— Я знаю, о чем ты думаешь, — сказала Габи, идя позади нее. — Но сможем ли мы продолжать идти в темноте?
Она упустила один немаловажный момент: пищи осталось только на две недели, воды, при экономном расходовании, должно хватить.
Но самым важным в их положении было горючее для ламп. У них оставалось его не более, чем на пять часов, и не было никакой возможности пополнить запасы.
Сирокко все еще мучительно обдумывала эту проблему, пытаясь с помощью математических расчетов найти выход, как им добраться до вершины, когда они вышли на дно спицы.
Ничто никогда не заставляло Сирокко почувствовать себя меньше. Ни О'Нейл-I, ни звезды в космосе, ни сама Гея. Она могла смотреть на что угодно и у нее начисто отсутствовало чувство перспективы.
Невозможно было заметить, что стены искривляются. Они тянулись от нее подобно горизонту, пока вдруг не заворачивались, образуя пространство, которое смотрелось скорее полукруглым, чем круглым.
Все купалось в бледно-зеленом люминесцентном свечении. Источниками света были четыре вертикальных ряда окон, которые пропускали косые лучи, пересекающиеся друг с другом в пустом центре.
Вернее, не совсем пустом. В центре находились три сплетенные вместе наподобие косы каната, они были вертикально, как линейка устремлены вверх, вокруг них, то попадая в лучи, то уходя от них, медленно кружились странные цилиндрические облака.
Сирокко вспомнила темное, узкое пространство под канатом, которое они рассматривали как кафедральный собор. Гея исчерпала запасы величия, но там была лишь покинутая церковь. Это был кафедральный собор.
— Мне кажется, что я все это уже видела раньше, — тихо сказала Габи, показывая на стену позади них. — Вертикальные джунгли?
Другими словами описать это было нельзя. Внутренняя часть спицы была покрыта бурной растительностью: цепляясь за стены, к наружной части и вверх по стенам разветвлялись ветви вездесущих деревьев. Уходя в высоту, они постепенно уменьшались и превращались в покрывающий стены зеленый ковер.
Выше была серая крыша.
— Ты говоришь, что до верху триста километров?
Габи прищурилась, затем составила пальцы решеткой и что-то посчитала по своей собственной системе.
— Это перекрывается правильно определенным количеством градусов.
— Сядь. Давай подумаем.
Посидеть им было нужнее, чем подумать. До этого момента Сирокко и подумать об этом не могла. Теперь она видела, что заблуждалась и не отчетливо представляла себе проблему. Теперь ей было ясно, она внутренне содрогнулась. Триста километров по прямой.
По прямой.
Она должно быть сошла с ума.
— Первое. Похоже, что через эту крышу нет никакого пути.
Посмотрев, Габи пожала плечами:
— Вроде, нет. Даже если что-то и было, то мы отсюда все равно ничего бы не увидели.
— Верно. Но мы надеялись, что где-то есть лестница наверх. Ты ее видишь?
— Нет.
— Опять верно. Я думала, что по этим ступеням, в случае необходимости, можно подняться на вершину. Теперь я думаю, что похоже, что путь был направлен сюда, в это место, строители именно это имели в виду.
— Наверное, — прищурилась Габи. — Но они должны были оставить и путь к ступице. Наверное, эти деревья не должны быть здесь. Они повырастали здесь повсюду позже, как на канате.
— В таком случае… Что?
— Нам еще черт знает сколько карабкаться вперед, — закончила за нее Габи. — Со всей этой растительностью мы можем никогда не найти вход. Наверное, легче определить его сверху.
— В третий раз ты ответила правильно. Я только пытаюсь продумать все до конца, как видишь. Я подумала, что если, скажем за четыре, пять лет, начиная от сегодняшнего дня, мы доберемся до вершины и не найдем никакой лестницы… нам предстоит другое длительное карабканье. Вниз.
Габи рассмеялась.
— Если ты так говоришь, то давай возвращаться прямо сейчас, я хочу, чтобы ты вышла из этой ситуации. Мне не хотелось бы потом заморозить тебя презрением.
— Давай вернемся сейчас? — Это было сказано без вопросительной интонации, но вопрос подразумевался.
— Нет.
— А-а, то-то же! — Сирокко это не задело. Они уже давно позабыли об отношениях капитана и команды. Сирокко рассмеялась и покачала головой. — Ладно, а что ты предлагаешь?
— Во-первых, хорошенько оглядеться по сторонам. А то, лет через пять, мы будем выглядеть круглыми идиотами, когда один из строителей спросит нас, почему мы не воспользовались подъемником.
Глава 21
Окружность основания спицы была примерно двести пятьдесят километров. Они начали обследовать все вокруг, ища какое-либо средство подъема, начиная от веревки, и кончая антигравитационным геликоптером. Все что они нашли, были горизонтальные деревья, растущие на вертикальной стене.
Проникая через наружные ветви и проползая по стволам к растущим в стене корням, они вынуждены были постепенно карабкаться по склону, обламывая ветки и листья. Вещество, из которого была сделана спица, представляла из себя пористый серый материал. Когда на него надавливали, он поддавался как резина. Сирокко вырвала из стены куст, вместе с ним вылез длинный, стержневой корень. Из стены начала выделяться густая, похожая на молоко жидкость, затем отверстие зарубцевалось.
Здесь не было никакой почвы, солнечного света было совсем немного. Когда они вышли из темного тоннеля, свет показался очень ярким, в действительности же он был совсем незначительным. Сирокко предположила, что подобно многим растениям на ободе колеса, эти зависят от подповерхностного источника жизни.
Сама по себе стена была влажной и способствовала росту мхов и лишайников, и некоторых других паразитических видов растений. Трава здесь не росла, лианы обвивали стволы деревьев. Многие деревья были им уже знакомы, они были лишь адаптированы к горизонтальному существованию. Были знакомы фрукты и орехи, растущие на них.
— Это снимает проблему питания, — сказала Габи.
В спице не было рек, но стена блестела маленькими струйками. Высоко на стене били струи, изгибаясь, они разбрызгивали воду, которая не достигая пола, превращалась в водяную пыль.
Габи посмотрела вверх и обратила внимание, что струи распределяются равномерно, как поливочная машина.
— Их слишком много для того, чтобы умереть от жажды.
Начало казаться, что восхождение вверх по стене не исключено. Сирокко подумала, что эта перспектива не вдохновляет ее.
Исключая возможность подъема по лестнице, которую, как она вскоре поняла, им не найти, так как деревья не давали возможность тщательно исследовать стену, оставалось три способа подняться на вершину.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
