Я возмущенно зашипела, растеряв весь словарный запас, и вскочила с постели, забыв, что одета лишь в пижаму. Зато об этом не забыл Акир. Не успела я повернуться к нему спиной, как он тут же прижал меня к себе, наклонился, поцеловал в шею и шепнул:
— Мне и так тяжело сдерживаться, малышка. Ты даже не представляешь, насколько.
Я молча сопела, не зная как реагировать и дико стесняясь командора и всей ситуации в целом. Да еще обнимавшие меня руки Акира нервировали… Правая лежала на моей левой груди, а левая прижимала меня к нему в области самого сокровенного. Не успела я встать, а меня тут же обсмеяли, облапали, смутили и намекнули на… многое. Ну и как быть спокойной при таких обстоятельствах?!
Подумала я, подумала, и решила отплатить той же монетой. Не мне же одной страдать! Подняла правую руку, закинула ее назад и обхватила командора за шею. Левую тоже отвела назад, и положил ее на… хм… левую ягодицу обнимающего меня мужчины. Ну, он же как бы мой муж? По крайней мере, претендует на эту роль…
Акир сначала окаменел от моей выходки, только дышать начал ощутимо тяжелее. А я что? Стою, не шевелюсь, никого не провоцирую.
— Алеся-а-а, — полустон-полухрип мне в ухо и та рука командора, которая лежала на самом сокровенном, поползла к резинке моих шорт.
Я дернулась, но… В общем, поняла, что сейчас меня будут любить. Причем любить сильно и скорее всего долго, потому что пижамные шорты оказались на полу, а звук расстегнувшейся молнии, донесшийся сзади, не оставлял сомнений в том, что сейчас последует.
— Акир! — в панике шепнула я, пытаясь вернуть ниоки разум. — Нам нужно лететь…
— Нужно… полетим…
Ага! Полетела я — обратно на постель. Полетел Акир — на меня сверху. И Яшка полетел — с постели на подушку в углу.
Когда совсем рядом, за входной перегородкой, застегнутой на молнию, раздался голос Майки, я как никогда была близка к тому, чтобы расстаться с девичьей честью. Если конечно она у меня еще имелась.
— Командор! — позвал адъютант Акира. — Все готовы, ждут только вас.
— Сейчас! Через пять минут будем на месте! — громко отозвался ниоки и уткнулся носом мне в шею.
Судя по звуку шагов, Майки ушел, а меня разобрал смех. Смеяться громко было неловко, и я мелко тряслась, в попытках не расхохотаться в голос.
— Смешно ей! — пробурчал Акир. — Я больше месяца уже в таком состоянии, а ей смешно…
— Извини, — шепнула я.
Ситуация была настолько абсурдная, что я даже перестала смущаться и стесняться. Еще неизвестно, кому из нас в данный момент было хуже. У меня хотя бы ничего не выпирало под одеждой. А супружеский долг мне отдавать так и не пришлось, так что наш брак по-прежнему фиктивный.
— Одевайся! — Командор подтолкнул меня с постели. — Я отвернусь и не буду смотреть, иначе мы точно никуда не полетим.
Привести себя в порядок нормально я не успела. Быстро оделась, плеснула в лицо немного воды, каппы для чистки зубов и расческу пришлось бросить в сумку. Расчесываться буду во время полета, так как это процесс долгий, и сейчас на него явно нет времени. Ну а зубы почищу где-нибудь в кустиках уже на месте.
— Доброе утро! — обратился командор к ожидающим нас в шаттле мужчинам. — Приносим извинения за задержку. С нами летит сегодня художница, и она проспала.
Я фыркнула, но улыбнулась и развела руками, признавая, что это из-за меня задержка с вылетом. Кое-кого из парней я знала, хоть и не близко, они были с «Грозовой птицы». Остальные мужчины с «Астрона» были мне незнакомы. Сразу, как только мы с командором устроились на свободных местах и пристегнулись, шаттл взлетел. Уже в полете я познакомилась с теми, кого не знала, потом, извинившись, расчесала волосы и заплела их в косу. Затем мне всучили контейнер с завтраком и кружку кофе. На Яшку тут явно не рассчитывали, но когда увидели, что я даю ему кусочки из своей порции, сразу же оказалось, что парни с «Астрона» совсем не голодны и готовы поделиться завтраком с такой милой ящеркой. Прожорливая «милая ящерка» возрадовалась и объелась до неприличия.
Вот так мы и летели. Акир в разговоры с экипажем не вступал, только посматривал на меня периодически и едва заметно улыбался. А уже на подлете пошли сугубо деловые разговоры. Кто что будет делать, кто останется у шаттла, и так далее.
Наконец прибыли и начали выгружаться. Все знали свои планы на сегодняшний день, кроме меня. Но какие планы у художника? Смотреть, рисовать, делать снимки и не влипать в неприятности. Именно это мне и озвучил Акир. Велел никуда не лезть, от народа не отставать, никому не мешать и, главное, не потеряться. Отчеканив: «Есть, командор!», я достала голографер и принялась хищно осматриваться.
А посмотреть, надо сказать, было на что. Каменные старинные дома были почти полностью поглощены джунглями. Мощные, невероятно высокие деревья успели прорастить свои хищные корни сквозь щели, расшатывая и без того разрушенные стены. Вездесущие лианы обвивались вокруг уцелевших колонн. Я бродила среди остатков чужой, казалось бы, цивилизации и при этом у меня было дикое, иррациональное, чувство узнавания. Я уже где-то видела почти то же самое. Схожие каменные стены с барельефами, такие же мощные лианы и тропические деревья, старательно вымещающие со своей территории то, что строили разумные существа. Природа отступает, когда не в силах справиться, но стоит только человеку или любому другому разумному существу отступить, и она забирает свое. Прорастает трава, из махонького семечка вырастает огромное дерево высотой с многоэтажный дом. Цветы находят малейшую горсточку земли и распускаются в ней. А уж в таком климате… Джунгли однозначно победили.
Парни с шаттла разбрелись кто куда, и как-то незаметно оказалось, что мы с Яшкой остались вдвоем. Я слышала голоса, но в прямой видимости никого видно не было. Мелькнула мысль, что надо бы вернуться, но вокруг была такая нереальная красота, что эта разумная мысль моментально испарилась. Не заблужусь же я, в конце-то концов. Зато никто не мешает и не загораживает обзор.
— Яшка, держись крепче! — попросила я своего маленького питомца, вытирая испарину. Жарко было невыносимо, да еще и парило. — Свалишься. Я тебя потом здесь ни за что не отыщу.
Яша что-то прошипел, захихикал и крепко-накрепко вцепился в мою одежду лапками, а хвост обвил вокруг косы, перекинутой на грудь. Так точно не свалится, если только оторвется вместе с моими волосами. Жара его совсем не напрягала, рептилия ведь, так что он не пытался спрятаться под полями моего головного убора.
Не знаю, сколько я так бродила по остаткам улиц древнего города, переступая через обломки и лианы, переползая через вздыбленные корни могучих тропических деревьев, перепрыгивая через трещины. По словам Майки хищных животных тут не обнаружили, только птиц всех мастей, змей, ящериц, насекомых и чем-то похожих на обезьян мелких животных с длинными хвостами, перескакивающих с лианы на лиану. Вели себя эти зверушки неагрессивно, но на контакт не шли. Так что опасаться мне следовало только змей, и я внимательно поглядывала под ноги, прежде чем куда-то наступить.
