свои бабки как-то отрабатывать. В представлении Люлина интеллигенция страстно любит денежки, чем и хороша, но этому экземпляру страшно предлагать, он же засадит. Люлин решил использовать последний прием, жалобно попросить, то есть развести на жалость Терехова:
– Павел Игоревич, войдите в положение, мне же строить защиту моего клиента, я обязан проверить ваши улики.
– Хорошо, войду. В багажнике Маслова найдена неоспоримая улика – небольшой молоток, кухонный, для отбивания мяса. На нем запекшаяся кровь. Кровь не говядины, а человека, это уже установили, теперь мы ждем экспертизу, когда сравнят с образцами.
– Простите, как вы узнали, что молоток лежит в багажнике Маслова? Не ангелы же вам нашептали?
– К сожалению, у меня больше нет времени, сейчас придут люди, – грубо намекнул Терехов, что адвокат не получит и ни полслова из того, что просит. – Всего доброго.
Не солоно хлебавши Люлин поплелся к выходу, гадая, к кому обратиться, чтобы Терехову качественно испортить жизнь. Шел к автомобилю и ругался, выпуская пар, но так, чтобы никто не слышал, пока не сел за руль:
– Хам, а не интеллигент. Все люди, как люди, а этот говнюк портит всю положительную статистику. Что же делать, что же делать?
В то же время Павел смотрел в окно, наблюдая за суетливым адвокатом, не сдержался и рассмеялся:
– Люлин дверцы перепутал, сел на место пассажира, выскочил… сел за руль… поехал бедняга. Какая отвратительная рожа у адвоката Маслова, я бы такому не доверил даже поднос подержать. Феликс, о чем задумался?
– Ай, ерунда, – отмахнулся тот. – Не с той ноги встал.
– Где наш Вениамин?
– В деревню уехал, сказал, не хочет быть похожим на сериального мента, а мы, по его мнению, накосячили с Масловым хуже, чем в сериалах.
– Ой, дурачок… Он еще не знает, как здорово мы накосячили. Звони ему, пусть не дурит и возвращается. Ну, намекни, что будет интересно, что он ошибается, что у нас улики… Найдешь, что наплести. О-о-о… – протянул Павел. – Феликс, иди-ка сюда. Смотри, какой катафалк подъехал к нашему шалашу.
– И что? – встал за его спиной Феликс. – Ой! Это кто?
Из дорогого автомобиля вышел мужчина в костюме, но не на него отреагировал опер, а на женщину, замотанную с головы до ног. Следом за ней появилась Богдана.
– Это к нам, – сообщил Павел, приглаживая волосы. – Феликс, ты хоть причешись, лохматый, как леший.
– Сойдет и так.
Павел поспешил на свое место, затем придвинул стул и махнул Феликсу, мол, садись рядом со мной, вскоре раздался стук в дверь.
– Войдите, – крикнул Павел.
Вплыла женщина в наряде из сказок о тысячи и одной ночи с закрытым наполовину лицом, за ней шествовала Богдана – эта дива явно злющая и явно на Павла… нет, на обоих. Потому что сверкнула недобрыми глазами и на Феликса. Опер спохватился, встал и поставил к столу еще один стул, пригласив:
– Прошу вас, дамы.
Шехерезада села напротив Павла скромно. Богдана на свой стул плюхнулась, ногу на ногу закинула, сумку на колени бросила с вызовом и уставилась на Терехова с прищуром. Все в ней говорило, что она пришла скандалить. Павел на нее ноль внимания, он ждал, когда Шехерезада заговорит, ведь зачем-то приехала в карнавальном костюме, она заговорила по-русски:
– Мое имя Сурия, я жена шейха, прибывшего сюда с визитом. Мы с Богданой приехали помочь вам, так как увидели, что вы допускаете ошибки.
М-да… Рассказать кому – не поверит. Честно говоря, Павел не знал, как реагировать и вести диалог, он-то ожидал Богдану с Мариной, а она приехала с тяжелой артиллерией, говорящей по-русски. Для начала он решил узнать:
– Простите, как к вам обращаться? Ваше величество, высочество?
