Читаем без скачивания Бесштановый переворот - Владимир Черепнин

Неожиданно взгляд натолкнулся на нормальное слово «ветер». Оно стояло в конце матерного выражения через тире. Решил более тщательно просмотреть странный талмуд. Так и есть. После каждого нецензурного набора слов (даже мысленно не мог назвать это предложением, какой-никакой, а учитель все-таки) стояло обыкновенное наименование какого либо явления или действия. Далее шло последовательное описание определенных жестов.

Неожиданно в башке, как будто что-то щелкнуло. Обрывки ранее полученной информации сложились воедино. И экскурс в историю колдовства в рассказе Валакалы, и упоминание Айяя о том, что сюда был сброшен Верховный чародей Юпалтыны. Кусочки мозаики или, как теперь положено говорить — пазлы, сформировались в понятную картинку. Я сообразил, что находится передо мной. Великая Колдовская Книга.

Вот оно как. Наш мат в изощренной форме, и не мат вовсе, а Велеречивые Словеса, с помощью которых строятся все здешние магические заклинания. И тут я похолодел. Вспомнил, как несколько минут назад материл себя любимого за чрезмерную беспечность. Я резко вскочил на ноги. Жалко, нету зеркала. На ощупь новообретенных изъянов, что-нибудь вроде начавших расти рогов или хвоста, либо, наоборот, чего-то отсохшего или отвалившегося, не обнаружилось. Конечно, куда мне до таких извращений, фигурирующих в книге, да еще и в свой собственный адрес. Но, на всякий случай, дал себе еще один зарок: никогда не сквернословить… По крайней мере, в этом мире.

И еще, решил, когда вернусь в Юп, надо будет узнать у Копадрюка, не было ли такого во время наших многочисленных пьянок, чтобы я «послал» кого-то, и тот безвозвратно исчез. Так, на всякий случай. Мой матерок никак не тянул даже на самое простенькое заклинание, но все же.

А потом я устроился поудобней. И принялся за более основательное штудирование материала.

Первоначальная мысль выучить несколько заклинаний, дабы при надобности подтверждать статус Того Самого Колдуна, отпала практически сразу. Уж слишком витиеваты и длинны были выражения. Такое не запоминается. Плюс замысловатые жесты, описание которых так же имелись. Вдруг махнешь рукой не в тот момент? Что получится? А фиг его знает. А тогда и нечего играть в волшебника-недоучку. Обходился пока одними перемещениями, как-нибудь и дальше обойдусь.

Уже хотел было отложить книгу — мало интереса читать сложносочиненную нецензурщину, но в последний момент заглянул в конец трактата. А там оказалось что-то вроде пояснительной записки. Так сказать, откровения Верховного Колдуна. Вначале излагались принципы передачи заклинаний, о которых я уже слышал: один колдун — один ученик. Дабы не расползалось.

А вот дальше пошли сведения, которые меня заинтересовали. Оказалось, что вычурные пассы руками при произнесении заклинаний, на самом деле абсолютно не потребны. Колдовство срабатывает и без них. Это древние колдуны еще придумали, сопровождать текст сложными движениями, для того, чтобы кто-то, случайно подслушавший и запомнивший заклятие, был уверен, что все равно у него ничего не получится, потому что запомнить пассы было совсем нереально. А впоследствии все чародеи уже были уверены в том, что без движений колдовство не получится. Лишь только Верховные Колдуны владели сей тайной, передавая ее от приемника к приемнику.

Я вспомнил, какие выкрутасы руками совершала Валакала при произнесении заклинаний и даже хихикнул. Сразу же решил: не стану ее посвящать в этот колдовской секрет. Пусть и дальше выкаблучивает кренделя. Любо дорого смотреть будет, особенно теперь, когда знаю, что это свершено лишнее.

А еще там был прописан секретный рецепт кушанья для зыкчугов, которыми ранее управляли чародеи. Употребление приготовленной по этому рецепту еды гарантировал покладистость «летательных аппаратов» и максимальную вонючую тягу. В последнем не было ничего удивительного, потому как основными ингредиентами варева являлись горох с бобами…

Больше ничего полезного для себя из книги я не узнал. Этот талмуд Валакале бы, уж она-то почерпнула много полезного.

А потом я задремал. Наверное, сказалось нервное перенапряжение. Очухавшись, решил, что времени прошло достаточно, и по всей видимости рынок уже должен быть закрытым. А может и ночь наступила. Как бы там не было, но так и так выбираться надо. А то опять стали дурацкие мысли появляться насчет никудздеца, вдруг он портал какой? Да и более приземленные проблемы имели место быть: оголодал я порядком.

