Я расплатился с водителем. Вместе с Дэнджефилдом поднялся на веранду. Нажал кнопку. Где-то вдалеке послышалась трель звонка, но дверь открылась немедленно. Китаец в белом смокинге вопросительно посмотрел на меня.
— Я — мистер Которн, — представился я.
— Миссис Сачетти ждет вас.
Вслед за китайцем мы вошли в холл. Несмотря на систему кондиционирования, ладони моих рук вспотели, и я почувствовал, как капельки пота под мышками сбиваются в струйки и текут вниз. Боль пронзала тело при каждом шаге и вздохе, но не она вызвала дрожь в руках и обильное потовыделение. Их вызвала захватившая меня навязчивая идея — во что бы то ни стало найти Анджело Сачетти. До нашей встречи оставалось, возможно, лишь несколько секунд, потому что мужчина в белом смокинге уже открывал дверь.
Я вошел первым, Дэнджефилд — за мной, наступая на пятки.
— Спокойнее, приятель, — прошептал он. — Никуда он не денется.
Мы оказались в гостиной, обставленной безликой мебелью: две софы, несколько кресел, ковер на полу, картины на стенах, вазы с цветами на столах. Жена Анджело Сачетти сидела в одном из кресел, точно так же, как и вчера, чуть наклонившись вперед, положив руки на подлокотники, плотно сжав колени и скрестив ноги в лодыжках. Китаец средних лет, в белой рубашке и темных брюках, Униформе сингапурских бизнесменов, поднялся нам навстречу.
— Мистер Которн, это мой отец, мистер То.
Он чуть поклонился, но не протянул руки.
— Мой коллега, мистер Дэнджефилд, — откликнулся я. — Миссис Сачетти и мистер То.
Дэнджефилд формальностей не признавал и сразу взял быка за рога.
— Где ваш муж, миссис Сачетти?
Она словно и не услышала его, вновь обратившись ко мне.
— Вы не говорили, что приведете с собой коллегу, мистер Которн.
— Нет, не говорил. Но мистер Дэнджефилд не менее меня заинтересован в скорейшем завершении этого дела.
— Какого?
— Речь идет о краже, совершенной Анджело. Я говорил вам об этом вчера вечером. Как только появится Анджело, мы все обсудим в деталях.
— Боюсь, мне придется вас разочаровать, — вмешался мистер То.
— Почему?
— Потому что, мистер Которн, его ищет полиция, — ответила миссис Сачетти.
— Почему? — повторил я.
— Вчера ночью убили женщину. Полиция утверждает, что убийца — мой муж. Разумеется, это абсурд, — голос ее оставался совершенно бесстрастным.
— И Анджело сбежал? — спросил Дэнджефилд.
— Не сбежал, мистер Дэнджефилд, — поправил его мистер То. — Просто решил, что до выяснения обстоятельств убийства ему лучше не встречаться с полицией.
— Кого убили? — я, впрочем, мог и не задавать этого вопроса.
— Кажется, американку, — ответила жена Анджело Сачетти. — Ее звали Карла Лозупоне.
Глава 18
Тело Карлы Лозупоне нашли вдали от отеля «Раффлз», в придорожной канаве на восточном побережье, в сотне ярдов от малайской деревни. Ее задушили веревкой или проводом, а в правой руке она держала бумажник с американским паспортом, просроченным водительским удостоверением, выданным в Калифорнии, карточкой службы социального обеспечения и 176 сингапурскими долларами. Пальцы Карлы сжали бумажник мертвой хваткой, и полиции пришлось потрудиться, чтобы высвободить его. В паспорте, водительском удостоверении и на карточке службы социального обеспечения стояло имя Анджело Сачетти.
На тело наткнулся поднявшийся поутру рыбак-малаец. Он тут же переполошил всю деревню, и вскоре у тела собралась большая толпа мужчин, женщин и детей, долго решавших, что же делать дальше. Наконец, они посадили одного из подростков на велосипед и отправили за полицейским. На поиски последнего ушло немало времени, так что сотрудники отдела уголовного розыска Сингапура прибыли на место происшествия лишь в десятом часу утра. Еще час ушел и у них, чтобы связаться с большими отелями и выяснить, не без помощи портье «Раффлза», что убитая — Карла Лозупоне.
Дэнджефилд споро взялся за дело после того, как жена Сачетти рассказала нам о смерти Карлы. По его коротким, но точным и логичным вопросам я сразу понял, что специалист он отличный. С подробностями мы ознакомились позднее: миссис Сачетти и ее отец знали лишь о том, что Карла Лозупоне убита, а полиция разыскивает Анджело Сачетти. У То были в полиции осведомители, и они предупредили его, что подозрение в убийстве падает прежде всего на его зятя. То сообщили об этом за двадцать минут до прибытия полиции, то есть Сачетти хватило времени, чтобы скрыться.
