— Привет, детка, — поздоровался он и улыбнулся.
Мать твою! Да он в бешенстве!
Я сглотнула, после чего ответила:
— Рада тебя видеть.
— Да неужели? — елейным голосом отозвался он.
— Ты мой самый почетный гость.
— Как всегда лжешь, — вздохнул Олег и шагнул навстречу мне. Я рефлекторно отступила назад. Его это развеселило.
Он протянул руку и забрал из моих пальцев сигарету, после чего блаженно затянулся.
Уф, кажется, пронесло. Я расслабилась. Повернулась, чтобы уйти.
Но Олег не позволил.
Блондин, схватив меня за запястье, вывернул руку под таким углом, что мне пришлось согнуться. Затем он сделал подсечку, и я оказалась прижата щекой к холодному полу.
— Я разве сказал тебе идти? — тихо произнес он.
Я не ответила.
Он наступил своим громоздким черным ботинком мне на правую кисть, когда я попыталась подняться. Я стиснула зубы, чтобы не заорать от боли и доставить тем самым удовольствие ублюдку.
— Или я сказал тебе подняться? — Палач слегка надавил носком ботинка на пальцы.
Хрустнули суставы. Слезы заструились по щекам.
— Нет, — пискнула я. И в этот момент я отчаянно ненавидела себя за свою слабость. За то, что должна унижаться перед ним. — Зачем ты пришел?
— Вопросы здесь задаю только я, — вкрадчиво произнес он, после чего приказал:
— Вставай.
Я с трудом поднялась. Я не могла пошевелить указательным и средним пальцем на правой руке. Если он сломал их — скоро появится отечность. Я стояла и разглядывала травму, проклиная про себя Палача.
— Дай посмотрю. — Он бесцеремонно завладел моей рукой. — Всего лишь вывихи. Кости целы.
— Звучит утешительно, — неожиданно для себя самой, рассмеялась. — Теперь я знаю, как себя чувствует блинчик.
— Дура. — Покачал блондин головой. — Да еще и пьяная. И как с тобой разговаривать? Пошли.
— Только не сюда! — пискнула я. Но слишком поздно. Мы вошли в гостиную. Олег с мрачным видом несколько минут разглядывал царивший в ней погром. Затем, развернулся ко мне и спросил:
— Что здесь делал демон?
— Ну, как тебе сказать? Приходил на чаепитие, — съязвила я.
— Шутить изволишь со мной? — Он схватил меня большим и указательным пальцами за подбородок и сжал.
— Ты мне челюсть сломаешь, — пробормотала я. Олег немного ослабил нажим. У него много силы, но иногда он не в состоянии контролировать ее. Я не в первый раз замечаю: подобную несдержанность и агрессию так открыто он проявляет только ко мне. Палач никогда не показывает свои истинные эмоции и чувства. Особенно на людях. Но я…
Я исключение из правил. Почему же он так ненавидит меня?
Я улыбнулась. Сегодня мне вообще безумно хотелось улыбаться.
Забавно, а ведь я тоже питаю к нему отнюдь не дружеские чувства. Если у меня бы было достаточно сил, если бы я смогла переступить через саму себя, через собственные моральные устои — я бы убила его. Без промедления.
Уголки губ вновь поползли в разные стороны. И я не могла ничего с этим поделать. Наверное, я схожу с ума.
Палач настороженно замер, словно пес, почуявший, что что-то не так. Какое-то время он в упор смотрел на меня, а потом произнес:
— Кажется, я предупреждал тебя на счет шуточек?
— Прости, забыла, — выдохнула я. — Ты же знаешь, у меня проблемы с памятью.
— У тебя не с памятью, а с мозгами проблемы, — хмыкнул он.
«Чья бы корова мычала» — произнесла про себя. Вслух же благоразумно промолчала.
Улыбка, больше похожая на оскал хищника, отразилась на его совершенном лице. Что он задумал?
Я судорожно сглотнула. Пальцы Олега сместились с подбородка на шею, туда, где пульсировала тонкая жилка, пробежались по ключицам легкими прикосновениями, от чего вампирский укус вспыхнул, а низ живота наполнился приятной тяжестью.
Не нравится мне все это. Я итак после ночи со Скилефом чувствую себя последней шлюхой.
— Ты красивая, — прошептал он. Когда-то я слышала эти слова. Но вот кто мне их говорил? — Даже слишком. Жаль будет портить такую красоту. Расскажи мне о демоне, детка.
Я внутренне похолодела. Как вообще он догадался о том, что здесь был демон?! Ведь даже запах пепла выветрился.
Я судорожно сглотнула и стала рассказывать. Начала с того момента, как по велению Мирона отправилась грабить Изольду Марковну, как на меня напали два китайских демона Ши-цзы. О том, что оказывается я чародейка и у меня есть фамильяр — демон-лис кицунэ, живущий в нэцкэ. В доказательство я продемонстрировала ему статуэтку. О том, как напали големы старухи, и Призрак яростно сражался с ними.
Я рассказала ему обо всех «приключениях» опуская моменты, связанные с Ионом или Скилефом. Я чувствовала, что Олег на дух не переносит вампира, а Скилеф… Что ж, думаю, он не слишком обрадуется, если узнает о моем близком общении с этим искусителем. А уж про сделку связанную с моей душой я вообще молчу. Как это так: любимая игрушка Палача больше не его собственность?!
Блондин некоторое время с хмурым видом разглядывал меня, после чего спросил:
— Что ты делала в «Триаде» первого сентября? И не надо мне рассказывать сказочку о праздновании дня рождения. О чем вы разговаривали с господином Чжоу? Я хочу знать все.
— Ритуальные убийства, произошедшие в городе. О них, я думаю, ты хорошо осведомлен. Экс-любовница Чжоу оказалась одной из жертв. Она работала в его ночном клубе стриптизершей. Я отправилась туда, чтобы расспросить одну из тамошних сотрудниц о ней и по случайному стечению обстоятельств наткнулась на чернокнижника. Ну, а дальше ты знаешь, — Я махнула рукой. — Он залез мне в голову. Телепат долбанный! Тут появился ты и спас меня.
Похоже, Палач остался удовлетворенным моим ответом. Я не могу сказать: поверил или нет, но напряжение, царившее в комнате, немного снизилось.
— Где у тебя хранится аптечка?
— На кухне.
— Тогда пошли туда. — Он развернулся ко мне своей широченной спиной и вышел в коридор. Я последовала за ним.
На кухне произошла малоприятная операция по вправлению двух пальцев на правой руке. Ну, вот, теперь я какое-то время писать не смогу! А мне нужно научиться чертить магические формулы до очередного визита Скилефа!
Расстроенная этим обстоятельством, я, молча, наблюдала за тем, как Олег аккуратно бинтует мой указательный палец, что поспособствовало появлению очередной маленькой вспышке воспоминаний.
Руки. Теплые и нежные прикосновения.
Боль, разрывающая грудь изнутри. Легкие, словно объятые пламенем. Белые бинты, подобно цепям, туго сковывающие ребра.
И лицо, скрытое завесой тумана. Я не могу разглядеть его.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
