— Что я здесь делаю? — спросила я его.
— Восстанавливалась после боя с Равианикиэлем.
— А мы дрались? — удивилась я. В голове было муторно и последние события упорно не хотели вспоминаться.
— Да, он не дал тебе убить Дариона и уйти за Грань к своему хозяину.
— Хозяину? — нахмурилась я и вспомнила. Точно, Карадан. Но он же больше трёх лун себя никак не проявлял. И тут до меня дошла первая часть фразы, сказанная Люцифэ. — Я хотела убить Дариона?!?
— Да. Его убийство подстегнуло бы твою инициацию и на фоне колоссального выброса энергии теоретически ты могла бы пробить портал за Грань.
— Но ведь этого не случилось? — умоляюще уточнила я, резко садясь.
— Нет, Дарион жив. А твой предыдущий хозяин, судя по всему, мертв. Правда, так ли это, мы вряд ли когда узнаем. Всё же он остался там, за Гранью.
— Фу-ух!
Я спустила ноги, намереваясь спрыгнуть на пол, но едва не сверзлась, когда мозг с запозданием осознал всю сказанную андрогиником фразу. Люцифэ поддержа меня, не дав упасть.
— А почему предыдущий? Есть и теперяшний?!?
— Да, сейчас связи завязаны на Равианикиэле.
— Что-о-о?!? На этом…
— Но лучше тебе уточнить у него самого, когда он окончательно восстановится. Я не разбираюсь в некромантии.
— Не беспокойся об этом, — раздался в голове голос Паука. — Равианикиэль первым захочет оборвать подобную связь.
— Почему ты так считаешь? — мрачно обернулась я к хозяину помещения.
— Если не ошибаюсь, вы говорите об обряде Чёрной Невесты. Равианикиэль слишком ценит личный выбор каждого, чтобы сознательно лишать его. Тем более тебя.
— Что-то я не заметила подобного, — проворчала я.
— Чем сложнее выбор, тем ему интереснее, — улыбнулся Паук и указал одной из “лап” на небольшую кучу возле стены. — Твоя одежда там.
— Спасибо, — поблагодарила я.
Информация, что Равианикиэль не будет меня заставлять делать что-то против воли, обнадёживала. Но в то же время он может предоставить “выбор без выбора”, как частенько это делает.
— А где Рикс и Ника? — уточнила я.
— Никаэль здесь. Расчетное время до окончания восстановления меньше боя. Рикс улаживает дела.
— А Дарион?
— Не знаю, — отозвался Паук. — Скорее всего его оставили в Академии.
— Понятно. А Шаракан? — спохватилась я, осознав, что мой баенкун тоже куда-то исчез.
— Тоже не в курсе. Спрашивай у Лорда, — отмахнулся Паук.
— А почему Ника здесь? С ним случилось что-то серьёзное?
— Не очень. Получил откат по вашей общей связи от тебя, а потом задействовал “ангельскую песнь” и грохнулся в обморок от переутомления.
— Ангельскую песнь? А что это такое? — недоумённо захлопала я глазами.
— Специфичное умение определённого вида ангелов, направленное на очищение и возвышение душ тех, кто подпадает под воздействие “песни”, - ответил Паук и скептически хмыкнул: — Кстати, несмотря на кажущуюся абсолютную безвредность, крайне действенное в противостоянии с демонами и некоторыми другими созданиями Хаоса. Как выражался Лорд, он себя чувствует настолько возвышенным и умиротворённым, что даже “убивать этого светлого засранца не хочется за подобную подлянку”.
— А в чём подлянка-то? — не поняла я. — Вроде ж хорошее умение — очищение души…
— Ага, только демоны потом с седмицу не могут оружие в руки брать или причинять вред другим любым иным образом! — захохотал Паук. — Что злит их неимоверно. И делает крайне уязвимыми, учитывая их окружение.
— Да уж, — фыркнул Люцифэ. — Представляю, каково это для рас, заточенных на постоянное применение силовых методов.
В отличие от Люцифэ я не прониклась шуткой и поспешила сменить тему:
— А зачем нужно было Нике использовать эту свою песню?