— Где он сейчас? — спросил Дэнджефилд.
— Не знаю, — ответила миссис Сачетти. — Но полагаю, что он вскоре даст о себе знать.
— Когда, по мнению полиции, убили девушку?
— И это мне не известно.
— Они спрашивали, где был ваш муж прошлой ночью?
— Да.
— Что вы ответили?
— Что он был со мной на яхте.
— Они вам поверили?
— Нет.
— Почему?
— Потому что они уже побывали на яхте и допросили команду.
— И матросы сказали, что Сачетти на яхте не было?
— Да.
— Всю ночь?
— Да.
— Где же он был?
— Не знаю, Вечером у него было назначено деловое свидание. Если он задерживался допоздна, то обычно оставался в городе. У нас есть небольшая квартира, которой он часто пользуется.
— Где вы виделись сегодня с Анджело?
— Здесь.
— Как он с вами связался?
— По радиотелефону, рано утром. На яхте.
— О чем вы говорили?
— О мистере Которне. О том, что сказал мистер Которн вчера вечером.
— Он не упомянул, что у него пропал бумажник?
— Нет.
— Почему?
— Не знаю.
— Что он сказал о Которне?
— Сказал, что хочет увидеться с ним. Я предложила встретиться здесь, и он согласился.
— Карла Лозупоне виделась с вашим мужем позавчера. Она говорила об этом Которну. Вы знали, что они виделись, не так ли?
То заерзал в кресле.
— Моя дочь достаточно долго отвечала на ваши вопросы. Больше она отвечать не будет.
— Еще как будет, — Дэнджефилд повернулся ко мне. — У вас есть сигареты? — я дал ему пачку, он вытряс из нее сигарету, закурил.
То поднялся.
— Раз моего зятя здесь нет, я полагаю, что продолжение нашей беседы бессмысленно. Это полицейское дело, а вы, мистер Дэнджефилд — не из полиции. Во всяком случае, не из сингапурской полиции.
— Сядьте, — предложил ему Дэнджефилд. — Мы еще не закончили.
— Мне не остается ничего иного, как уйти. Извините, но вы не оставляете мне другого выхода, — и он направился к двери.
— Я сказал, сядьте, — такой резкости в голосе Дэнджефилда я еще не слышал.
То обернулся, задумчиво посмотрел на Дэнджефилда.
— Почему я должен сесть? — вкрадчиво осведомился он, показывая, что рассчитывает услышать вескую причину.
— Потому что у вашего зятя есть нечто, нужное мне, и я расскажу полиции, по какому поводу Карла Лозупоне вчера виделась с Анджело, если не получу это нечто.
То вернулся к креслу, осторожно сел.
— Так что это за повод?
— Анджело шантажировал отца Карлы Лозупоне, при ней было письмо, позволяющее Анджело или кому-либо еще получить миллион американских долларов в одном панамском банке, где не задают лишних вопросов. Я думаю, полицию очень заинтересует это письмо.
Миссис Сачетти и ее отец переглянулись. То едва заметно кивнул. Похоже, миссис Сачетти сразу поняла, куда поворачивать разговор.
— Что значит кому-либо еще, мистер Дэнджефилд?
— То и значит, — сухо ответил тот. — Это письмо — все равно, что облигации на предъявителя. Кто его приносит, тот и получает деньги. Панамские банки уже несколько лет пользовались такой системой. Она позволяет без труда осуществлять анонимный перевод крупных сумм. К тому же, это письмо — отличный мотив для убийства Карлы Лозупоне.
— Но для чего моему мужу…
Дэнджефилд перебил ее нетерпеливым взмахом руки с сигаретой. Пепел посыпался на ковер.
— Вы хотите спросить, с какой стати было ему убивать Карлу, если он все равно получил бы письмо после отъезда Которна из Сингапура?
Жена Анджело Сачетти опять посмотрела на отца, и тот вновь кивнул.
— Такой вопрос представляется мне весьма уместным.
— Значит, вы знали о письме?
— Я не знала, что оно на предъявителя.
— Об этом, однако, знал убийца.
— Вы хотите сказать, мистер Дэнджефилд, — вмешался То, — что убийца этой молодой женщины взял письмо и подстроил все так, чтобы ни у кого не осталось сомнений, что ее убил мой зять?
