Читаем без скачивания Эпоха мертвых. Москва - Андрей Круз

– Так ты еще и обратно поедешь? – поднял он брови.

– Поеду. Оставаться там не намерен.

Тут задумался майор, и я даже понял о чем – как это мое рвение использовать на пользу обществу. Потом у него явно мелькнула идея, и он спросил у меня:

– Ты хочешь своих оставить здесь. Так? Сам пойдешь до старых ППД, пока там еще не все эвакуировано? И оттуда ты намерен скататься в город на разведку, как с базы. Если все пройдет нормально, ты пойдешь дальше на Горький-16, сделаешь там свои дела, а потом вернешься к нам, к своим гражданским. Поправь, если ошибаюсь.

– Все верно. Планы именно такие. И главное, буду спокоен, что люди в безопасности. Не тащить же с собой?

– В безопасности. – кивнул он. – Это верно. На всем обозримом пространстве сильнейшей группировки нет. И не будет.

– А с чего жить предполагаете? Если не военная тайна, конечно?

– Как с чего? – пожал он плечами. – Уже начали с деревнями договариваться, что берем под охрану. Пытаемся понять, какая промышленность будет работать.

Я хмыкнул, затем высказался, изобразив удивление:

– А чего понимать то? У вас Нижний под боком, там автозавод, судостроительных аж два, авиазавод, прочее. Они и будут работать. И Волга, середина течения, так сказать. Если в будущем и будет торговля, то Нижний столицей мира станет.

– А ты через него проехай для начала, каждый грузовик с товаром надо будет танком сопровождать. Мертвяков давить и от бандитов отбиваться.

– А сушей то зачем? – удивился я. – Волга же! Чем тут самим чего-то выращивать, где ни черта не растет, лучше с нижним Поволжьем договариваться. Там хлеб, там нефть, там тоже промышленность, но другая. Это блин двадцатый век всех испортил, привыкли все дорогами возить. А в девятнадцатом половина товара шла по рекам и перепродавалась в Нижнем. Волгой вниз тот же лес пойдет, там же степь, ни прутика не растет. А если по направлению к Горькому-16 злодеев оттеснить, то можно тем же лесом торговать. Почему ярмарка то в Нижнем была? Потому что в центре вселенной. Оттуда рекой до любой точки почти что рукой подать.

Майор после моей речи задумался. Вообще странно, что никто об этом не думает. Зашоренность какая то в образе мыслей. Тоннельное зрение. Майор подумал, подумал и сказал:

– Знаешь, это не со мной говорить надо. Это с командованием. Но я тебе вот что скажу: если берешься разведать город, то я, в рамках своих собственных полномочий, тебе гарантирую заправку и базирование в старом расположении.

– Я город плохо знаю, только по картам. – повел я разговор в конструктивное русло. – Был когда-то, но давно и не долго.

Майор понял меня правильно, среагировал сразу:

– Одного человека дам. Одного, не больше. Надо мной командиры есть, от них пока приказы совсем другие. Поэтому и свою разведку туда послать не могу. Но одного человека дам, дам… – повторил он, как будто сам себя убеждая, что дать человека нам стоит. – И он же тебя связью со старым ППД обеспечит.

– Спасибо. Я тогда пойду, своим объявлю об изменении планов.

– Давай. Вас в учебном корпусе пока устроили?

– Так точно.

– Тогда мой человек тебя там найдет. Лейтенант Белецкий, светлый такой, он сам из Нижнего, родился там, так что город знает отлично. Обсуждайте все с ним.

Сергей Крамцов, партизан, диверсант и разведчик.

21 апреля, суббота, вечер.

– Это как так? – возмущенно спросила Вика.

– А вот так. Считать это приказом, который не обсуждается. Как ехать за Нижний – неизвестно никому. Непонятно даже, какие мосты уцелели. До того, как мы разведаем маршрут, никто и никуда отсюда не сдвинется. Командование части обеспечивает вашу безопасность при любом исходе нашего рейда.

Я собрал всех наших, включая даже «детский сад» в классе связи, который нам пока выделили под ночлег. Все расселись на сдвинутых в угол партах – стулья отсюда давно унесли, на весь класс теперь их было всего три. И десять раскладушек. А на ночь из парт, поставленных на попа, получатся перегородки.

– А кто поедет? – спросила Татьяна.

– С нами едет один офицер, который хорошо знает город. С нами идут Леха, Шмель, Василий, Сергеич, ну и я. Вместе с офицером как раз шесть человек получается.

– Серый, ну а мы? Есть же место! – возмущалась Вика.

– А вы остаетесь. – спокойно ответил я.

– Это почему, интересно? – даже встала она, уперев руки в бедра.

