Потом Паша случайно зашёл на городское кладбище. Там, рассказывает он: “Тихо, спокойно, птицы щебечут. Постоял минут пять, а потом вдруг злость откуда-то взялась на всё, и на покойников тоже. Лежат, думаю, гниют, воздух портят, да и землю тоже...”
В первый раз он сломал несколько крестов и свалил три гранитных памятника. “А потом , – как сообщает очерк, – Паша зачастил на кладбище, круша памятники десятками. А затем переключился на покойников, раскапывая свежие могилы и кромсая трупы. Со слов Паши, его душила постоянная злоба. “Хотелось кого-то резать, бить. А покойники – с ними что хочешь делать можно. А потом интересно было, как они разлагаться начинают – сразу или постепенно”.
Таков особый подвид садизма – некрофилия, влечение к трупам и к смерти.
Дело кончилось тем, что Пашу передали под наблюдение психиатров. Как пишет Олег Кармаза: «Те дают ему медикаменты и уверяют, что с ним будет всё в порядке. По словам матери Паши, таблетки ему действительно помогают. Но стоит только сделать пропуск в их приёме, как у него “появляется странный блеск в глазах, он черствеет, становится жёстким и непробиваемым”».
Впрочем, таблетки таблетками, а злоба у подростка копится и может реализоваться в любой момент. «Кто-то из одноклассников выбил из-под него стул ради потехи. Все, как водится, посмеялись и разошлись. Но кто же знал, что Паша такое вряд ли забудет. “Я хочу его уничтожить, так чтобы тела даже не осталось, – сквозь зубы цедит он”».
Попытки совокупления с курами Паша пока забросил. Теперь появилось влечение к женщинам. “Мне в последнее время женщины стали сниться, я их раздеваю, бью... Попробовать жутко хочется”.
По словам автора очерка, Паша “в смысле заболевания совершенно здоров. И это после длительного обследования подтвердили все без исключения врачи. Он не шизофреник”.
Версия журналиста о психическом здоровье Паши, мягко говоря, неубедительна. Тем более что автор сам же сообщает факты, способные объяснить особенности Пашиного характера. И на свет тот появился с родовой травмой. И с родительской любовью вышла осечка: “Ребёнком он был нежелательным – отсюда отношение к нему в первые два года. Строгий, даже суровый отец, в детстве часто сажал его на цепь, чтобы Паша не убежал гулять со “всякой шпаной”; на этой цепи Паша нередко сидел день, два, три . Мать однажды, было, заступилась за сына, но всё кончилось тем, что больше таких попыток она не делала”. В довершение всего, в возрасте 8 лет Паша перенёс тяжёлое сотрясение головного мозга, по поводу которого он долго пролежал в больнице.
Конечно же, заболевание подростка имеет органический характер: оно вызвано родовой травмой и последующим сотрясением головного мозга. Беспричинная ярость, немотивированная злоба, особая патологическая грубость (психиатры называют её брутальностью), агрессивность, ждущая своего часа жажда убийства – всё это атрибуты психики людей с органическим поражением головного мозга.
Может быть, особо бережное воспитание помогло бы Паше стать достаточно терпимым в жизни, хотя и невероятно трудным, человеком. Увы, садистская “педагогика” в родительской семье окончательно направила интересы подростка в русло садизма и некрофилии.
Хотя это неизвестно автору очерка, любопытство к курам и попытки Паши вступить с ними в половой контакт, вполне объяснимы. Они свидетельствуют о наличии своеобразной аномалии, “микропениса”, когда очень малые размеры члена вызваны генетическими причинами и не зависят от уровня андрогенов. Об этом говорит и то, что попытки спаривания с курами были предприняты Пашей уже после его вступления в возраст полового созревания. Ведь уровень мужских половых гормонов у него стал достаточно высоким, так что наследственно запрограммированные размеры его члена уже вполне определились. Особая же тяга лиц с микропенисом к курам известна сексологам с давних пор. Не оригинален Паша и своём выборе котят, в качестве объекта садистских истязаний: Е. Ревич и Л. Шлесинджер (Revitch E., Schlesinger L. B., 1988) выделили “ненависть и насилие по отношению к кошкам” , свойственную детям и подросткам – будущим насильникам и убийцам. А. Ткаченко (1999) описал садиста, который причинил женщине “тягчайшие повреждения с отрезанием ушей, выбиванием глаз и т. д.” , умертвив жертву. При этом полностью дублировались действия, с детства “отработанные” им на кошках.
