Читаем без скачивания Анимус. Дилогия (СИ) - Нетт Евгений

- О, я боюсь себе представить, что произойдёт, когда ты всё-таки посчитаешь нужным обратиться ко мне. Война великих городов? Апокалипсис? Вечная зима? - Абсолют всплеснул руками, но ни до, ни после так и не поднял на ученика голоса. - Я оставлю в городе своего фантома, и после отдыха ты в подробностях ему обо всём расскажешь.

- Хорошо, учитель. Касательно разумных демонических зверей…

- Я выясню об этом как можно больше. - Поспешил заверить ученика абсолют. - Я тоже был не рад узнать о том, что с севера Китеж защищён лишь на бумаге.

- Вы потому лично принимаете участие в зачистке?

- Верно. Пока я своими глазами не увижу голый камень там, где по плану находятся посты - ничего предпринимать не буду. - По крайней мере, теперь Элин понял, зачем в и без того сильном охотничьем составе присутствие абсолюта. Звание протектора Гайо Бельфи носил не просто так. - По возвращении нам придётся многое обсудить. Особенно это касается твоих видений.

С этими словами абсолют развернулся - и ринулся следом за охотниками. Ему предстояло много работы, в то время как Элин хотел хорошенько отоспаться.

Уж чего-чего, а бодрости ему сейчас сильно недоставало. Он вымотался так, будто в одиночку уничтожил полноценную орду.

А на деле - всего лишь передал немного своей жизненной силы...

***

Некоторое время спустя.

- И ты сейчас говоришь мне, что за несколько недель твоим подчинённым не удалось даже просто с ним познакомиться?

- Простите, господин! - Блондинка глубоко, до пола поклонилась, но давящая атмосфера в кабинете никуда не пропала. Скорее наоборот, выказываемое мужчиной презрение стало ещё объёмнее и гуще.

- Это… - По столу хлопнула тонкая папка с досье, за всё это время пополнившаяся всего несколькими строками. - … непростительный провал. Теперь, в свете того, во что он превратился, я не могу просто закрыть на твою оплошность глаза.

- Его практически невозможно застать в одиночестве, господин. Она - одна из лучших моих агентов, и если…

- Оправдания? На колени, сука! - Задавив вздыбившуюся было гордость, женщина исполнила приказ, сильно ударивший по ней в моральном плане. Нет, ей не нужно было опасаться домогательств - господин никогда не позволял себе лишнего с теми, кого считал своими людьми. А вот если дойдёт до изнасилования, то следующим шагом станет смерть.

По крайней мере, предшественница Керты именно так и закончила, совершив очень большую ошибку, навредившую господину. Сначала её отдали находящимся в положении рабов наёмникам, чтобы те сбросили напряжение, а после вздёрнули в глуби леса.

К её обесчещенному, разлагающемуся трупу Керту водили ещё полтора года назад, чтобы она сразу поняла - шутить с господином не стоит, как, впрочем, и браться за задания, в успехе которых ты не уверен на все сто процентов.

Мужчина, сверля женщину прищуренными, с алой радужкой глазами, медленно вернулся в состояние холодного спокойствия.

- Что успела сделать твоя шлюха?

- Один раз вступила в контакт с объектом, господин. - Блондинка не поднимала головы, опасаясь встречаться с ним взглядом. - Неудачно. Он даже не обратил на неё внимания. Все остальные попытки были провальными - объект редко покидал территорию своего клана. Перехват не представлялся возможным, сколь бы много людей не было выделено.

Мужчина задумался на пару минут, после чего тяжело вздохнул - и кивнул:

- Встань. Всё, что от тебя потребуется - это сделать так, чтобы мальчишка ни при каких обстоятельствах не смог встретиться с твоей… - На его языке явно крутилось слово покрепче, но мужчина сдержался. - ... подчинённой. Я достаточно ясно выразился, Керта?

- Да, господин. - Она склонила голову ещё ниже. - Я… могу идти?

- Иди. Отчитаешься завтра.

После этих слов женщина необычайно быстро исчезла из кабинета, а её господин расслабленно откинулся на спинку кресла.

Исправлять ошибки своих людей ему пришлось не в первый и не в последний раз.

