нужную команду.
"Место!"
Вот как она называлась. Крысеныш встрепенулся в своем углу и колебался всего секунду. Через мгновение он уже сидел на ладони.
- На! - выкрикнул доктор и вонзил в него иглу.
***
- Третий раз и давайте уже без шума, - скомандовал Шнур, - посади его на руку, отвлеки, а ты шприц заранее подготовь, не тупи.
Самоделкин только кивнул, инструмент уже давно был у него в руке.
- Отойдите от него, не пугайте монстра. Потом медленно приблизишься и уколешь. А ты вообще отойди вглубь, двое вы там не нужны. Я направо, ты налево.
Виталику уже не так было жалко третьего как его друзей. Надоело. Хотелось быстрее избавиться от этой рутины и заняться наконец знакомством с бандой изнутри. А мышей он потом еще найдет, много их еще летает под Сводом. Он позвал третьего и с удивлением заметил, что интерфейс опять немного изменился. Теперь вокруг изображения питомца крутились уменьшаясь цифры. 1,2 - 1000 - 800 - 600 -500 -300 -100
Да это ведь расстояние до питомца! Через секунду он уже влетел внутрь и с шумом приземлился на плечо, несмотря на протянутую руку. Глаза у этого были круглые и широкие. "Глазастик - вдруг подумал Виталик и быстро постарался отогнать мысль от себя, - Крыса. Мутировавшая летучая крыса."
Крыса сидела у него на плече и что-то щебетала, как птица, постоянно вертя головой.
- Да что ты говоришь. Сколько новых впечатлений. Чего видел?
- Посади его на руку, - прошипел Самоделкин, приближаясь, - я так не попаду.
Виталик вытянул руку и пошевелил пальцами, дразня крылатого. Тот не реагировал и продолжал что-то рассказывать на своем шипящем.
- Иди сюда, - пропел Виталик, - поборемся.
Третий продолжал лепетать и даже прошелся по плечу, задев ухо мальчика крылом.
- Посади его на руку, блин.
Тень от доктора упала на Виталика, краем глаза он заметил, что Шнур вышел из укрытия и наблюдает за ними.
- Кис-кис. Давай поиграем с пальцами, ты же любишь бороться с ними.
"Глазастик" вдруг взлетел и сел мальчику на голову, зашипев. Уже занесший шприц для удара Самоделкин убрал руку за спину. Мышонок ходил по голове взъерошив и так не аккуратную прическу.
- Посади его на руку, дурак.
Виталик вздрогнул от неожиданной грубости тона и услышал знакомый свист щупальца. Мышонок вскрикнул и царапнув голову когтями пропал.
- Достал, - сказал Шнур, рассматривая крысеныша еще бьющегося в клешне, которая протянулась как уродливая труба через весь коридор. - Этот говорун точно заслужил пойти на опыты.
- Только не раздави, - попросил Самоделкин, - опять будет кусок мяса с переломанными конечностями. Он мне целый нужен.
- Так забирай.
Писк мышонка заставил их остановиться. Замер Виталик, медленно поворачивая голову на звук. Замер Шнур с вытянутым щупальцем. Замер Самоделкин с занесенным шприцом и приближающийся Карандаш тоже остановился. Это не "Глазастик" пищал. И тут Виталик вспомнил, о чем забыл, а потом похолодел.
Дрема должен умереть
«Маленький Хозяин смотрит,» — обрадовался Дрема и ускорился, показывая свои умения. Дрема всегда знал, когда хозяин приходит к нему в голову и смотрит его глазами. Это не больно и не неприятно. Это просто бывает. Старый хозяин первый научился так делать и очень любил смотреть, даже больше чем новый. А Дреме нереально нравилось показывать то, что не может увидеть хозяин. Несмотря на всю его силу, мощь, ум, обоняние хозяин не мог развивать такую скорость, да он и летать не умел. Хотя старый хозяин что-то такое начинал показывать. Они не могли видеть то, что мог увидеть Дрема. Не могли пролезть туда, куда пролез бы любой угольный мышонок. Да ничего они не могли, для этого был верный Дрема.
Раз и выйти из крутого пике, проскользнуть мимо машин, не врезаться в антенну на крыше, долететь до Свода, постепенно ускоряясь и почти врезавшись в ослепительно яркое развернуться и нырнуть вниз. Тут уже осторожнее потому что Свод ослепляет и глаза не работают — нужно снизить скорость и зависнуть в воздухе не двигаясь, пока не пройдет.
Хозяина уже не было. Не, это не старый хозяин — тот мог часами наблюдать за подвигами друга и поощрять его веселыми эмоциями-картинками. Виталик быстро теряет интерес к полетам. Вот и сейчас.
За Дремой он не смотрит, но связь еще оставил. Связь - это что-то вроде нити, которая связывала хозяина и питомца. Эта нить помогала ему быстро передать команду, позвать на помощь, позвать к себе, указать жертву и много чего еще. Дрема обязан был слушать хозяина, да он и против никогда не был. Это же хозяин! Второй лучший друг.
Пока нить не снята питомец всегда на взводе и ждет указаний, даже если хозяин отвлекается. Или дергает вторую нить. Дрема почувствовал, как мальчик общается с еще одним питомцем, удерживая его на второй нити. Первый хозяин так не умел, он только Дрему контролировал. Если бы они дружили дольше, то и Первый такому бы научился.
Дрема прислушался. Он мог чувствовать эмоции связанных с ним нитью других мышей, знал где они находятся и что делают. Они так не могли. Этот спал. Днем. Дрема не любил спать, движение - вот его стихия, движение и познание нового. Спит коллега в районе центра, там где любят тусоваться дикие, как Дрема называл мысленно своих друзей. Они не знали что такое хозяин, что такое друг и понимали только принцип стаи... До тех пор пока Хозяин не притягивал их, не начинал играть с ними, давать разные смешные поручения. Тогда еще можно было с ними мириться, не смотреть свысока и даже играть в догонялки. Но только Хозяин обрубал нити они сразу теряли интерес к жизни, забывали Дрему, а некоторые вообще пропадали без вести.
Этого сейчас держит нить, значит он вменяемый почему бы не поиграть? Дрема любил одиночество, но гонять вместе со стаей пугая людей — это тоже интересно.
Хозяин не разбудил мыша и пропал, но нить не оборвал как у Дремы. Накинул на второго и уже смотрел его глазами наверное. Дрема тоже прислушался. И этот спит. Рядом с первым под той же крышей. Хозяину это не понравится. Дрема проверил направление и рванул в ту сторону. Если хозяин не играет, то Дрема может.
Тем временем хозяин уже накинул четвертую нить и появился еще один ленивец. Дрема еще издалека заметил спящую вверх ногами троицу.
