Читаем без скачивания Взгляд Медузы - Торкиль Дамхауг

68

За четверть часа до закрытия молодой человек за стойкой бензоколонки в Омуэне начал подбивать кассу. Вроде все сходилось. Прошло уж не меньше получаса с тех пор, как сюда заезжал последний клиент. Этого человека он знал — старая училка, которая когда-то была его классной руководительницей в начальной школе. Бензина ей не нужно было ни капли, а только газету и кое-чего из еды. Но он понял, что Сигни Брюсетер оказалась там, собственно говоря, потому, что ей хотелось посплетничать. Как обычно, засыпала его вопросами о том, чем он занимается, и какие у него планы на будущее, и тому подобное. И еще все порывалась рассказать о своей работе, мол, у них там из-под опеки сбежал какой-то даун. От беспрерывной стрекотни Сигни спятить можно. Парень представил, как возьмет самые большие плоскогубцы, что у них найдутся, и чпокнет ими тетку по черепушке, чтоб отстала от него. Но вместо этого сказал, что у него срочное дело в гараже, и тогда она отвалила наконец.

Он устроился в дверях комнатки на задах, где они обычно отдыхали, и глянул на экран телевизора, висевшего на стенке. Ему широко улыбался Джеки Чан. Этот фильм молодой человек уже видел и знал, что скоро там покажут кое-что клевое. Он сунул в микроволновку гамбургер. Собирался сначала умять его, а потом уж поехать домой, но решил взять его с собой и съесть дома, спокойно насладиться им там, удобно устроившись перед телевизором. Парень достал гамбургер из микроволновки и сунул в пластиковый пакет, где уже лежали местная газетенка «Гломдален» и банка энергетического напитка «Ред булл».

Как раз в этот момент на заправку въехала машина. На вид вроде «ниссан-микра», белая, но как бы не совсем; бабы любят такие расцветки. Машина прокатила мимо насосов и остановилась. С водительского сиденья вывалился мужик, шатаясь подошел к двери, открыл ее и застыл, покачиваясь, сразу за порогом. Этого зрелища парню, обслуживающему бензоколонку, не забыть никогда: у мужчины снесло половину лица, от кромки волос и вниз до самого подбородка. Внизу под щекой болталось что-то, что могло быть глазом… Светлая куртка была вся заляпана кровью. Мужчина ухватился для поддержки за подставку для газет; похоже, он пытался что-то сказать, но из окровавленного рта доносилось что-то нечленораздельное. Тогда он поднял руку. С нее свисало что-то прикрепленное к ней наручниками. Похоже было на ладонь и кусок руки выше запястья.

Парень, работавший за стойкой, попятился в комнатку для отдыха, захлопнул за собой дверь и повернул ключ. Дрожащими руками он извлек из нагрудного кармана мобильный и набрал номер экстренного вызова полиции.

69

В ночь на субботу, 27 октября, в 1 час 10 минут, в районе Оснес области Хедмарк стартовала полицейская операция. В лесных дебрях к северу от Омуэна силы быстрого реагирования окружили домик, принадлежащий младшему инспектору полиции полицейского округа Осло Арве Нурбакку. В полной боевой готовности заняли позиции снайперы и патрули с собаками.

Дверь домика и два окна были широко распахнуты. Руководитель операции поднес к губам мегафон и отдал приказ всем находящимся в домике немедленно его покинуть. Никакой реакции, даже и после того, как приказ был повторен. В 2 часа 23 минуты домик был освещен со всех сторон ярким светом прожекторов, укрепленных на крышах подогнанных туда автомобилей, и на его штурм бросились бойцы. Первый ворвавшийся в дверь крикнул находящимся внутри, чтобы выходили, но ответа не получил.

— Слышу внутри какие-то звуки, — доложил он в микрофон головной гарнитуры. — Похоже на то, будто ребенок хнычет.

Ему дали добро на проникновение в дом. Внутри стоял нестерпимый смрад. В гостиной никого не было, на кухне и в спальне тоже. Дверь в соседнее помещение была заперта, перед ней установили часового. Выбили крышку люка, ведущего в подвал. Именно оттуда и доносились звуки. Один из трех бойцов лег на живот и осторожно подполз к краю люка. Вонь здесь была еще сильнее. С потолка подвала свешивался фонарь, отбрасывавший слабый свет. Подвал оказался гораздо глубже, чем могло показаться снаружи. Помещение разделяла надвое металлическая решетка. Полицейский свесился пониже, посветил собственным фонарем. В углу за приставной лестницей, ведшей вниз, спиной к нему сидело, скорчившись, какое-то существо. Теперь оно обернулось на свет. Полицейский увидел широкое бледное лицо, из косо посаженных глаз вроде бы катились слезы. Мужчина сидел и укачивал на руках что-то непонятное размером с куклу. Позади него в неестественной позе лежало тело.

