богатого банкира из Флоренции. В качестве приданого он получил древнее поместье с домом и обширными виноградниками. Само хозяйство «Кузона» известно аж с 994 года, тогда оно называлось «Козона» и являлось собственностью лордов Биббиано — поэтому одно из местных вин называется 994 Millanni.
В начале ХХ столетия уже упомянутый Франческо Гвиччардини женился на Луизе Строцци. Именно он основал компанию «Кузона». В 70-е годы прошлого столетия наш гостеприимный хозяин князь Джироламо Строцци начал осуществлять вывоз вина за границу. В этом ему активно помогали и помогают жена Ирина и дочери Наталья и Ирина.
— Здесь хранятся самые старые урожаи и самые старые коллекции наших вин. Самое знаменитое из них — белая Верначча, о которой с упоением писали Данте, Бокаччо и Микельанджело. Это правда, что вина Гвиччардини-Строцци всегда имели самую высокую репутацию. По случаю исторической встречи в этом году Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Кирилла и Папы Римского Франциска мы преподнесли им наше знаменитое на весь мир вино Верначча ди Сан-Джиминьяно «Кузона 1933».
С 1998 года мы начали расширять винодельческую деятельность. Мой отец приобрел участки земли в Болгери (побережье Тосканы), Скансано, Массе Мариттима и на сицилийском острове Пантеллерия. Сегодня в нашей винодельне производится 22 наименования вин. Из винограда сорта Верначча также изготавливаем игристое вино «Кузона брют» и водку «Граппа». Но, повторяю, старейшим и наиболее значимым является Vernaccia di San Gimignano, производимое уже почти тысячу лет. Это особое вино пили при дворе наших врагов Медичи, а Лоренцо Медичи Великолепный посылал его Папе Римскому Иннокентию VIII.
Кстати, мой папа забыл сказать вам о еще об одной важной детали нашей семейной генеалогии: Уинстон Черчилль также принадлежал к роду Гвиччардини-Строцци.
Когда мне показывали документы семейного архива, я обратил внимание на многочисленные газетные публикации относительно родства семейства Строцци с Лизой дель Джокондо, урожденной Герардини, более известной как Мона Лиза. Уже документально подтверждено, что княжны Наталия и Ирина являются прямыми потомками в 15-м колене Моны Лизы, позировавшей величайшему из величайших художников мира Леонардо да Винчи…
После прогулок и интересных бесед о жизни, политике и наших народах наступило время ужина. Княгиня Ирина Владимировна по моей просьбе рассказала о своих родителях.
Ее отец Владимир Рэн по происхождению был французом, уроженцем Одессы. Вместе с братом Николаем он сражался в рядах царской армии против немцев. Однажды, когда Николай II осматривал войска, ему доложили, что в рядах его армии служат двое французов. Царь попросил представить их ему и пожал им руки. Отец Ирины Владимировны рассказывал, что, когда их глаза встретились, его поразил печальный, глубокий взгляд царя, взгляд, светившийся добротой.
Мать Ирины Владимировны, Наталия Костка-Непржецкая, в честь которой она назвала свою старшую дочь, родилась в Киеве. У мамы был божественный голос, рассказывает Ирина Владимировна. Партию Татьяны из оперы Чайковского «Евгений Онегин» она выучила с первой исполнительницей Татьяны Марией Муромцевой-Массне, с которой занимался сам Чайковский. Во время революции 1917 года Наталия Костка-Непржецкая уехала из России. В 1925 году она поселилась в Париже, где родились ее дети — Ирина и Владимир. Наталия Костка-Непржецкая совершила турне вместе со знаменитой Частной русской оперой. Все восхищались ее голосом, но никто, увы, не помог ей получить стипендию и продолжить обучение. У нее было лирическое сопрано с легкой, врожденной колоратурой. Если бы не революция, из нее могла бы получиться еще одна волшебная Каллас.
14 февраля 1964 года в Париже на приеме Наталия Костка-Непржецкая познакомилась с Марией Каллас. Во время их беседы она сказала Каллас:
— Вы делаете всемирную карьеру, вы стали дивой нашего века. Как знать, может, я бы тоже сделала похожую карьеру. Но я вышла замуж и оставила сцену.
Каллас ответила:
— Я действительно завоевала всемирную известность, но я очень одинока. У вас, по крайней мере, есть семья.
За ужином у Строцци зашел разговор и об охоте. Я не преминул уточнить, где хозяйка дома княгиня Ирина Владимировна берет дичь, из которой готовит такие замечательные блюда.
— В наших собственных охотничьих угодьях. К нам часто приезжают поохотиться великие мира сего. Да и мы с мужем и дочерью Ириной частенько отправляемся с ружьем в потаенные уголки нашего поместья, чтобы добыть на обед зайца или кабана.
Я рассказал, как однажды во время охоты на лося на реву зверь пошел на меня, и я чудом спасся. Князь Джироламо в свою очередь поведал мне о том, как во время охоты в его собственном имении на него напал кабан. После этого князь долго лежал в госпитале: страшные шрамы остались на теле и по сей день.
— Но вот Ирина-младшая, — добавил князь, — ничего не боится и смело идет на этого опасного и могучего зверя. Ведь ей помогает в этом наша любимица из породы аргентинских догов Душка. Порода используется как травильная гончая по крупному зверю. Это бесстрашная собака: никакая другая гончая в мире не способна в одиночку справиться с горным львом — пумой, чей вес достигает 100 кг. Аргентинские доги легко обучаются, это очень контактные, способные, умные и понятливые животные.
Все время, пока гостил в семье Строцци, белоснежная красавица Душка не отходила ни на шаг. А когда покидал поместье, она на прощание лизнула меня и ласково заглянула в глаза. Ну и, конечно же, я пообещал ей вернуться.
И когда в январе 2017 года я опять появился в имении Строцци, радости ее не было предела…
2017 г.
Встречи и беседы
Заговор против Шолохова
Разговор по душам в станице Вешенской с директором литературного музея им. Михаила Шолохова с внуком писателя Александром Шолоховым
Как-то — а было это в семидесятых годах прошлого столетия — к Шолохову пришел старый казак, чтобы поблагодарить за помощь, оказанную ему Михаилом Александровичем в одном деле. Когда беседа подошла к концу, казак неожиданно сказал: «А ведь я тебя, Мишка, когда-то в бурунах долго на мушке держал… Приказано было убить, когда будешь возвращаться с Букановки. Прицелился… и не выстрелил. Не смог». И это был не единственный случай, когда жизнь великого писателя висела на волоске…
Внук писателя, директор Государственного литературного и природного музея-заповедника в станице Вешенская