— После вашей драки с Равианикиэлем вы были все втроём в отключке. В это время заявился один из дознавателей с сопровождением и попытался вас забрать. Наши ребята чуть опоздали и бескровно забрать вас уже не могли. Поэтому Ника сделал очень правильную вещь, загасив конфликт в зародыше. Если бы при вашем изъятии погибли стражники Города, было бы намного сложнее договариваться с верхнегородцами. Сейчас шанс ещё есть. Но вопрос: захочет ли Лорд воспользоваться им или предпочтёт затаиться и переждать. Я не в курсе его планов. И не засиживайтесь здесь особо. Мне работать надо, а я не люблю лишних у себя под боком. Вечно вы отвлечь на всякую ерунду норовите.
Намёк был более чем прозрачен, и я поспешила к своей одежде, а затем и следом за Люцифэ на выход. Остальное можно будет у Рикса уточнить и у самого Ники, когда он очнётся.
* * *
Дарион
Я стоял, привалившись спиной к покрытой трещинами стене, и в очередной раз пытался разобраться в себе. Коротко моё состояние можно было охарактеризовать как паршивое. Вот только почему? Из-за предательства и попытки Лики убить меня? Использовать для своих целей? Или от того, что она исчезла и её больше нет рядом? Или из-за этого сна?
Что случилось в ту ночь, мне так толком и не рассказали. У Лики произошёл непонятный срыв. Она пыталась убить меня. Невесть как заблокировала Амореонэ, и он так и остался лежать в моей комнате, потом с помощью Шаракана перенесла моё бесчувственное тело сюда и хотела использовать в неизвестном ритуале, но её остановили. Кто? Мне этого опять же не сказали.
Сама ли она это всё делала? Или под принуждением? Или наши отношения были лишь игрой, а я глупым наивным слепцом? Как же мне не хватает того, кто мог бы ответить на все эти вопросы. Или той…
Вместе с Ликой исчез и Люцифэ, и я остро чувствую, как мне их не хватает. Мои друзья остались, но это не то. Совершенно. Через полторы луны закончится семестр, и мне нужно определяться, пытаться ли сдать разницу и перескочить курс или остаться со своими. Безумная надежда толкает попробовать и рискнуть. Но что, если они так и не вернутся? И я окончательно останусь без друзей: эфемерных и реальных.
А ещё и этот сон… В нём Лика сидела на узкой кровати в неизвестной комнатушке практически без света, грустная, осунувшаяся и потерянная. “Как мне тебя не хватает!” — произнесла она. Что это? Игры разума?
Как же много вопросов…
Я оттолкнулся от стены и пошёл вдоль неё, обходя разгромлённый зал по периметру. Восстанавливать его будут во время практики, когда ученики покинут Академию. Но покинем ли мы Город — это ещё вопрос. Наставники пару раз намекали, что в этом сиане мы, возможно, останемся здесь, но ничего конкретного пока не говорили.
“Стой!” — приказал Амореонэ.
Я послушно замер.
“Посмотри в эту расщелину повнимательнее. Мне кажется или…”
Но Амореонэ не ошибся. В глубокой трещине на стыке пола и стены лежал дымчатый тонкий меч. Если специально не приглядываться, его было абсолютно не заметно, поэтому не удивительно, что его до сих пор не нашли. Мне пришлось сильно постараться, прежде чем удалось извлечь оружие. По клинку шла глубокая трещина, а на рукояти была выгравирована и будто залита неизвестной синей краской переплетённая лозой роза.
“Шаракан”, - резюмировал Амореонэ.
Он… окончательно сломан? — уточнил я.
Говорить, что меч умер было бы странно, но ощущения безжизненности оружия, которое я держал в руках, не оставляло ни на мгновение. Шаракан совсем не обычный меч. Можно ли его убить? Или сломать настолько, чтобы он не подлежал восстановлению?
“Не знаю, — отозвался Амореонэ. — И вряд ли кто тебе это скажет… кроме тех, кто там, внизу”.
Лика не забрала меч. И не вернулась за ним. И никто не вернулся. Значит ли это, что Шаракану уже нельзя помочь? Или его просто бросили? Вряд ли. Я бы не бросил Амореонэ. Даже если бы с ним что-то случилось, я бы вернулся за ним и забрал с собой. Хотя бы попытался восстановить.
Его можно убрать в браслет? — на всякий случай уточнил я.
“Думаю, ему сейчас всё равно, так что убирай”, - отозвался Амореонэ.
Я в последний раз глянул на Шаракана, поместил в браслет и поспешил уйти из зала, стены, пол и потолок которого показались ещё более мрачными и изувеченными, чем раньше.
