знающий меня получше, чем куратор, и заметивший сжавшиеся в кулак пальцы, что не предвещало окружающим ничего хорошего. — Джефри, вы отвратительный куратор! И знаете, я согласен с Эмилией, вы не справляетесь со своими обязанностями. Не знаю, что с вашим опытом, но мозги у вас явно суккуба одолжила. Эмилия — самая умная и способная девушка из всех, кого я знаю. Упорная, ответственная и сообразительная. Раз за разом давить на то, что она женщина и без господина Ламбертса ни на что не способна — низко. И знаете… — будущий герцог Шантаросский презрительно фыркнул через нос, не сводя с демона уничижительного взгляда, — вы заслужили ту суккубу. Символично, не находите?
— Щ-щенок… — процедил куратор, на скулах которого играли желваки, а во взгляде сквозило ничем не прикрытое желание устроить банальную драку. Но нет, он перевел взгляд на хмурого Харви и издевательски выгнул бровь. — Α ты что молчишь, умник? Давай, выскажись!
— Если настаиваете, — без особой охоты кивнул наш однокурсник и невозмутимо поправил очки. — Вы действительно предвзяты и это серьезно вредит расследованию. Нам не хватает опыта, это факт. Но я считаю, что это не настолько существенный нюанс, как настаиваете вы. Однако, вместо того, чтобы делиться с нами своим опытом и направлять нашу энергию в нужное русло, вы раз за разом выводите ситуацию на конфликт. Это непрофессионально. Эмилия всего лишь улыбалась, а вы ей нахамили. Да, именно нахамили! С какой-то стати решили, что она думает о личном, затем уничижительно прошлись по её полу и под конец заявили, что эмоции вредят расследованию. Но при этом сами движимы именно эмоциями. Какими? Допускаю, что это зависть. Возможно что-то ещё, но сейчас у меня нет желания проводить глубокий анализ ваших поступков, я планирую сосредоточиться на расследовании. Но прежде вы должны извиниться перед Эмилией. У меня всё.
Повисла тишина, разбавляемая лишь цокотом копыт лошадки, которая нас везла. Харви изучал дома, мимо которых мы проезжали, насупленный Рамирес скрипел зубами и щелкал костяшками пальцев, Джулиан то и дело посматривал на меня, а я…
Я ждала.
Нет, не извинений. Да и зачем они мне? Глупый, мужиковатый, недальновидный тип, зашоренный в своём нелепом упрямстве. Да вообще плевать на него. Дурак набитый. Таких и в Кентербурге полно было, да и здесь хватает. На каждого внимание обращать — много чести.
Обойдется.
Нет, я ждала, когда мы приедем на место и займемся расследованием. С чистой головой, незамутненным эмоциями и твердым намерением распутать это дело в кратчайшие сроки!
А ребята… Ребята порадовали. Даже не ожидала. И Джулиан, и Χарви… Нет, не ожидала. Оказалось неожиданно приятно услышать, что они на моей стороне. Значит, я не придираюсь!
Я права!
Наконец экипаж остановился перед славным двухэтажным домиком с ярким ухоженным палисадником, мы вышли, Харви сверился с адресом…
И тут куратор повернулся ко мне всем корпусом, моментально настораживая.
— Мисс Кейтри, я прошу прощения, — заговорил он настолько ровным тоном, что сразу стало ясно — без души. — Действительно поддался эмоциям и стереотипам, это непрофессионально. Впредь буду держать себя в руках. Надеюсь, моя недальновидность не помешает нам в расследовании.
Пауза…
— Мисс Кейтри?
Я подняла на куратора максимально безразличный взгляд и тонко, одними губами улыбнулась.
— Конечно, господин Рамирес. Не беспокойтесь. А будете мешать, я просто от вас избавлюсь. Идемте, пора опросить супругу пропавшего мастера.
ГЛΑВА 18
Супругу мастера звали Аннэт Коутли, она была славной демоницей лет тридцати, но сразу сильно много уделить нам времени не смогла — младшему Коутли было всего четыре месяца и у него чересчур активно резались зубки, отчего малыш капризничал и женщина не спускала его с рук. А тут ещё девочка постарше (у семьи было двое детей) что-то уронила в соседней комнате и сначала раздался звон, затем рев, после чего и без того бледная мать, уставившись на нас огромными припухшими глазами, беспомощно вздохнула и…
— Давайте мне, — пришел ей на выручку Харви, чуть ли не силой забирая младшего ребенка и кивая Джулу. — Глянь, что там, может помощь нужна.
В итоге Джул сосредоточенно перебинтовывал разбитую коленку пятилетней Моники, которая глядела на него, как на принца своей мечты, Харви что-то загадочное шептал младенцу, то и дело трогая его за щечки, носик и подбородок, отчего кроха забавно гулил и совсем не плакал, а устало растекшаяся по креслу донна Коутли немного сбивчиво, но старательно отвечала на мои вопросы, то и дело дергая себя за выбившуюся из косы прядку и потирая лоб.
На первый взгляд зацепок не было никаких. Джошуа Коутли был хорошим мастером и примерным семьянином. Не пил, имел добродушный, немного замкнутый характер, работал в мастерской неподалеку, но подумывал о своей. Жену любил, детей обожал, долгов не имел, с остальными многочисленными родственниками поддерживал теплые отношения.
— Вы не могли бы проводить меня в его комнату? — максимально вежливо попросила я женщину, искренне радуясь тому, что мне достался именно опрос, а не дети. Нет, они славные… Наверное. Но я и дети? Исключено! — Желательно, в мастерскую, если она была в доме. Мне необходимо изучить вещи, пропитавшиеся аурой вашего супруга, чтобы попробовать запустить на их основе мощный поисковик.
— Да-да, конечно, — грустно улыбнулась мне донна, но прежде невероятно цепким взглядом изучила, как там её дети. Убедилась, что всё в порядке, и только потом отвела меня в небольшую каморку, которая прежде явно была кладовкой, но сейчас там стоял верстак и на многочисленных полках лежали всякие разные мало понятные мне приборы. — Тут Джош изобретал свои штуковины. Я в этом мало понимаю… Господа следователи из управления уже всё осмотрели, ничего странного не нашло, но… — Аннэт подняла на меня повлажневший взгляд. — Вы ведь найдете его? Найдете?
— Обязательно, — заверила её и даже слегка сжала руку, помня, что люди очень ценят тактильный контакт, когда их нужно утешить.
Всё это время, пока парни занимались детьми, а я супругой пропавшего мастера, наш куратор предпочитал отмалчиваться и отсиживаться в сторонке, выступая безмолвным гарантом наших полномочий. Подозреваю, самоустранился он не просто так, а чтобы в случае нашего провала заявить “Я так и знал!”, но я не собиралась давать ему ни шанса. Я найду их! Каждого! И тех, кто это затеял! И докажу прежде всего себе, что я профессионал!
Тьма тоже без дела не прохлаждалась и пока я изучала каморку и загадочные вещицы, с особой тщательностью принюхиваясь к тем, что пахли мастером, кошка изучала дом, подвал, чердак и округу.
Увы, пусто. Пусто настолько, что даже обидно. Α значит, что? Правильно. Преступникам
