Его губы ласкали мои, хорошо знакомый жар нарастал во мне, отражаясь в нем. «Ты моя жизнь, Эшлинг. Я знал это с самой первой минуты, как ты вошла в ‘Черное и белое’. Я никогда не забуду, как ты пересекла клуб и бросила мне вызов, даже не зная кто или что я. Я не хотел в этом признаваться, но уже тогда ты завладела моим сердцем.»
Я засмеялась, в то время как слеза скатилась по моей щеке. «Ты сводил меня с ума тогда, и понимал это, да? Ты был таким властным, таким загадочным, никогда не отвечал на мои вопросы, но каким-то образом, всегда оказывался рядом, когда был нужен мне.»
«Ты никогда не нуждалась во мне,» сказал он, прерывая мои возражения поцелуем настолько страстным, что он воспламенил воду вокруг нас. « Я не нужен тебе, чтобы добиться того, что ты хочешь, kincsem. Ты сильная, даже если ты еще не осознала в полной мере свои способности. Это сила, которая останется у тебя, даже в темные времена.»
Я закрыла глаза на мгновение, ощущая печальный, темный уголок моей души. Отказаться от звания Стража было самым тяжелым, что мне когда- либо приходилось делать. Оно было в такой же степени частью меня, в какой для меня стал Дрейк и, отказываясь от этой части, отметая её и отрицая её, я почувствовала, как будто что-то важное отняли в моей жизни. Но я переживу её потерю, в то время как я не смогла бы пережить потерю человека, которого держала в руках, человека, который поцелуями прогонял все мои печали. «Мы сможем преодолеть это, супруга. Ты должна верить, что все будет хорошо.»
«Я верю в тебя,» прошептала я.
Его язык сплетался с моим, пока я целовала его, открывая себя его огню, принимая его, упиваясь им, радуясь тому, что я могу разделить его, а потом вернуть обратно ему. Мышцы на его спине напрягались под моими прикосновениями, когда он поднял меня на сиденье, с которого я соскользнула. Вода ласкала мою грудь снизу, когда он встал на колени между моими ногами, а его руки скользнули вверх к моим бедрам, раздвигая их, чтобы пройтись по шелковистой плоти.
«Заметь, что моя талия исчезает. Я становлюсь толстой. Джим спрятал весы, сказав, что он боится того, что случиться, когда я увижу свой вес.» Мое дыхание прервалось, когда он наклонил голову и взял один мой ноющий сосок в огненное пекло своего рта. Я извивалась на теплом, гладком сиденье, в то время как его пальцы двигались в моем самом секретном местечке. Огонь, разливавшийся оттуда, поднимался к груди, которую он ласкал своим языком. «Ты один из тех мужчин, которые считают беременных женщин сексуальными?»
Он оторвался от моей груди, прокладывая огненную дорожку к другому соску. «Нет.»
Я ущипнула его за плечо.
Он послал мне одну из своих усмешек, от которой замирало сердце, его глаза светились весельем и страстью. – Только если эта женщина ты, в этом случае, да.
«Я собираюсь вычесть 5 очков из общей суммы за задержку правильного ответа,» – сказала я ему, предоставляя его вниманию мою несчастную, забытую грудь.
Он выпустил маленькое колечко огня на неё. «Ты будешь возбуждать меня, даже если эта восхитительная грудь потеряет свою форму и будет вяло свисать вдоль твоего тела.»
«Эй!» сказала я негодующе. «Я бессмертная! Разве это не означает никаких обвисших сисек и седых волос? Потому что, если нет, то я хочу верну…»
Богатый, низкий звук его смеха заполнил мое сердце. Он наклонился, чтобы ткнуться носом в мою ждущую грудь прежде, чем обхватить меня сзади и слегка приподнять. “Ты даришь мне радость, Эшлинг. Никакая другая женщина никогда не делала это”.
Он толкнулся в мое тело, сотни маленьких нервных окончаний внезапно встрепенулись и обратили на себя внимание, жар его тела внутри меня вторил ощущению огня разливавшемуся между нами. Я обхватила его ногами, приветствуя его страсть, чувствуя, как я раскрываюсь под лучами его любви, вся моя жизнь шла именно к этому моменту. Я сжала гладкую кожу его спины в тот момент, когда оргазм взорвался во мне сокрушительно ярко, волна за волной экстаза заставляли сжиматься мои внутренние мышцы вокруг него даже тогда, когда он хрипло вскрикнул, уткнувшись в мою шею. Я точно заметила тот момент, когда его тело изменилось, и гладкая кожа его груди и рук превратилась в переливающиеся зеленые и желтые чешуйки. Спина, которую я сжимала, тоже изменила форму, под моими пальцами выступили острые шипы. Я мельком увидела знакомые мне изумрудные глаза, подернутые дымкой восхищения и слегка удлиненные, длинные, мощные мышцы шеи напряглись, когда Дрейк откинул голову назад и заревел.
Это было последним, что я видела, последним, о чем я думала в течение очень долгого времени, пока мое сознание не вернулось ко мне. Биение моего сердца так громко отдавалось в ушах, что я с трудом могла услышать что-то еще. Я растаяла в руках Дрейка, позволяя ему устроить меня у себя на коленях, после чего он рухнул без сил.
Судя по всему, он уже принял нормальный, человеческий вид, но я то знала. Под этой великолепной плотью мужчины билось сердце дракона.
И все это было моим.
“Я думала, что сегодня все должно было быть только для тебя," пробормотала я на ухо, слегка прикусывая мочку, давая понять как я его любила.
“Так и есть. Я доволен”, ответил он, закрыв глаза и положив голову на край ванны.
Я провела рукой по скользкой поверхности его груди, улыбаясь тому, на сколько бешеным было его сердцебиение под моей ладошкой. Я была настолько обмякшей, насыщенной, казалось, будто я была вообще без костей, дрейфуя в мире, который состоял только из влажного мужчины подо мной. “Нам нужно больше ночей Дрейка”.
"Аминь."
Биение сердца не успокаивалось. Наоборот, нахмурившись и поднимая голову, мне показалось, что стук даже возрастал.
Дрейк слегка вздрогнул, очевидно так же услышав стук. “Что?” громко спросил он, хмуро уставившись в тень.
Посреди черноты появился лучик света, вырастая, пока не превратился в проем двери. В открывшуюся дверь просунулась рука, к счастью, без владельца. Рука трясла сотовым телефоном в нашу сторону.
"Это Пал. Ему надо поговорить с тобой."
Я покосилась на дверь. “Это похоже на Иштвана. Что он делает в нашем сне?”
"Что ему надо?"
“Он проследил за Костей, как ты и просил. Он сказал, что твой брат забрал филактерию….и Пал думает, что тот направился к Габриэлю”.
“Нет, нет, нет, нет”, сказала я, хмурясь на руку с сотовым. “Я – толерантная женщина, но я отказываюсь от того, чтобы Иштван участвовал в наших эротических снах. А особенно, я бы не хотела в мечтах ничего, что хоть как-то будет связано с делами драконов. Прикажи ему уйти, сладкий."
Вид голой спины Дрейка когда он резко распахнул дверь, достаточно широко, чтобы взять телефон, ясно дало понять несколько вещей.