– Полина, – сказала она и освободила лицо от ткани.
Оба узнали девушку с фотографий, но живая Полина не только взрослей, но и красивей. Эффект произведен, она продолжила:
– Понимаю, вы смущены. Но сначала скажите честно, вы действительно намерены найти преступника?
– Конечно, – заверил Павел. – Можете быть спокойны, мы соблюдаем правила, если пожелаете, ваше имя…
– Меня больше волнует имя моего мужа, оно не должно быть затронуто ни в каком виде. Просто Полина, а не Сурия и жена арабского шейха, этого достаточно. Показания я дам, но не видео, только голос. Остальной информационный удар примут на себя Богдана, Марина, Маша и, если сможете договориться, – Лайма, но она у нас после всего случившегося не в себе.
– Я обещаю, будет так, как вы хотите.
– А мы хотим немногого – помочь изобличить настоящих преступников. Маслов не виноват ни в чем, он просто часть плана.
– Что вы имеете в виду, какого плана? – подал голос Феликс.
– Моего. Это я собирала сведения о девушках, вывезенных на продажу, собирала в течение многих лет. Это я задумала наказать банду мерзавцев, которым место на виселице, но в России только тюрьмы, значит, их место там. А Богдана мне помогала здесь. Вы примерно уже знаете, что произошло, мы вас немного поддерживали, вдруг возникла путаница, вы арестовали Маслова…
– Но нас все время тоже путали, сознательно путали. Маслова я задержал, потому что его могли убить, считайте, мы спасаем ему жизнь. Кстати, Богдана, вам тоже следует опасаться убийцы.
– Посадите меня к Маслову, чтобы ему было уютно и весело, – хищно заворковала она. – Но отрадно, что вы его не подозреваете.
– У вас не хватает улик, так? – спросила Полина.
Павел не ответил, потому что понял: у нее есть предложение, его он и хотел услышать. Сейчас ему в общих чертах многое приоткрылось, тем временем Полина продолжила:
– Есть самый простой способ получить сразу все улики. Мы с Богданой готовы встретиться с убийцей и спровоцировать на взрыв своим появлением, обвинениями и угрозами…
– Вы хоть понимаете, что Оксана может вас обеих тупо убить? – не выдержав, перебил неучтиво Феликс.
– Она сломлена, – спокойно возразила Полина. – Ей больно, она раздавлена, ее ведь предал муж. Так было задумано. И сейчас она способна не только себя выдать, но и тех, кто был в нашем списке, об этих людях вы даже не подозреваете.
– Много их там было? – заинтересовался Павел.
– Нет, совсем нет. Чем меньше людей, тем больше достается денег. Да и меньше риска, что кто-то провалится. Нютку считать не будем, она чисто функциональную нагрузку несла, ничего не решала.
– Как – ничего? – не согласилась Богдана. – Эта дрянь могла предупредить нас, других девчонок… Закрыть могла эту лавочку, а она помогала.
– Да, Нютка этого не сделала, но ее уже нет, что ж говорить об этом? – возразила Полина. – Итак, участники группы: Оксана, она идеолог, мозг. У нас с ней личные счеты, поэтому мы готовы идти на риск. Далее Орлик. Адвокат Маслова и двое из агентств по трудоустройству. А уже эти двое через турфирмы делали документацию: визы, паспорта, билеты, на них лежала организация отъезда. Все было серьезно и убедительно. Думаю, в турфирмах у них есть сообщники, но это уже ваша черная работа. Ну, что, господин Терехов, работаем?
Предложение соблазнительное, однако в данной авантюре куча попутных проблем. Полина гражданка другого государства и не абы какая, а жена видного деятеля в этом государстве, если пойдет что-то не так… ой, что будет! Полетят все головы. Поэтому с его стороны возник закономерный вопрос:
– Скажите, а ваш муж в курсе ваших планов?
– Да. Не
