеждает Рокки, — я остановлю этот бой!»
Донни снова возражает, но на этот раз он уже не кричит, он умоляет Рокки: «Нет! Дай мне закончить!» — в этих словах внезапно ощущается накопленная боль двух десятилетий. И спустя мгновение: «Я должен доказать!» Рокки сбит с толку, но не отрывает от Донни взгляда: «Что доказать?» Сделав несколько тяжелых вдохов, собрав в кулак все силы, Донни отвечает: «Что я не ошибка».
Рокки совершенно потрясен. Он осознает то, что до этого момента существовало лишь в сознании Донни: Крид вовсе не боится схватки, не боится Конлана, не боится даже проиграть. Он боится, что все то, что он твердил себе до сих пор — что у него нет права на свое место в мире, что он недостаточно силен, чтобы нести на плечах бремя наследия, от которого бегал всю жизнь, что он «ошибка», как он сам описывает себя, — все это окажется правдой. Рокки поражает, что именно эти мысли терзали Донни. Он не понимает, что ответить. А Донни, впервые высказавшего это вслух, переполняют эмоции.
Рокки смотрит в лицо Донни и узнает этот страх: с таким же столкнулся он сам в «Рокки 3». И, подобно тому, как сделал это в «Рокки 3» Аполло Крид (после смерти Микки), Рокки выдает одну из тех знаменитых мотивационных речей, которые всегда делают фильмы этой франшизы более эмоциональными, чем можно ожидать. От слов Рокки Донни переполняют сила, энергия, отвага, честь и, что самое важное, яростный огонь. Донни рычит, что он вырубит Конлана, Рокки говорит ему «Я люблю тебя», Донни обретает титановую мощь, звучит гонг, Донни вскакивает, играет основная музыкальная тема «Рокки» — и начинается последний, двенадцатый раунд.
Сцена длится минуты две, но это поистине шедевр. Сталлоне в ней великолепен. Тесса Томпсон (она играет Бьянку, девушку Донни) — великолепна. Тони Белью (Красавчик Рики) — великолепен. Даже доктор, который проверяет Рокки, сыграл блестяще[323]. Но Майкл Б. Джордан — просто космический. Джордан — ни малейшего сомнения — выдает представление века, эмоция за эмоцией, и это выглядит естественно, искренне. Он был рожден, чтобы сыграть Донни, потому что Донни — осторожный, немного нахальный, хладнокровный, очаровательный, втайне неуверенный в себе, проницательный, ведущий глубоко внутри борьбу с самим собой — это именно тот тип характера, который Джордан создал, сыграл и овладел им полностью. Он проделывал это многократно, он играл парня, который придуман именно для того, чтобы разбить вам сердце. Так что вот он, мой вопрос
.
Когда Майкл Б. Джордан по-настоящему разбил вам сердце?
В истории кино таких моментов могло быть предостаточно.
Может, это было в сериале «Огни ночной пятницы», когда, после того как его мать пыталась покончить с собой, он вопрошает: «Почему ты так хочешь оставить меня в одиночестве?» Он действительно исключительно исполнил роль Винса Ховарда — подающего надежды квотербека, который просто хочет, чтобы у него был кто-то близкий, кто любил бы его и заботился о нем. Он появляется на экране в течение двух сезонов, и самое яркое — это сцена, когда он находит мать после передозировки, везет в больницу и со слезами на глазах выдает длинную речь о том, что не готов отпустить ее, что она нужна ему и что временами ему хочется не быть единственным нуждающимся в любви. (Два других прекрасных момента с Винсом — когда просит тренера Тейлора не уходить и когда он взорвался в кабинете тренера тирадой о людях, которые ждут, что он, Винс, будет лучше. В завершение он сознается, что понятия не имеет, как быть таким человеком, потому что у него не было отца, который показал бы ему достойный пример. Очень трогательный момент и, вероятно, второй лучший монолог «Моего отца не было рядом», когда-либо произнесенный персонажем в кино — сразу после шедевра «Как он может не хотеть меня, чувак?» от Уилла Смита из четвертого сезона