— Что ты здесь делаешь?

Ответа не последовало. Подошел еще один боец:

— Я спускаюсь. У парня синдром Дауна. Похоже, там с ним еще один человек. Видимо, он без сознания.

И он спрыгнул в полутьму, с пистолетом в одной руке и фонариком в другой.

— Нельзя здесь так сидеть, — сказал он. — Что это там у тебя?

И он осветил то, что держал в руках сидящий. Сначала он не понял, что это такое, но вдруг резко отпрянул назад и прижался спиной к лестнице. Свет фонарика выхватывал из темноты лицо оторванной человеческой головы.

В 4 часа 15 минут во двор домика были вынесены останки двух человек, обнаруженные там. У одной из стен в подвале лежала куча экскрементов. Специалист из комиссии по охране диких животных не сомневался в том, какое животное их оставило; следы вокруг домика подтвердили его догадку. По всей видимости, повреждения на телах погибших вкупе с этой последней информацией позволяли определить причину смерти. Как только достаточно рассвело, в лес отправились четыре группы охотников. Им понадобилось три дня, чтобы выследить и окружить того медведя, которого, как они полагали, и держали в подвале домика. Медведя подстрелили и разделали. В его брюхе охотники нашли полупереваренные остатки того, что когда-то являлось человеческим существом.

В субботу, 27 октября, на 12:00 в Управлении полиции Осло была назначена пресс-конференция. Зал совещаний на четвертом этаже был забит представителями прессы, причем больше чем на треть это были журналисты иностранных СМИ. Полицию представляли начальник управления, ведущий криминалист управления, начальник отдела расследований преступлений против личности, а также начальник сектора расследования насильственных преступлений старший инспектор полиции Агнес Паянен, которая и выступила с сообщением по так называемому делу о медвежьих убийствах. Она твердо заявила, что теперь его можно считать раскрытым, и заверила присутствующих в том, что прессу будут постоянно информировать по мере того, как в связи с этим делом будут выявляться новые данные. В то же время она просила проявить понимание: для полиции это очень трудный день. Это дело не только страшная трагедия для погибших и их близких, оно нанесло тяжелый удар и по полиции Осло.

Как только было предложено перейти к ответам на вопросы, в зале воцарилась полнейшая какофония, и потребовалось немало времени, чтобы публика слегка успокоилась и задаваемые вопросы можно было расслышать. Паянен сидела бледная и осунувшаяся, с осыпающейся с глаз косметикой, и пыталась совладать со своим голосом. Многие из представителей прессы явно были не в состоянии сразу же переварить те, мягко говоря, сенсационные сведения, которые были оглашены, и потому задавали вопросы, ответить на которые было легко. Напротив, представители газеты «ВГ» были, похоже, на удивление хорошо проинформированы. Их репортер, женщина, сразу же спросила о младшем инспекторе полиции Арве Нурбакке и его роли в расследовании, а также о его отношениях с одной из убитых женщин. Для Паянен это оказалось полнейшей неожиданностью; она попыталась отделаться общими фразами, называя его «сотрудником полицейского округа Осло», так что начальнику Управления полиции пришлось прийти ей на выручку, хотя он и сам еще не был посвящен во все подробности дела.

— Раз уж серийный убийца сам принимал участие в расследовании и наверняка оказывал влияние на ход оного, это должно повлечь за собой определенные последствия и для самой полиции. Какие? — не отставала женщина-репортер.

Паянен сидела неподвижно и смотрела на журналистку «ВГ». Да, в общем-то, эти вопросы были адресованы не ей. Она повернулась к начальнику Управления полиции и по его глазам поняла, что последует за этим вопросом. Она чувствовала, что у нее начинает кружиться голова. Тот ответил:

— Мы проведем доскональный разбор действий всех участвовавших в этой операции представителей личного состава, в том числе руководящего. В настоящий момент, разумеется, было бы слишком рано говорить о том, к каким выводам мы придем. Однако уже сейчас можно твердо заявить, что в данном случае, если говорить об утверждении на должность сотрудников полиции и контроле за их работой, произошло нечто, что не должно было произойти ни при каких обстоятельствах.