Так что, выбираться надо было по любому. Приняв позу сидящего на корточках эмбриона, дабы не сильно отсвечивать при материализации в параллельности, я телепортировался.?

Ночь. Уже хорошо. С временем угадал. Опасения насчет попадания в черт знает какую параллельность оказались беспочвенными. Я сидел аккурат меж опустевших торговых рядов. Легкая эйфория оттого, что оказался вновь в родном мире, улетучилась практически мгновенно. На первый план вылезли насущные проблемы. Весьма, надо сказать, значительные. Еще бы! Голый, в чужом городе, да еще и на огороженной территории. Можно сказать, в большой клетке.

А ведь первоначально собирался заныкать где-нибудь или за городом, или на окраине предварительно прикупленные треники с футболкой. И деньжат на дорогу туда же вложить. Однако, когда оказался на месте предполагаемого перемещения, то бишь на рынке, червячок сомнения превратился в огромного змееныша, и я был на грани вообще отказаться от последней части авантюрного предприятия. Так что, на камень нажал почти что спонтанно, дабы не передумать. Какие уж там схроны…

Теперь приходилось расхлебывать. Я поднялся на ноги и пошел. Неспешно так, озираясь по сторонам. Увы, нигде никакой тряпочки. Да что там тряпочки, не было даже обрывков оберточной бумаги, из которых можно было бы соорудить хоть какое-то подобие папуасской юбки. Угадал я с уборкой.

Не знаю, что заставило меня обернуться. Может, интуиция просигналила, или все-таки уловил слабый звук… Угадал я не только с уборкой, но и с собаками тоже…

Они, штуки четыре точно, а может и больше, неслись молча. Даже не рыча. Оно и понятно, не шавки беспородные, способные лишь всех и каждого облаивать взахлеб. А ротвейлерам незачем лаем предупреждать потенциальную жертву. И что-то мне подсказывало, что настигнув меня, они не ограничатся тем, что завалят на землю и будут, порыкивая на любые мои поползновения, дожидаться хозяина. Собаки мчались с явным намерением рвать.

Все эти мысли мелькнули где-то на уровне подсознания, я-то уже бежал во всю прыть, потому как рванул наутек в тоже мгновение, как только увидел этих монстров.

Эх, прав был парнишка из мультика про Масленицу — на четырех оно завсегда быстрее. Свора неуклонно сокращала расстояние. Я это знал, даже не оборачиваясь. Вначале стал слышен дробный топот преследователей, затем добавилось и злобное, с хрипотцой дыхание. А когда где-то в районе моей щиколотки клацнули зубы, не дотянув каких-то несколько сантиметров, я решил больше не испытывать судьбу и нажал на камень.?

По своему миру я пробежал достаточное расстояние, гораздо большее, чем территория дворца Айяя. И теперь очутился на пустынной улице Тюлюли. Быстро осмотревшись и не заметив никого, я перебежал на параллельную улицу, дабы при очередном перемещении оказаться вне поля зрения злобной своры ротвейлеров (а надолго задерживаться в параллельности в мои намерения не входило), и продолжил бег в том же направлении, что и в своем мире, справедливо полагая, что рано или поздно покину огороженную зону негостеприимного рынка.

Я пробежал не более пятидесяти метров, когда из-за угла на очередном перекрестке донеслись какие-то звуки. Я не стал прислушиваться, дабы выяснить, что это: разговор, покашливание или вообще плод перевозбужденного воображения. Просто, практически на автомате, вернулся.?

Не дотянул считанные шаги. Передо мной находился ряд киосков, «спиной» притулившихся к рыночной ограде, а метрах в двадцати справа над торговыми точками виднелась арка ворот.

Там-то, по идее должна быть будка охранников. Может, попробовать разбудить (а в том, что ЧОПовцы спят, я ни грамма не сомневался) и попытаться разжиться какой-нибудь одежонкой? Дурацкая идея. С того места, с которого я менее минуты назад переместился в Тюлюлю, доносился истошный вой моих неудачливых преследователей. И в этом вое мне слышались нотки и разочарования, и дикой злобы, и извечного страха «друзей человека» перед всем сверхъестественным. Пока буду тарабанить в будку (а раз уж охранников не разбудили верные четвероногие помощники, по силе звука недалеко отстающие от пожарной сирены, то значит не обошлось без сорокаградусного снотворного), обязательно привлеку свору, и они, само собой, попытаются взять реванш. А может штаб-квартира, а по совместительству и спальня, частных блюстителей находится вообще не здесь, а у других ворот. Да и неизвестно, как они воспримут голого парня, прервавшего сладкие сновидения.