Я стал волноваться и тут увидел, как откуда-то из низины стал выползать и стелиться по всей дороге белый, похожий на бязь, туман. Всё в порядке. Алур дело знает. Я действительно мог разглядеть сквозь туман всё, вплоть до мелочей. Ещё немного, и показалась карета. Сердце часто застучало. Такое бывает перед схваткой. Как бы ни храбрился, натура всё равно даёт о себе знать.
Ветки дерева, на котором устроилась Лиринна, раздвинулись. Появилось её лицо - красивое и сосредоточенное. Я поднял руку, дескать, готов. Она кивнула, бросила острый сосредоточенный взгляд на дорогу и снова исчезла.
Напряжённая тишина исчезла. Послышался свист, треск, чья-то отчаянная ругань, лошадиное ржание. С громыханием из-за поворота выкатилась карета, заляпанная от колёс до крыши грязью в сопровождении охраны: трёх всадников на вороных конях спереди и двух сзади. По виду обычные полицейские, разве что в кирасах, всё, как положено по уставу, хотя я прекрасно знал как жарко и тяжело в доспехах, особенно, если не раз пришлось слезать с коней, преодолевая распутицу.
Мы договорились, что передних охранников возьмёт на себя Лигрель, задних - Лиринна. Карета, так уж и быть, моя. Я отметил, что на запятках никого нет, возни будет меньше. С кучером как-нибудь справлюсь: выкину с облучка, перехвачу вожжи. Ничего сложного, рутина…
Эх, Гэбрил, Гэбрил, везёт тебе на приключения.
Туман заполонил окружающее пространство, поднялся до верхушек деревьев. Только высоко стоящее солнце бросало на землю багровый отсвет. В отличие от парней в кирасах я его видел.
Всадник, скакавший во главе отряда, остановился. Похоже, ему что-то не понравилось или сердце кольнуло предчувствие.
Я перестал дышать, моля небеса, чтобы охрана не передумала. И небеса вняли молитве, отряд продолжил движение.
Я дождался, когда карета окажется аккурат под моей веткой, и спрыгнул как белка. Полёт длился недолго. Удар, страшный треск под ногами: крыша экипажа, не выдержав моего веса, проломилась, и я оказался по пояс в ловушке - тело застряло в карете, как пробка в бутылке. Что самое досадное, я не мог пошевелить руками. Они оказались прижаты по швам будто тисками. Дёрнулся в одну сторону - бесполезно, в другую - поранился об заострённые сколы фанеры и, кажется, до крови. Что делать?
В это время Лигрель лихо расправлялся с охраной. Он приземлился за спиной солдата, выбросил его из седла и развернул коня навстречу другим стражникам. Я же остался в роли наблюдателя, который вертел головой и не мог ничего предпринять.
- Гэбрил, хватит лентяйничать, - закричал эльф.
Лигрель на полном скаку перерезал подпругу у седла противника, и ещё один стражник тяжело рухнул на землю.
Лиринна стоя на спине коня, недавний обладатель которого уже барахтался в луже, ловко кувыркнулась в воздухе и оказалась на лошади другого солдата.
Тут кто-то схватил меня за лодыжки и резко со страшной силой потянул. Раздался треск не хуже предыдущего. Я приземлился на деревянную скамейку лицом к двум охранникам. Между ними сидел бледный и испуганный Гибсон. На руках и ногах его были железные 'браслеты'. Он открывал и закрывал рот силясь что-то сказать, но я не слышал ни звука. Полицейские, ошарашенные не меньше его, ещё не успели сообразить, что им со мной делать. Они наставили пистолеты, но не решились нажать на курки.
- Привет, - сказал я и впечатал в лица охранников подошвы кованых башмаков, раздвинув ноги так, чтобы не зацепить капитана. Две головы одновременно гулко стукнулись об деревянную отделку кареты. Тела полицейских обмякли, они медленно сползи по стенке.
Гибсон задрожал. Похоже, он думал, что, разделавшись с полицейскими, я примусь за него. Пришлось снять маску и показать лицу. Удивительно, но он меня сразу узнал.
- Гэбрил! Что вы тут делаете? - справившись с непослушными челюстями, спросил капитан.
- Гуляю, - коротко пояснил я. - Никуда не выходите, я скоро вернусь.
Дверь кареты запирались на внешний замок. Я забрал у бесчувственных полицейских пистолеты и несколькими выстрелами проделал в ней огромную дыру, выбил замок ногой. Дверь распахнулась. Я прыгнул и зацепился за верх створки. От толчка дверь прижало к правой стенке, мне пришлось просто подать корпус вперёд, и, через секунду, я уже сидел рядом с кучером.
Тот с напряжением всматривался в дорогу, правя лошадьми, и не сразу заметил появление соседа.
- Сам спрыгнешь или помочь? - спросил я.
Услышав голос, он повернулся. Я увидел пару изумлённых глаз, чуть ли не залезших на лоб.
- Ааа, чтоб тебя! - что было силы завопил кучер и, бросив поводья, попытался ударить меня рукой.
Я увернулся и ногой сшиб его с каблучка. Тело кучера, с широко раскрытыми руками, пролетев несколько метров, шмякнулось в высокую траву, смягчившую падение.
- Прости, так получилось, - сказал я и стал притормаживать разогнавшихся лошадей.
Ко мне подскакал Лигрель.
- Как дела? - спросил он.
- Отлично! - Я поднял большой палец. - Займись охранниками, их нужно связать и заткнуть им рты, пока не очухались.
Эльф кивнул и отстал.
Из остановившейся кареты вышел сгорбленный капитан. На него было страшно смотреть - помятый, истерзанный, без пыток явно не обошлось - я не понаслышке знаю о методах наших служб безопасности. Судя по всему, Гибсон хлебнул немало, вряд ли с ним церемонились.
К этому моменту туман развеялся. Мы оставили позади место засады, и Алуру придётся долго добираться до нас пешком, если у него, конечно, возникнет такое желание.
- Как себя чувствуете, капитан, - спросил я, спрыгнув с козел.
- Даже не знаю, - пожав плечами, сказал он. - Не понимаю, что вы здесь затеяли и зачем?
- Мы затеяли ваше освобождение. О мотивах поговорим позже. Пора уносить ноги, пока нас не засекли.
Но Гибсон вдруг заупрямился:
- Я никуда не пойду, - заявил он. - Останусь здесь и дождусь полицейских.
- Вы что, умом тронулись? Вас виселица ждёт. Мы - ваш последний шанс умереть в постели.
- Плевать. Я слишком долго жил с грузом на сердце. Быть может смерть станет для меня избавлением.
- Нет, он точно спятил, - вздохнул я и, подойдя к Гибсону, хорошенько врезал ему в висок, потом перекинул потерявшего сознание капитана на плечо и сказал:
- Приношу свои извинения, Гибсон, но времени на уговоры не осталось. Это всё для вашего блага.
- Не слишком ли грубо? - спросила Лиринна.
- В самый раз. Лучше обыщи полицейских, у кого-то из них должны быть ключи от кандалов.
- Уже сделано, - Лигрель покрутил на пальцах связку ключей.
Мы сняли с Гибсона кандалы. За это время он успел придти в сознание, открыл глаза и жалобно произнёс:
- Надеюсь, вы знаете, что делаете.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
