И даже вызвался помочь ей провернуть это гнусное дело в ту ночь, когда ты ушла. Тогда Алия еще и не думала меня убивать. Просто хотела избавить
нашу фамилию от тебя. А когда отец написал чертово завещание – у них с матерью окончательно снесло крышу от мнимой несправедливости. Обиженные незаслуженной участью жена и дочь… Ущемленная гордость давила им на мозги. Они считали достойными денег отца только себя. А я… Сын безродной дворняги. – Дамир с презрением отвел глаза в сторону. – Так мать выразилась.
- Но… в той аварии погиб Фархат… - я не веря приложила ладонь к губам, хотя уже понимала, что услышу в ответ.
- В утро перед аварией, Фархат сразу доложил Алие, что ты покидаешь дом. Насовсем. Сестра поняла, что правда так и не вскрылась. А вот ее верный соратник стал всего лишь нежелательным свидетелем грязных дел. Думаю…, что Фархат и сам уже был на грани того, чтобы обо всем рассказать. Мне. Или тебе. Просто ему не хватило времени… Одной аварией Алия и Заир рассчитывали убрать сразу же две проблемы. Меня и его. Ни мать, ни сестра, не справились бы с моим бизнесом, который достался бы им по наследству. Фактически всем управлял бы Заир. Думаю о его выгоде в этой истории говорить и нее стоит. Это и так очевидно. А Алия… Алия числилась бы владелицей только официально, обеспечив себя до конца дней. И утешив ущемленное самолюбие. Такой был план, Эл.
Я замолчала.
Перипетии судьбы порой имеют удивительные извилистые рисунки. Сродни тех, что на сильной мужской руке, которая сейчас крепко держит меня за талию.
Сюжет наших отношений с этим мужчиной оказался гораздо сложнее обычной людской ненависти или сведения старых счетов. На наши судьбы повлияли те люди, которые не имели права вмешиваться в ход событий ни будущего, ни прошлого, ни настоящего.
Каждый поступок имеет последствия. Каждое действие служит запуском маятника, которой со временем не остановится, а наоборот – наберет еще большие обороты. И если действие, послужившее триггером, несло негатив – то человек, запустивший маятник получит сокрушительную волну в ответ. Во много раз превышающую ту силу, которую вложил в этот мир. Маятник не умеет определять какую именно энергию получил. Были это силы добра. Или же силы зла. Он просто приумножает их. И возвращает назад.
Каждый человек, замешанный в этой истории получил по заслугам. В зависимости от того, что вложил.
Я заглядываю Дамиру в глаза. В его зрачках играет отражение языков пламени из камина.
Моя раскаленная сталь.
- А…, - запинаюсь на полуслове, боясь задать последний вопрос и услышать ответ.
- Моя мать? – догадался Дамир.
Осторожно киваю. Чувствую, как грудная клетка мужчины тяжело вздымается.
- Пока что, она живет в их с отцом доме. Но решать, как поступить уже не мне. Однажды эта женщина сломала судьбу моей настоящей матери. Та не хотела отказываться от меня. Отец, забрал, не спросив. И тогда она начала обивать пороги квартиры отца и его жены, которая и так простила измену и пасынка. Она пригрозила моей настоящей матери, что оставит ее без всего, если та еще раз появиться под их окнами. Но мать не послушала. Хотела меня забрать… Угрозу исполнили. Ее оставили без крыши над головой. У нее отобрали квартиру и уволили с работы. Отняли всё. И даже веру в будущее. Другую работу она тогда найти не смогла и долгое время скиталась по улицам. Спустя годы все же обзавелась скромной комнатой в аренду и каким-то доходом, но окончательно встать на ноги так и не смогла. Человека просто сломали. Заживо сравняли с землей, показав, что она всего лишь пустое место. Я понимаю, почему она не искала меня. Должно быть решила, что воспитанный такими людьми, я не захочу ее знать. Но как только Алия рассказала мне все там, в больнице, я распорядился ее найти. Это было не просто. О том, что она все еще живет в том же городе, мне сообщили сегодня утром. На днях я отправлюсь обратно и встречусь с ней. Именно она решит, как поступить с женщиной, однажды сломавшей её судьбу. И если она примет решение выкинуть ее на улицу – я поддержу...
Маятник остановится только тогда, когда нанесет последний удар. Вернет всё, что в него вложили и успокоит равновесие этого мира…
Я не испытываю жалости к этим людям. Так же, как однажды, они не испытывали ее ко мне и к Дамиру.
Безмолвное помещение окрасилось в печальные оттенки тоски. Мы оба молчали, просто обнимая друг друга. Утешая разбитое прошлое. Осушали так и не пролитые однажды слезы и расставляли страшные факты на их законные места.
Отпускали ту историю, что изменила и нас навсегда.
Я встала с колен Дамира и подошла к старому виниловому проигрывателю. Поставила пластинку с легким приятным джазом и улыбнулась. Обернулась к бывшему мужу.
- Нельзя бесконечно сокрушаться о прошлом. – весело ему подмигнула. Дамир засмеялся. Необычно легко и даже немного дерзко. Будто вновь бросал вызов этой судьбе. Будто бы говорил ей: «Смотри, что нам довелось преодолеть! Думаешь, мы не справимся со всем остальным? Посмеешь сыграть с нами еще одну партию?»
Я подхватила бокал и начала весело двигаться, покачивая бедрами из стороны в сторону. Танец выходил немного дурацким и несуразным. Но мне было все равно.
Потому что я вновь видела его взгляд. Горящие океаны глаз, цвета палящей стали застывали на изгибах моего силуэта. Жадно и ненасытно впивались в каждую линию тела, не желая упускать ни мельчайшей детали.
Я лукаво усмехнулась и поиграла прядью волос. Дамир потянулся ко мне, забрав из рук пузатый бокал.
Не удержалась – с губ сорвался глупый смешок. А затем медленно и маняще я принялась расстегивать пуговицы своей блузки. Одну, вторую… Когда его взгляду открылась нежная кожа на животе – мужчина не выдержал. Одним движением оказался возле меня и сжал в сильных объятиях. Смял в руках хрупкое тело, и тут же поцеловал. Рвано. Прерывисто. Будто бы мои губы способны исцелить любую душевную рану. И он снова и снова глотал их вкус, в надежде скорее обрести счастье.
И я целовала его в ответ. Без оглядки на прошлое и без мыслей о будущем. Жила прямо здесь и сейчас. Брала всё от этой секунды. Наполнялась радостью, теплом и любовью.
Дамир повалил меня возле камина, прямо на пушистый ковер. Его сильное тело излучало страсть и желание. В
