– Он скажет нам, где остальные, – прорычал Деннис, и что-то капнуло на шею Эшера – слюна или гной. – Ты говорил, нам нужно запереть его, чтобы он сказал…
– Да, но у нас теперь есть живой вампир, Деннис…
– Когда ты мне его отдашь? – Невнятный голос прервался. – Мне плохо, папа, жажда убивает меня. Той девчонки прошлой ночью мне было мало, а ты еще взял из нее так много крови… Папа, я чувствую его сквозь гроб, чувствую кровь их обоих…
– Пожалуйста, мальчик! Потерпи, пожалуйста!.. – Голос Блейдона приблизился, старик явно пытался увести вампира. – У меня есть план, хороший план, но для этого нужно, чтобы они были живы – по крайней мере, сегодня. Я… я… Делай что хочешь, все, что тебе нужно, но, пожалуйста, не трогай этих двоих.
Голоса удалялись, меркли – Эшер проваливался в темноту. Он успел еще расслышать имя Лидии.
– …В целости и сохранности, ты же знаешь, я никогда не причиню ей вреда. А теперь принеси, пожалуйста, немного бренди. Я уверен, оно сейчас необходимо Джеймсу.
Теряющий сознание Эшер тоже был уверен, что Джеймсу оно сейчас необходимо.
Глоток бренди действительно оживил его и заставил закашляться. Эшер вновь сел, опираясь на гроб. Блейдон со стаканом в руке присматривался к красным следам от зубов на горле Эшера. Деннис стоял у закрытой двери с графинчиком бренди в узловатых пальцах. Судя по их пристальному вниманию, оба они явно переоценивали возможности Эшера.
Блейдон молча взял Эшера за кисть левой руки и, сдвинув рукав, принялся изучать затягивающиеся раны среди оставленных Деннисом синяков.
– Что они с вами делали?
Эшер вздохнул и, освободив руку, вытер струящуюся из носа и пропитавшую усы кровь. – Это было недоразумение.
– Что они с вами делали? – Блейдон снова схватил его руку и настойчиво затряс ее. – Только пили кровь или было что-нибудь еще?
Подбородок его дрожал. Эшер, прищурившись, посмотрел на старика.
– Если бы было что-нибудь еще, я бы сейчас был мертв.
– В самом деле? – Голос Блейдона упал, но старый ученый даже и не пытался скрыть нетерпение. – Вы специализировались на сравнительном фольклоре, Джеймс. Вы должны знать о таких вещах. Если вашу кровь пьет вампир – настоящий вампир, – сами вы становитесь после смерти вампиром? Так это делается?
Жадный блеск, возникший в его глазах, бросил Эшера в легкую дрожь.
– Думаю, Деннис мог бы рассказать вам об этом подробнее, – медленно проговорил он. – Кого вы называете настоящими вампирами? – Глаза его перекочевали на чудовищно изменившегося Денниса. – И почему вы сказали, что сами сделали его таким?
Краска набежала на серые щеки Блейдона, маленькие голубые глаза метнулись в сторону.
Понизив голос, Эшер продолжал:
– Для чего вам кровь вампира? Зачем вы выкачивали ее с помощью иглы, пока Деннис насыщался? Почему Деннис не похож на других вампиров? Это Кальвар (или кто там из него сделал вампира) внес в его кровь такую инфекцию? Или…
– Все дело в крови, не так ли? – сказал Блейдон, все еще глядя в сторону. – Организм или плеяда организмов, вирус, или сыворотка, или химическое вещество, являющееся причиной вампиризма? Так или нет? – Голос его внезапно взвился чуть ли не до крика. – Так или нет?
– Лидия полагает, что так.
При упоминании Лидии рот Блейдона захлопнулся, как капкан, а глаза дрогнули под пристальным взглядом Эшера.
– Она… она меня узнала. В офисе «Дейли мейл», когда я искал новые данные. Я пытался выяснить, где скрываются другие вампиры. Это было необходимо. А она читала мои статьи. Она уже знала, что искать следует врача. Она предупредила меня, чтобы я был готов поверить в вампиров как в медицинский феномен. А Деннис сказал, что видел ее в Лондоне, когда выслеживал Кальварова птенца. Он не последовал за ней тогда, но, когда она пришла разнюхивать сюда… Деннис схватил ее… – Он издал каркающий смех.
– Девчонка, школьница, а соображает получше, чем многие из нас. Она сразу поняла, что я сделал.
– Вы сотворили искусственного вампира.
Это было утверждение, а не вопрос, и Блейдон только выдохнул, как бы почувствовав облегчение, что таить это больше не надо.
– Я не ставил себе такой цели. – Голос его был утомленным, почти умоляющим. – Клянусь, не ставил. Вы же знаете, Джеймс – конечно, вы знаете, – что война с Германией и ее союзниками – это только вопрос времени. Кайзер лезет в драку. О да, до меня доходили слухи, где и как вы проводите свои долгие каникулы. Вы знаете положение дел. Так что нечего изображать из себя праведника, если сами занимались тем же самым, чем и я, только на свой манер! Я осмелюсь предположить, что на вашей совести куда больше двадцати четырех жизней, и это в лучшем случае.
Блейдон передохнул, вертя в пальцах стакан, до половины наполненный бренди.
– Вы знаете – а может быть, и нет, – что, кроме моей основной работы с вирусами, я еще интересовался физическими причинами так называемых психических феноменов. Со временем (и я в это верю вместе с Петеркином и Фрейборгом) носителей таких способностей можно будет выводить искусственно. Одному богу известно, скольких медиумов и столовращателей я проверил за эти годы! И я пришел к выводу, что определенные изменения химии мозга приводят к обострению чувств, проявлениям экстрасенсорики и невероятной способности подчинять разум другого человека… Теперь вы можете понять, насколько сейчас важно овладеть всем этим. Вы работали на «Интеллидженс сервис», Джеймс. Представьте себе, что способен сделать корпус таких людей, целиком и полностью преданных Англии, в этой надвигающейся войне! Сомневаюсь, что такой фактор не показался бы вам важным. А потом Деннис познакомил меня с Валентином Кальваром. Сам он вышел на него через общую знакомую…
– …Которую вы потом убили.
– Да перестаньте вы, Джеймс! – нетерпеливо вскричал Блейдон. – Женщина ее класса! Да я поклясться готов, что смерть Альберта Уэстморленда целиком на ее совести, – недаром же его родственники подкупили врача, чтобы тот удостоверил гибель в транспортном происшествии. Кроме того, к тому времени у нас просто не осталось других адресов. Ее кровь была мне необходима для продолжения опытов, а Деннису – чтобы просто остаться в живых.
– Так вы, стало быть, знали, что Кальвар – вампир?
– О да. Он не делал из этого секрета – казалось, ему доставляло удовольствие наблюдать мое изумление, когда он справлялся с труднейшими тестами, которые я предлагал ему. Он наслаждался своей властью. А Деннис был очарован – нет, клянусь вам, не злом, присущим Кальвару, а его способностями. Кальвар тоже был к нам привязан, но, осмелюсь предположить, преследовал при этом свои цели. Он позволил мне взять образцы его крови (причем довольно значительное количество), чтобы я попытался изолировать факторы, влияющие на работу психических центров мозга, от факторов, вызывающих мутации клеток, ведущие к повышенной светочувствительности псевдоплоти и необходимости питаться лишь кровью живых существ. И я бы добился успеха, может быть, даже смог изменить способности Кальвара. Я знаю, я смог бы…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