Глава 31

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Элин не сразу поверил в то, что его вклад в решение проблемы в демоническими зверями на севере вызовет такое бурление среди горожан, до которых стараниями Гавюэров и многочисленных свидетелей у ворот весть донесли меньше, чем за сутки. Но больше обычных сплетен люди любили сплетни невозможные, такие, в которые было бы сложно поверить, если бы они не находили подтверждение в устах влиятельных людей.

И огромный потенциал у очень молодого анимуса, что отправился на помощь другу и в одиночку разобрался с разумным демоническим зверем, контролирующим орду, походил именно на невероятную сказку, которая, между тем, до определённого момента была правдива. Как это часто бывает, подробностей с каждым днём становилось всё больше, и к нынешнему моменту люди рассказывали друг другу о том, как наследник малого клана Нойр тащил на спине раненого друга, а в другой сжимал меч, отбиваясь от всё прибывающих монстров и спасая всех подряд на своём пути.

Страсть, накал и драма - вот что оказалось нужно людям в преддверии зимы.

Будто мало было ему тогда необходимости оправдываться перед Алексией, - которая, между прочим, отреагировала не так жёстко, как могла бы, - и мамой, посчитавшей, будто её сын вместе с огромной силой обрёл ещё и слабоумие, раз вот так просто отправился за стены и не единожды подверг опасности свою жизнь.

- И как, интересно, я до такого докатился…?

Заданный в пустоту вопрос эхом разнёсся по полупустому помещению, а Элин, тяжело вздохнув, вновь позволил аниме разлиться по телу. За прошедшие с его возвращения из рейда три с половиной недели Эрида в работе над контролируемым слиянием продвинулась довольно далеко, но для развития успеха ей требовалось проверить некоторые моменты на практике, чего самостоятельно змейка сделать не могла ввиду отсутствия физической оболочки.

Потому вот уже который день кряду перерождённый, закрываясь в этой комнате на долгие часы, то покрывался чешуёй, то вновь возвращал себе обычный облик. Такой способ как нельзя лучше подходил для проведения всевозможных тестов, хоть и был несколько обременительным - быстрым процесс назвать было нельзя. Но Элин не был бы собой, если бы не попытался подстрелить одной стрелой двух зайцев: пока Эрида занималась наблюдениями, он сам пытался совладать с шестым, - а с учётом восприятия анимы и вовсе седьмым, - чувством, при высокой степени слияния выходящим на совершенно абсурдный уровень.

Элин не мог даже связно мыслить тогда, когда вибрационное восприятие начинало работать в полную силу.

Тогда, на поле боя, его мозг отсёк бессвязный и малопонятный ему поток информации, не позволив анимусу свалиться от информационного шока, но сейчас Элин открывался осознанно, пытаясь приспособить сознание и тело под совершенно иной, чуждый человеку тип восприятия. И для этого требовалось не столько превосходное знание основ, сколько отточенные навыки работы с ними. Известные каждому анимусу истины в руках сведущего человека превращались в прекрасные, по-своему уникальные инструменты.

Токи анимы, пронизывая тело даже самого слабого анимуса, меняли его в соответствии с отпечатком того демонического зверя, к использованию которого он прибегал. И чем сильнее и объёмнее были токи относительно резерва человека, тем дальше заходила его трансформация, имеющая определённый шаблон - внешний вид и строение тела самого демонического зверя.

Но так как превращаться полностью было неудобно и попросту опасно, анимусы прибегали к осознанному контролю, направляя распространяющуюся по телу аниму и как бы блокируя её воздействие там, где это было не нужно. И этим всё не ограничивалось: анимус мог с тем же успехом концентрировать аниму и, управляя ею, ускорять и даже перекраивать процесс трансформации.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

В глазах малоопытного анимуса процесс выглядел так, словно он открывал и закрывал сотни кранов, позволяя воде-аниме течь и делать свою работу там, где это требовалось. Была рука человека - стала рука волка. Но при таком уровне контроля и речи не было о том, чтобы, скажем, отрастить когти, не обзаведясь при этом шерстью. Элин же, обладая колоссальным опытом, был властен над в сотни раз большим числом аспектов, из которых складывалась непосредственно трансформация. Он мог хоть узоры из чешуи на коже чертить, хоть менять её текстуру: всё это относилось к простым изменениям, так как не затрагивало нервную систему и органы.