Арли помолчал и заглянул в лежащие перед ним записи.
— Пятнадцать лет назад шанс, что родится одаренный ребенок, при одном родителе-колдуне составлял один к трем, а при обоих — один к двум.
Госпожа Маргарет, нахмурив брови, взглянула на Дженн, но та пристально смотрела на однорукого целителя, как будто уже догадывалась, что он собирается сказать. Стальной отблеск играл в глазах Дженн, но пока она молчала.
— Генри не смог понять, как и почему это стало происходить, но теперь в семье, где один из родителей — колдун, колдовскими способностями обладают двое детей из трех, а если колдуны оба родителя, то ими обладают все их дети.
— Все? — пробормотала Дженн, не сводя с Арли глаз.
— Поэтому, — не выдержал Финлей, не в силах больше молчать, — поскольку теперь здесь постоянно живет много колдунов, каждый год рождается все больше и больше детей с колдовскими способностями. И вот еще что: искатели, даже когда осмеливаются покинуть Анклав, теперь почти не находят одаренных людей. — Он взглянул на Фиону, которая отвечала за такие поиски, ища у нее подтверждения своим словам.
— Да, — кивнула, нахмурившись, Фиона. — Мы обнаруживаем только совсем маленьких детей... Ты что, хочешь сказать, что одно с другим связано? Насколько нам известно, малахи старательно ищут пополнение...
— Раньше они такого не делали!
— По крайней мере мы с этим не сталкивались. — В голосе Фионы прозвучало разочарование, но тут Дженн требовательно подняла руку.
— Давайте не будем забегать вперед. Вы хотите сказать, что если подобная тенденция сохранится, через одно-два поколения все обитатели Анклава будут обладать колдовскими способностями?
Арли с Финлеем дружно кивнули.
— Но Генри как-то это объясняет? — спросила Марта. — В его записях не содержится никакой теории, почему так происходит?
— Генри казался очень обеспокоенным тем, что изменение в законах произошло именно сейчас, — пожал плечами Арли, — но ничего сказать нам не успел.
— Но мы еще не все просмотрели, — с надеждой сказал Финлей. — Нужно прочесть записи более внимательно и заглянуть и в другие бумаги, чтобы удостовериться, что мы ничего не пропустили.
— Что ж, — пробормотала Фиона, глядя на груду бумаг на столе, — жаль, что мы не располагаем летописями малахи. Может быть, все их дети рождаются с колдовскими способностями, а мы просто отстали. Или, — она, прищурившись, посмотрела на мужа, — они и в самом деле забирают себе всех, кого в противном случае обнаружили бы наши искатели.
— Но ведь у малахи нет Ключа, — отмахнулся от ее слов, даже не взглянув на Фиону, Финлей. Его глаза не отрывались от листов пергамента и свитков, пальцы ласкали бумаги, где могли быть скрыты секреты. — То, что происходит с ними, для нас не имеет значения. Мы должны думать о том, что значит открытие Генри, как нам быть, когда число колдунов среди нас удвоится или утроится. Перед нами и так уже стоит проблема: молодежь страдает от скуки, а дальше станет только хуже...
— И где, — тихо спросила Марта, — нам всех разместить? Если каждый, кто обладает способностями, может быть обнаружен с помощью Брезайла...
Госпожа Маргарет слушала разговоры, но все ее внимание было поглощено Джейн. Спокойствие молодой женщины скрывало какие-то очень странные, почти пугающие перемены.
Неожиданно Дженн резко втянула воздух.
— Генри и в самом деле был очень встревожен временем, когда появились новые законы, как будто... Неужели в его записях нет совсем никаких указаний?
Финлей твердо встретил взгляд Дженн, и госпожа Маргарет почувствовала озноб. Как будто смысл всего сказанного сосредоточился в этих кратких мгновениях, как будто на этих двоих обрушилось что-то тяжелое и неприятное... происходило что-то похожее на столкновение их воль.
— Последние записи Генри, — после мгновенного колебания ответил Финлей, — говорят о том, что перемены начались в тот год, когда родился Эндрю.
Глаза Дженн широко распахнулись.
— Он в самом деле называет?..
— Эндрю, да. — Голос Финлея сделался невыразительным. — Последний ребенок колдунов, лишенный способностей, родился за два дня до Эндрю. С тех пор...
Дженн побледнела и сглотнула; она снова стала разглядывать бумаги на столе, но взгляд ее, казалось, проходил сквозь них.
Маргарет почувствовала, что необходимо нарушить молчание, прежде чем оно станет слишком многозначительным. Она откашлялась и спросила:
— Были еще новые известия от Патрика? Если он скоро появится, может быть, он сможет пролить какой-то свет на обнаруженную Генри закономерность.
— Да! — снова загорелся Финлей. — Он сообщает о каком-то туманном древнем пророчестве. Согласно ему, что-то должно было случиться примерно четыреста лет назад... а записи Генри говорят, что число детей с колдовскими способностями начало расти как раз в то время. Как будто...
— Что? — холодно спросила Фиона. Финлей широко раскинул руки.
— Как будто салти готовились к чему-то. К чему-то, что должно было случиться.
— Глупости! — бросила Фиона. — Все это одни предположения. Дело просто в том, что сейчас в Анклаве живет больше салти, чем раньше, и, естественно, колдуны заключают браки между собой.
— Но детей с колдовскими способностями у каждой пары действительно рождается больше, — заспорил Финлей, но Дженн подняла руки, требуя тишины.
— Генри был уже очень стар, — заговорила она ровным, спокойным, решительным тоном, совершенно не так, как говорила обычно. — И он уже давно болел.
— Что? — Финлей шагнул к ней, его энтузиазм готов был превратиться в ярость. — Не хочешь ли ты сказать, что он выжил из ума? Что ему все это примерещилось?
Взгляды их скрестились, и снова возникло ощущение тайного безмолвного спора между ними. Это заметили все, даже Фиона.
Дженн продолжала, как будто ничего не произошло:
— Генри был больной старик, хоть и занимался важными вещами. Однако мы не можем полагаться только на его слова, Генри мог ошибаться.
— Как можешь ты так говорить, когда...
В мгновение ока выражение лица Дженн совершенно изменилось. Голос ее тоже стал таким жестким, какого Маргарет никогда у нее не слышала.
— Не спорь, Финлей! Я не желаю ничего обсуждать, пока записи Генри не будут проверены. И я не позволю тебе болтать по всему Анклаву о том, что происходит нечто странное. У нас и так хватает сейчас проблем — без безответственной болтовни человека, занимающего твое положение.
— Вот как! Значит, ты решила притвориться, будто обнаруженное Генри не соответствует действительности? Клянусь богами, Дженн, ты просто дура!
Неожиданно комната заполнилась ощущением угрозы, какого не было раньше. Госпожа Маргарет затаила дыхание, подумав, что сейчас Дженн обрушит на Финлея всю силу своего неудовольствия. Однако ничего не произошло. Дженн просто покачала головой и прошептала:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
