в мои плечи. Я двигаюсь в том же ритме, иногда замедляясь, чтобы не сорваться как юнец, и в первую же минуту не кончить.
Анюта кричит, всхлипывает, стонет. Она выгибается, как кошка, так, будто сейчас разорвётся от переполняющих её чувств. Её лицо покраснело, грудь вздымается, волосы разметались по сидению. Я чувствую себя так же, только внутри меня всё горит. Я сжимаю её ягодицы, вжимаясь в неё всем телом. Она кричит ещё громче, её ногти впиваются мне в плечи ещё сильнее, голова запрокинута, глаза закрыты, дыхание учащается. Мне так хорошо с ней, что я начинаю тихо порыкивать, точно зверь.
- Не останавливайся, прошу, - умоляет она меня, - пожалуйста, не останавливайся, - хнычет и ещё больше подмахивает бёдрами навстречу моим резким и быстрым движениям.
Боже! Что за глупости ты говоришь? Как можно остановиться? Никогда маленькая, я не остановлюсь, ни сейчас, ни потом, выполню всё, что скажешь, только будь рядом. Ещё сильнее вбиваясь в желанное тело.
-А-а-ах, да-а! Ти-и-им!!! - вырывается у неё одновременно со стоном, она уже не сдерживает себя.
Моя девочка на грани, готова кончить.
- Мммм, - стону, вгоняя член на всю длину, на самую её глубину.
Влагалище начинает сжиматься вокруг моего члена, принимая его полностью. Я продолжаю двигаться, пока она кончает, трясётся всем телом, выгибает спину, громко вскрикивает моё имя.
- Тим! – крепко сжимая стеночками влагалища.
Делаю ещё одно движение, кончаю вслед за ней, изливаясь в глубину её лона. Перед глазами фейерверк, тело сотрясается в мощной судороге, дикое удовольствие оглушает, лишает разума и мыслей.
Она продолжает сжимать меня внутри себя. Я целую её в губы, нежно и трепетно, чувствуя, как она расслабляется, успокаивается. Она смотрит на меня, улыбается. Протягивает руку, гладит меня по щеке, притягивает к себе, целует. Я обнимаю её, утыкаясь носом в волосы, вдыхаю запах её волос, запах её тела.
Не выходя из горячего и пульсирующего лона, обнимаю Анюту за талию, совершаю быстрый манёвр, переворачиваю нас, оказываюсь снизу, укладываю малышку на своей груди. Мы лежим, не шевелясь, прижавшись друг к другу, прислушиваясь к своим ощущениям. Слышу её дыхание, ощущаю её тепло.
- У меня никогда такого не было, - шепчет Аня, тяжело дыша. - Я не думала, что может быть настолько...
Замолкает, не знает, как выразить свои мысли. Целую в висок, даю понять, что не нужно ничего говорить. А сам дурею, внутри всё распирает от чувства радости, что смог доставить своё малышке то удовольствие, которое ей никто не доставлял и не доставит кроме меня.
- Как ты себя чувствуешь? – спрашиваю, за подбородок приподнимая её голову, смотрю в горящие глаза.
- Хорошо, – она улыбается, – а как ты? – пальчиком проводит по груди.
- Превосходно, – улыбаюсь в ответ, - устала? – скольжу ладонью по обнажённой спине.
- Нет, - качает головой, продолжая улыбаться.
- Тебе понравилось? – спрашиваю, подводя разговор к нужному руслу.
- Мне никогда ещё не было так хорошо!
- Как насчёт повтора? - улыбаюсь я.
Мне мало! Член колом стоит во влажном лоне Анюты, дожидается повторения.
- Хочу! – с придыханием сообщает моя девочка, - ещё хочу! – руками упирается мне в грудь, принимает положение сидя.
- Чёрт! Малышка! – рычу, поддаю бёдрами вверх.
Аня начинает медленно двигаться, вверх – вниз, сначала осторожно, потом всё увереннее, смотря в мои глаза. Округлая грудь качается в такт тела хозяйки, глазки закатываются, с губ срывается тихий стон, следом ещё и ещё. Даю ей волю, даю делать со мной всё, что она хочет, но длиться это недолго, срываюсь. Набрасываюсь на неё, как голодный зверь, словно и не было того бешеного танца любви. Снова ураган, нет нежности и томления, мы оба голодные, жадные, ненасытные. нетерпеливые.
Не могу больше терпеть, снова её сжимаю, впиваюсь в губы. Целую неистово, жадно, до боли. До крика. Впиваюсь зубами, кусаю, ласкаю языком, скольжу по шее, ложбинкам ключиц, облизываю соски. Мой маленький ангел хочет этого, хочет меня, так же сильно, как и я её, чувствую её тело, как оно напрягается, как она изгибается. Я не сдерживаюсь, хватаю её за бёдра, толкаюсь ей навстречу, резко, грубо. Она вскрикивает, начинает резче опускаться на мой член, постанывать.
В какой-то момент она вскрикивает от удовольствия, трясётся, утягивает меня в водоворот оргазма, а следом обессиленная падает на мою грудь, затихает. Обнимаю, прижимаю к себе, целуя в висок, дышу, что загнанный конь.
- Спи моя маленькая, - шепчу надрывно, - спи.
А я всегда буду рядом, закрою тебя своей спиной, прячу от всего мира, сделаю всё, чтобы ты осталась со мной. И возможный ребёнок от бывшей не помеха нашему счастью. Не отпущу!
*******
АНЯ
- Без защиты, малыш, сына хочу, - буквально срывая с меня платье, рычит Тим.
А я на всё согласна, и на сына, и на дочь, только от него, и не от кого больше!
Я даже не знаю где мы! Но судя, по тому, что Тим нёс меня на руках, не выходя из здания, говорит только об одном! Мы в отеле ресторана!
И снова, как будто в первый раз, я чувствую, как горячие губы покрывают поцелуями мою шею, плечи, грудь. Как пальцы касаются бёдер, дразня и разжигая ещё большее желание.
Пиджак сорван, но не рубашка и брюки, его одежда мешает, раздражает мою кожу. Кладу руки на его плечи, скольжу вниз по спине, пальцами сминая ткань рубашки, сжимаю её в кулаки, дёргаю вверх выпуская из-за пояса брюк. Тим привстаёт, его облик, освещаемый лунным светом что пробирается в комнату через окно, заставляет биться сердце чаще!
- Мой, - срывается с губ, на что Горский плотоядно улыбается, медленно расстёгивая пуговицы рубашки.
- Твой, - раздаётся уверенное, - на всю жизнь, - отбрасывает в сторону снятую рубашку, замирает, даёт рассмотреть себя.
- Тим, - хнычу, тянусь к любимому, хочу его.
-
