— Вы же обещали не причинять ему вреда, — с упреком сказала женщина.
Мужчина пробурчал в ответ что-то невнятное, а потом отдал какой-то приказ. По его тону Брэдан понял, что мужчина сильно раздражен.
Где же он все-таки находится: в самом здании с красной дверью или в сточной канаве под окном? И что произошло с Фионой? При мысли о любимой дрожь пробежала по всему телу Брэдана. Он изо всех сил пытался выйти из ступора, чтобы открыть глаза, определить свое местонахождение и начать действовать.
Застонав, Брэдан с трудом сел и схватился за голову. Он все еще не мог открыть глаза, так как боль накатила на него с новой силой. Тем не менее Брэдан понял, что он не связан, хотя и обезоружен. То, что ему была предоставлена свобода движений, воодушевило. Значит, Дрейвен не успел бросить его в подвал замка Чепстон. Там всех узников заковывали в кандалы. Ободренный этим открытием, Брэдан медленно открыл глаза.
Хотя очертания предметов и расплывались перед ним, Брэдан разглядел пол, на котором лежал. Он был дощатым и довольно чистым. В помещении вопреки ожиданиям Брэдана было светло. По-видимому, на стене горел факел. Брэдан снова зажмурился, стараясь унять приступ ноющей боли. И тут он почувствовал легкое прикосновение нежных пальцев к своему лбу и уловил слабый запах ванили. Несмотря на боль, Брэдан резко повернул голову и открыл глаза, надеясь увидеть рядом с собой любимую.
И действительно, это была она…
Радость охватила Брэдана. Он возблагодарил Бога за этот подарок судьбы. Стоя рядом с ним на коленях, Фиона с болью и сочувствием смотрела на него.
— Слава Богу, ты здесь. С тобой все в порядке? — прохрипел он и заключил ее в объятия.
Фиона на мгновение припала к груди Брэдана, но тут же высвободилась из его объятий и встала. Брэдан с недоумением взглянул на нее снизу вверх, не понимая, что происходит. Выражение лица Фионы было холодным и сдержанным. У Брэдана невольно мелькнула мысль, уж не обидел ли он ее.
— В чем дело, Фиона? — осторожно спросил он. — Что-то не так?
— Нет, все в порядке.
Сделав над собой неимоверное усилие, Брэдан встал. В глазах у него потемнело, стены помещения заходили ходуном. Немного придя в себя, он взял Фиону за руку.
— Пойдем, нам надо спешить, пока Дрейвен не заметил, что мы… — начал было он, но Фиона не дала ему договорить.
— Нет, Брэдан, мы никуда не пойдем, — заявила она ровным спокойным тоном, от которого у Брэдана холодок пробежал по спине.
Вырвав свою руку, Фиона попятилась, не сводя с него глаз. Только сейчас Брэдан обратил внимание на роскошное платье, которое было на ней. Оно прекрасно сидело и было сшито из тончайшего шелка, облегавшего ее стройную фигуру и подчеркивавшего все ее достоинства. И что особенно примечательно, наряд Фионы был ярко-алого цвета. Брэдан нахмурился, но у него не было времени разбираться, почему она надела именно это платье и что это означало. Им надо было поторопиться уйти, пока не вернулся Дрейвен.
— Не упрямься, Фиона, — пытался уговорить ее Брэдан, снова подходя к ней. — Нам опасно оставаться здесь. Это чудо, что нас оставили вместе, без охраны, и мы должны этим воспользоваться. Нельзя упускать такой шанс!
И он нетерпеливо протянул руку, не сомневаясь в том, что она подаст свою.
Однако Фиона снова отпрянула от него. Брэдан оцепенел, не понимая, что с ней. Ему вдруг стало нехорошо от закравшихся в душу подозрений. Фиона потупилась, а потом, глубоко вздохнув, снова посмотрела на него. В ее глазах затаилась боль.
— Нам надо поговорить, Брэдан. За последние несколько часов многое изменилось. И отныне прежние отношения между нами невозможны. Именно поэтому я попросила, чтобы тебя доставили сюда. Ты должен услышать горькую правду из моих уст, чтобы у тебя не оставалось никаких сомнений.
— Горькую правду? — не веря собственным ушам, переспросил Брэдан.
Поведение Фионы казалось ему в высшей степени странным.
— Да, — чуть помолчав, кивнула она. — Боюсь, что мои слова не понравятся тебе. Дело в том, что я собираюсь остаться в Лондоне и заняться прежним ремеслом. Я ухожу в бордель, снова стану Леди в алом. Другими словами, я решила вернуться к Дрейвену.
В комнате повисла напряженная тишина. Смысл услышанного медленно доходил до сознания Брэдана. Ему было трудно поверить в то, что все это сказала его любимая женщина.
— Опомнись, Фиона, что ты говоришь?! — воскликнул он.
Брэдану казалось, что все это он видит в кошмарном сне. Нет, не могла Фиона так жестоко поступить с ним!
— Повторяю, Брэдан, — неестественно спокойным тоном снова заговорила Фиона. — Мы должны расстаться, прямо сейчас и навсегда. У каждого из нас свой жизненный путь. Вернувшись в район борделей, вдохнув воздух его улиц, вспомнив свою прежнюю жизнь, я поняла, что мое место здесь. Я хочу снова стать Леди в алом. Это моя судьба, все мое будущее связано с этим именем.
— Что за глупости, Фиона! У меня такое чувство, что твоими устами говорит Дрейвен! — с негодованием воскликнул Брэдан.
Фиона грустно покачала головой:
— Нет, Брэдан, это не так. Я высказываю собственные мысли. Действительно, на какое-то время мне показалось, что я смогу преодолеть свою природу и начать новую жизнь. Но я ошиблась. Мои наклонности и привычки сильнее меня, и я больше не могу сопротивляться своим истинным желаниям. Я поняла это сегодня вечером, когда ты ушел; тогда-то я и решила навсегда расстаться с тобой. Отныне я снова Леди в алом. Я иду по стопам своей матери, уличной проститутки, такова моя участь, и ничего с этим не поделаешь.
Брэдан пробормотал проклятие. Ему казалась странной перемена, произошедшая с Фионой.
— Почему ты сомневаешься в моей искренности, Брэдан? — спросила Фиона, уловив его настроение. — Прошлое не проходит даром. Я же говорила тебе о своих страхах пару недель назад, помнишь?
Брэдан кивнул:
— Да, помню. — Его охватило отчаяние. Он видел, что Фиона, продолжая упорствовать, настроена очень решительно. — Но ведь ты с моей помощью преодолела все свои страхи. Вспомни, как мы стояли под дождем, над нами грохотал гром, и как я ласкал тебя, стараясь утешить и заставить забыть ненавистное прошлое. Это были незабываемые минуты. Неужели ты все забыла?
Брэдан видел, как на ее виске пульсировала голубая жилка. Фиона на мгновение с силой сжала губы, а затем заговорила спокойно и твердо:
— Прости, Брэдан, но то, что случилось между нами, я считаю ошибкой. Наши отношения сохранятся в моей памяти как приятный сон. Надеюсь, что когда-нибудь ты тоже будешь вспоминать обо мне как о далеком сне. — Ее голос дрогнул. — Но ведь сон тем и отличается от яви, что человек однажды просыпается и возвращается к реальной жизни.
