Ну и Леня, но он не считается, сам тот еще бегунок… Так я пошел работать или как?
— Не подведи порученцев, — решила она. — Удачи, Токарь.
Из вагона начали тяжело спускаться груженые вещами люди.
— Колонной по двое! — приказала она. — След в след за мной! Не спешить, беречь ноги, помогать ближним!
И зашагала вниз с насыпи в обход воронки.
— Воздух свободы понравился, — сказал ей в спину Токарь. — Ничего такой, вкусный. Но справедливости там нет. А без нее, оказывается, совсем не то. Передавай привет Лене.
Она резко остановилась:
— В смысле?!
— Там он, в ковчеге! — усмехнулся Токарь. — Вместе с детьми. Не выдержал старый перец свободы. Или к тебе потянуло. Меня бы точно потянуло.
Путеец включил нагрудный блок контроля струбцины, кивнул ей и ушел работать. Она медленно осознала услышанное. Дети… дети вернулись! Майка, Дениска! Дернулась было вперед, оглянулась в поисках Лены… потом опомнилась и аккуратно пошла через кусты. На ней — безопасность людей. Это главное. А к детям она и идет. Просто медленно. Идет, когда сердце толкает бежать и лететь.
«Метелки» взорвались заполошными очередями, когда хвост колонны уже втянулся в освещенное жерло тоннеля. Позади в районе эшелона тяжко ударили два разрыва.
— Всем подняться на платформу! — заорала Лена. — Прижаться к стенам, ожидать!
Медленно пошла вниз маскировочная мембрана входа. Лена встала рядом с Зитой в каменном кармане наружного поста наблюдения.
— Как не могли «Метелки» отбить разновекторную атаку, так и не могут! — зло сплюнула она. — Сколько ребят из-за них потеряли!
Зита только покачала головой. На этот раз расчеты «М-500» не виноваты в прорыве воздушной обороны. Просто — слишком плотная, мощная атака. «М-500» выполняли первоочередную задачу — держали защитную сферу над ковчегом. На прикрытие железной дороги их уже не хватило.
— Садят и садят по железке! — мрачно заметила Лена. — Козлы. Видят, что население везем, но бьют! Носит же земля выродков! Ничего, недолго им осталось…
Зита бросила на подругу внимательный взгляд. Значит, недолго?
— Учуяла, экстрасенса! — буркнула Лена. — Ну что ты за чудовище, а? Ладно, докладываю: «баттаганский мясник» отбегался. Случайная пуля из «реактивки» в голову, как-то так.
— Кто?
— Молодежное крыло отряда «Мертвая рука», — неохотно сказала Лена. — Не трясись, они аккуратно, ушли без потерь. И вообще уже все здесь, в ковчеге. Не трясись, говорю. Ребята отомстили бы за Баттаган все равно, даже если б я лично запретила.
— Мы уходим, — напомнила Зита.
Лена снова мрачно сплюнула.
— Ну, уходим. И что? Выродки должны оставаться жить? Да и не все уходим. Ты для чего просила открыть тебе канал к руководству России? Условия для остающихся жителей республики выторговывала, разве не так? Заботишься о людях до последнего, дура. Вот и мы заботимся. Как умеем.
— «Мертвая рука» останется, так ведь? — усмехнулась Зита.
— Ну, не все уходят, а остающимся мы не указ и не начальство, они как бы сами тут…
Зита снова усмехнулась и не стала продолжать тему. Подружка явно и бессовестно врала. «Мертвая рука» — вовсе не рядовые обыватели подкупольников, это прекрасно подготовленные и жестко управляемые группы ликвидаторов, они могли остаться в заполярной республике только по прямому приказу Кунгурцева. Ну и… и все правильно, лучше не вмешиваться. За то, что творилось в Баттагане, положено отвечать лично, и точка. И за то, что бьют ракетами по уходящим эшелонам — тоже.
— Мы — не ты, в очередной раз убеждаюсь. У нас все просто — враг должен быть мертвым. А ты умудрилась договориться об особом управлении для подкупольников с одним из тех, кто руководит захватом заполярной республики!
— Не плюйся, — попросила Зита. — Здесь пост охраны, ребята будут стоять. А договорилась я не с руководителем захватчиков, а с другом детства. Богдан Джепа, он… многое для меня сделает.
— Да? — изумилась Лена. — С другом детства? А почему я о нем не знаю?
— Он до тебя был. Его в третьем классе на операцию отправили на материк.
— И вот он… — недоверчиво сказала Лена, — …этот твой Джепа — жесткий и безжалостный политик, между прочим — вот так сразу согласился на просьбу бывшей подружки, которую в последний раз видел десятилетней соплюхой? И ради этой соплюхи готов прижать олигархов и поменять структуру управления страны?
Зита вспомнила Богдана, светлого мальчика, тихо умирающего среди зелени своей маленькой комнатки на последнем этаже железнодорожного общежития, и молча кивнула.
— Поражаюсь я тебе, сестричка! — сделала вывод Лена. — Всю жизнь рядом с тобой и всю жизнь поражаюсь! Так… а что ж тогда не попросила вообще остановить атаку на республику, а? Если твои просьбы для него священны?
— Он по-другому видит будущее России, — неохотно сказала Зита. — Совсем по-другому. И действует в рамках своих представлений по-своему честно и справедливо. Особый режим для подкупольников — частная уступка, не меняющая общей картины.
— Зато заполярная республика — кость в горле, которую надо выдернуть и уничтожить, — мрачно продолжила Лена. — Хороший у тебя друг. Честный людоед.
Мотовоз подкатил медленно и неуверенно. Лена посмотрела на побитые вагоны и присвистнула. Поднялась маскировочная штора, эшелон вполз в тоннель, и там сразу вспыхнула сутолока — все кинулись за своими вещами. Впрочем, как вспыхнула, так и погасла — командиры решительно встали на регулировку людского потока.
— Значит, и это дело сделано, — подытожила Лена и взялась за переговорник.
Кира откликнулась сразу. Порадовалась прибытию, уточнила их местоположение и почему-то спросила насчет вооруженности.
— Кира, какая вооруженность у отпускников? — вознегодовала Лена. — Пистолеты да штурмовая винтовка с горстью патронов!
— Ждите! — озабоченно сказала Кира. — Сейчас мимо вас пробегут ребята, притащат необходимое и сориентируют, я их предупрежу.
— Что случилось? — вмешалась в разговор Зита.
— Старт ковчега у нас случился, вот что, — невнятно пробормотала Кира. — Первый пошел. Ребята передают — космическое зрелище! Землетрясение до четырех баллов, акустический удар и вихревые возмущения атмосферы до ураганных значений. И сейчас на нас пойдут и поверху, и понизу. Технологии их, видишь ли, впечатлили, подай немедля на блюдечке… А у меня точки ПВО от наземных атак не прикрыты, я же перед стартом всех бойцов в ковчег отвела, дура, поверила, что мирно уйдем…
Связь внезапно зашипела и умолкла. Лена нервно переключилась на аварийную экспериментальную выделенку, одно из побочных детищ гравитационных двигателей.
— … динь… вы там ближе всех! — колокольчиком прозвенел модулированный голосок Киры. — До «Скомороха» успеете, если бегом! Главное — прикрыть «Скомороха», он опорный! Без него разнесут двигатели, не дадут стартовать!
— Друг детства, говоришь? — прошипела Лена и грязно выругалась. — По-своему честный и справедливый, да? Козлы… какие они все козлы! Мы же уходим, чего еще надо?!
— Мы прикроем, — спокойно сказала
