захлестывает девушку. Она пытается оттолкнуть его, но ее руки пригвождены к земле и лишь беспомощно царапают ногтями грязь.
Нет!
Там, высоко, листья нашептывают свои тайны. Перед глазами Лейлы проносятся покрытые мхом валуны – такие яркие, такие манящие, что только феям на них танцевать по ночам. Это последнее, что видит Лейла…
Глава шестьдесят шестая
Кэл
Он бежит недостаточно быстро. Кэл забыл, как работают мышцы, у него не получается двигаться быстрее. Тропа неровная, и Кэл вынужден смотреть под ноги – ему нельзя споткнуться и упасть. Пока он ломает зеленые листья папоротников, преграждающих путь, его мысли заняты Крисси. Сердце затравленно стучит в груди, ужас леденит кровь, дыхание тяжелое, учащенное, и по спине стекает пот.
Чем выше он взбирается, тем сильнее колет в боку, по животу разливается боль. Надо было следить за физической формой. А что, если с Крисси что-нибудь случится из-за того, что он не в состоянии бежать быстрее? Кэл не сможет тогда жить. Страшные мысли проносятся в мозгу Кэла, пока ноги отмеряют шаги по тропе, а тело сотрясается при каждом ударе о камень. Безжалостное воображение рисует в самых ярких красках жуткие сцены, худшие последствия. Комбинацию всех ужасающих преступлений, которые он освещал в своих программах. Кэл уже не способен рассуждать трезво и рационально.
Когда он достигает провала в стене, преодолевает преграду из упавших камней, все его тело ноет – нет, воет! – от истощения. Но Кэл упорно продолжает продираться вперед. Ветви хлещут его по лицу, побеги ежевики вонзают свои колючки в одежду, норовят задержать его, оттащить назад.
Кэл убежден, что найдет тело дочери, и, выбравшись на поляну, не верит собственным глазам: Крисси на месте, снимает полотно с мольберта и аккуратно размещает его на валуне.
Это параллельный мир, галлюцинация! Арчи Джеймс тоже там. Он стоит рядом с болтающей Крисси, смотрит вдаль поверх ее плеча. Шум водопада замаскировал приближение Кэла, но, когда он издает возглас, оба оборачиваются и в недоумении замирают. Кэлу наплевать, что он выглядит со стороны безумцем – волосы встали дыбом, пот струится по лицу ручьями.
– Папа? Я думала, что мы встретимся в гостинице… Разве мы не так договорились? А мистер Джеймс… захотел остаться и посмотреть, какой получится картина… – Дочь запинается, и Кэла берет оторопь.
Он осознает: ему надо скрыть свою панику. Арчи стоит слишком близко к Крисси, и они оба… слишком близко к кромке водопада.
– Да? А я забыл… Конечно, мы договорились о встрече в гостинице, – выпаливает Кэл. – Ты готова, Крис? Иди сюда.
– А разве вам не нужно рассортировать краски? – спрашивает Арчи.
– И так сойдет. – Крисси сваливает краски в сумку.
И это убеждает Кэла – она тоже чувствует: что-то не так.
– Мы рассортируем их потом. – Кэл делает все, чтобы его голос звучал ровно, но отчаянное желание скорее увести дочь подальше от Арчи Джеймса подавить не получается. Здравомыслие и спокойствие покидают его. Все, о чем он может думать, – это Марго и Лейла.
– К чему такая спешка? – От вкрадчивого тона Арчи Джеймса по коже Кэла пробегают мурашки.
Ему не удается скрыть своего отвращения – во взгляде отельера Кэл замечает подозрение, от его дружелюбия не остается и следа. Кэл протягивает к дочери руку и молча подзывает ее к себе. Он должен отвести ее от опасного края.
Сумка Крисси выскальзывает из рук и падает на землю, ее лицо кажется белее мела под пологом листвы, пока она шагает к нему. Со вздохом облегчения Кэл хватает дочь и заслоняет ее своим телом.
– Ступай по тропке, Крис. Я тебя догоню. Я донесу твои вещи.
Крисси кивает, и Кэл ощущает облегчение, ведь дочь с каждым шагом удаляется от водопада. У Кэла нет желания вступать в схватку с Джеймсом, изобличать его. Но, приближаясь к Арчи, он не может справиться с собой. Его вдруг захлестывает волна ярости.
– Вам тогда сошло это с рук, – шипит он, поднимая с земли рюкзак Крисси.
Гнев за Лейлу, за всех женщин, отнятых у семей и замученных до смерти самонадеянными, наглыми убийцами, застилает Кэлу глаза. В голове проносятся воспоминания о Дюбуа, его слова, ухмылки и издевки. Что заставляет этих негодяев злорадствовать? У Арчи Джеймса не хватило такта остаться в стороне, не приходить на поминальную службу. Он стоял рядом с Джин и спокойно наблюдал, как несчастную мать терзало горе. Более того, Джеймс сидел на тех самых камнях, где нашли Лейлу, где он ее спрятал. Да этот Джеймс не человек! Он гнусный, омерзительный выродок!
Ухмылка Арчи угрюма, но он кажется довольным. Понизив голос, в котором звучит ненависть, он произносит:
– Не понимаю, о чем вы говорите.
– Из-за того что вы тогда лишились штанов, она лишилась жизни? Не кажется ли вам, что это неравноценный обмен?
Кэл бездумно провоцирует Арчи: пускай знает, что ему все известно! Он переводит взгляд на Крисси. Дочь дошла до леса. Можно задать еще один вопрос:
– Как вы вообще узнали, что Лейла здесь бывала? Вряд ли она назначала вам тут свидания.
Пожав плечами, отельер снова напускает на себя самодовольный вид. Он бывалый и ловкий оборотень. Впрочем, теперь под его самонадеянностью Кэл различает кипящую злобу. Как он не замечал ее раньше?
– Вы такого умника из себя строили в подкасте, а ничего не поняли.
Джон Ноулс в синяках и с продырявленным легким мается на больничной койке. Дюбуа водил его за нос. Чувство вины гложет Кэла. Этот урод прав. Кэл считал, что блестяще распутал дело Лейлы, но в тюрьме оказался невиновный человек. А в поисках сестры он не продвинулся ни на шаг. До чего же ужасно осознание провала!..
В глазах Арчи сверкает жестокость, от которой в сердце Кэла с новой силой разгораются гнев и негодование. Он не планировал этого, ведь дочь стоит на тропке за его спиной, но сдержаться Кэл уже не в состоянии. Кулак взмывает вверх. Ударив Арчи Джеймса, Кэл испытывает неподдельное облегчение. До чего же приятно выплеснуть негативные эмоции!
– Папа!
Страдальческий крик Крисси возвращает Кэла в реальность, заставляет пожалеть о содеянном. Мир внезапно начинает вращаться, и небо обрушивается вниз – Джеймс наносит ответный удар и лишает Кэла равновесия. Нога подворачивается на скользком камне, он ударяется головой о валун, глаза слепит сильная боль. Потрясенный, Кэл размыкает веки и видит только мягкий зеленый мох да красный мазок на камне.
Он слишком слаб, чтобы вынести вид собственной крови. И недостаточно быстр, чтобы среагировать на предупреждающий окрик Крисси. Арчи нависает над ним: лицо бледное и страшное, щека опухшая, глаза безумные. Кэл стонет, пока сапог Арчи бьет его по ребрам. Боль, как электрический разряд, пронзает все тело. Арчи в бешенстве, он словно лишился рассудка.
Кэл допустил ужасный просчет. Он не может встать