По мере своего взросления Паша вместо котят станет истязать людей, но обязательно более слабых, чем он сам. Потому-то, исходя злобой к подшутившему над ним однокласснику, он выберет себе в жертву не его, а кого-нибудь из хрупких девушек. Впрочем, у него может появиться и “ненависть” к детям и к старикам, ведь они тоже слабые!
Страшно, когда садисты получают неограниченную возможность мучить и убивать. Фашисты в этом были не одиноки. Позорным и жутким был, например, “беспредел”, чинимый царём Иваном Грозным (царь был, конечно, не невротиком, а по-настоящему душевнобольным). Он приказывал убивать и грабить население русских городов (Новгорода, например). Что уж тут говорить о зверски замученных жителях населённых пунктов, захваченных в ходе военных действий (таких, как город Полоцк, где он вырезал всех евреев). Он заставил своего любовника Федю зарезать в его присутствии собственного отца – боярина Алексея Басманова. Меньшие доказательства любви к своей персоне царя не устраивали! Кстати, когда Фёдор был ещё в фаворе, он пожаловался своему царственному любовнику на гомофобные замечания в его адрес, сделанные воеводой князем Овчининым. Царь не замедлил с наказанием обидчика своего любимца. Князя пригласили на царский пир и подпоили, а затем по приглашению Грозного он спустился в винный подвал. Там воеводу и задушили царские псари.
Не менее кровавыми “подвигами” прославились и садисты времён эпохи Возрождения, искавшие оправдание в философии гедонизма, утверждавшей, что наслаждением, как единственным благом в жизни, должны пользоваться лишь сильные личности.
Важно заметить, что сочетание органических поражений головного мозга с болезнетворным воспитанием, полученным в условиях авторитарной семьи (подавление личности ребёнка при дефиците родительской любви), формирует чрезвычайно уродливый характер, свойственный так называемым серийным убийцам.
Сопоставления, сделанные в этой главе, свидетельствуют о том, что поведение психопатов, как гомо-, так гетеросексуалов, скроено по одним и тем же шаблонам. “Голубой” убийца Иртышов – психологический близнец садиста-гетеросексула Г. и некрофила Паши. Садисты всегда опасны и отвратительны, убивают ли они девочек или мальчиков, женщин или мужчин, а также и в тех случаях, когда им одинаково по душе убийство и мучительство тех и других (именно таким был бисексуальный убийца Чикатило).
Что же касается невротиков, то их способность любить блокируется сходными механизмами безотносительно типа сексуальной ориентации. Правда, интернализованная гомофобия придаёт невротическому развитию геев особые черты, благодаря которым им труднее, чем гетеросексуалам, реализовать свои мечты о любви и о счастье.
Контрольные вопросы
Можно ли назвать любовью сексуальные авантюры Дмитрия Лычёва, которые сам он расценивает как влюблённости?
2. Чем объясняется промискуитет, практикуемый Лычёвым и Л.?
3. Способны ли тот и другой на избирательное и альтруистическое чувство?
4. Какова сексуальная ориентация того и другого; в чём различие бисексуальной активности обоих?
5. Какова психологическая подоплёка садистского компонента в структуре полового влечения каждого из них?
6. Можно ли счесть зрелым психосексуальное развитие того и другого? Чем объясняется блокада их психосексуальной зрелости и каковы перспективы её преодоления у каждого из них?
7. Каким образом акцентуация характера Димы, последствия перенесенной травмы мозга и психопатия Л. влияют на их половое поведение? Каким образом психопатии Руслана и Владимира сказываются на их взаимоотношениях с половыми партнёрами?
8. В чём причины гомофобии, царящей в подростковых и молодёжных группах?
9. Как гомосексуальному подростку снизить риск получения психической травмы, если он намерен войти в состав молодёжной группы?
10. Чем плох групповой секс?
11. Насколько психопатология Иртышова и Паши зависит от перенесенных ими травм головного мозга и насколько – от их воспитания?
12. Варианты садомазохизма на примерах Сирила Коллара, Л., “Лифтёра” Г., Иртышова, Паши и милиционера, принудившего к половому акту Сергея.
Глава VII . Парадоксы интернализованной гомофобии
Что же касается прочного счастья, семейного ли,