– Потому, что в случае потери одной из машин, мы сумеем погрузиться вшестером во вторую. А всемером – уже нет. Или придется выбрасывать запас топлива, или патронов, что тоже никуда не годится. Третий УАЗ у нас не подготовлен для таких рейдов.

– А может вам грузовик взять? Если в городе мертвяки, то на нем проще прорываться будет. Закрылся – и вперед. – неожиданно для всех сказала Маша.

Ее заявление вызвало общий шок. Не то, чтобы она предложила что-то неправильное, но она в таких обсуждениях никогда не принимала участия, и, тем более, не высказывалась в такой тональности. Она только стреляла метко и убивала сразу.

– Проще. – кивнул я. – Но это если мертвяки. А если люди, то грузовик слишком хорошая цель. И случись что с ним, то как обратно отходить? А так две машины есть, все же резерв. И здесь еще одна в запасе.

Дверь класса распахнулась, в комнату залетел среднего роста худощавый лейтенант-связист, в разгрузке, камуфляже и с АКС на плече стволом вниз. Он оглядел присутствующих, спросил:

– Крамцова бы мне как увидеть?

– Я Крамцов. – поднял руку я.

– Белецкий. – отрекомендовался он, протягивая мне руку. – Меня майор Копылов прислал.

Я встал, пожал ему руку, затем спросил:

– Где можем поговорить?

– В штабе, где же еще. Пошли, провожу. – вполне по приятельски хлопнул он меня по плечу.

Я подхватил со стола «сто пятый», повесил его на ремень и сказал своим, кто собирался в рейд:

– Пошли, посовещаемся.

Все, кто должен был идти в разведку, встали и пошли следом. До штаба оказалось идти совсем недалеко, нас через один корпус от него поселили. И вообще он штабом не был, а как и все вокруг – бывшим учебным корпусом. Классы соседних принимали жильцов, а в этом корпусе заседали всевозможные отделы неожиданно расширившегося хозяйства.

– Мужики, чай будет кто? – спросил Белецкий, едва мы вошли в класс.

– Все будут. – ответил Леха. – Кружек то хватит?

– Хватит, там целый ящик их под столом, в коробках. – показал рукой Белецкий. – Смародерили при эвакуации. Только их сполоснуть надо, пыльные, прямо из магазина.

Действительно, под столом нашлась большая картонная коробка, в который были коробки поменьше, в которых, в свою очередь, было упаковано по четыре чайных чашки с блюдцами. И через десять минут все сидели вокруг стола с чашками дымящегося чая, а на столе Белецкий раскладывал карты.

– О выдвижении к городу, кратенько. Пойдет колонна за имуществом в Золино, присоединяемся к ней. – кончик его авторучки уткнулся в точку возле поселка Золино. – Проблем не будет, ее броня сопровождает. В Золино дозаправимся, а вот весь боекомплект везем с собой – боеприпасы оттуда уже вывезли. Сейчас вывозят кровати из казарм и все подобное, так что там ничего не дадут. Техника оттуда вся ушла, кроме нескольких «маталыг», с которых подходящих мертвяков отстреливают. Стоять там наши будут еще дней пять-семь, так что будет, куда вернуться на дозаправку и с кем идти сюда. В общем, с этим все ясно. А вот по движению через город – не ясно ни хрена. Вообще.

Он развернул подробную генштабовскую карту Нижнего Новгорода. Но карту старую, бог знает, какого года выпуска.

– Насколько карта точная? – спросил Сергеич.

– Так себе. – изобразил неопределенный жест рукой Белецкий. – Но центр и подходы к центру города изображены верно, отличаются в основном окраины.

– Что вообще известно об обстановке в городе? – спросил уже я.

– Ничего. Все сведения от беженцев, от тех, которые осели у нас. Все было забито мертвяками, в центре была стрельба и более того, там еще кто-то и с кем-то сцепился. Стрельба шла в двух местах, у Кремля и в Сормовском районе, в промзоне.

– Взрывов и пожаров не наблюдали?

– Нет, только интенсивная стрельба из автоматического оружия. А пожаров в городе и так хватает. Где-то плиту не выключили, где-то замкнуло. По наблюдениям, горит во многих местах.

– В принципе, если смотреть по картам, есть возможность отсечь от города Сормовский завод, так? – я постучал карандашом по карте. – Серьезные стенки там есть, если организуются очаги сопротивления, то затем можно будет, устраивая дополнительные перемычки, отсечь почти весь этот район у реки от города. Так? А тут и пристани, и погрузочные мощности, и нефтехранилища.

– Возможно. – кивнул Белецкий. – Только какой смысл людям запираться в городе, забитом мертвяками?