очень любила путешествовать. Однажды она услышала рассказ о диковинном фрукте, растущем в старинном заброшенном замке, и сразу же отправилась туда. Но ворота замка были наглухо закрыты изнутри, а стены были такие высокие и неприступные, что не было никакой возможности пробраться туда. Королева слегла от болезни, поняв, что ей не удастся отведать диковинного плода. И вот однажды перед ней вдруг появилась старушка.
— Королева,— сказала она.— Я знаю, что тебе так хочется отведать диковинного плода, что ты умираешь без этого. Я согласна принести его, но взамен ты должна отдать мне свою дочь, которую ты вскоре родишь.
— Хорошо,— сказала королева.
— Я наделю твою дочь добротой, мудростью, красотой и благородством, но ты не должна будешь видеть её до тех пор, пока ей не исполнится двадцать лет.
— Ты берёшь с меня суровое обещание, но я согласна,— сказала королева.
Служанка одела её и повела за собой в сад, где стояло диковинное дерево с плодами. Королева отведала плода, и старушка нарвала ей ещё целую корзину и дала с собой.
Вскоре после этого я родилась. Моя мать страшилась своего обещания. Она не могла сказать отцу об этом и впала в глубокую тоску. Отец был очень обеспокоен и долгими расспросами добился от неё правды. Он был вне себя от бешенства. Жену он велел запереть в тюрьму, а дочь усиленно охранять. Феи рассердились на короля и наслали на его королевство все самые страшные болезни на свете. Каждый день умирали сотни детей, стариков и женщин. Обезумев от ужаса, король обратился к другу-волшебнику и попросил его о помощи.
— Я ничего не могу поделать,— сказал волшебник.— Слово нужно держать.
Отец смирился, он выпустил мою мать из тюрьмы. Она положила меня в золотую колыбель и отнесла феям. Они с радостью приняли меня и отнесли в крепость, которую построили специально для меня. Там было множество прелестных комнат, а крыша была в виде цветущего сада. Дверей в крепости не было, а были только очень высокие окна. Там прошло несколько лет, и феи решили, что мне пора выходить замуж. Мужем мне они выбрали короля Тинни. Накануне свадьбы ко мне прилетел мой друг попугай и сказал:
— Бедная маленькая принцесса, как мне жаль тебя!
— Почему? — спросила я.
— Потому что твой будущий муж, король Тинни, — страшный урод и изверг. Он живёт на том же дереве, где и я.
Не успел он это произнести, как вошла одна из фей и сказала:
— Побыстрей собирайся и спускайся вниз. Там пришёл король Тинни, будь с ним полюбезнее.
— Но я не хочу видеть его и выходить за него замуж,— заплакала я.
— Глупое дитя, я лучше знаю, кто нужен тебе в мужья. Только посмей ослушаться меня!
Я в слезах спустилась вниз и увидела его. Он был величиной не больше попугая, у него были когтистые лапы орла, горб и уродливое лицо злобного карлика. Его нос был острый и длинный, как карандаш. Он хотел поцеловать меня, но я в ужасе убежала и закрылась в своей комнате. Тогда жестокие феи заколдовали меня и моих слуг, превратив нас всех в кошек и котов. Колдовство должно было закончиться только тогда, когда в моём дворце появится молодой принц, который полюбит меня.
— Я люблю тебя больше жизни,— сказал принц.— И хочу жениться на тебе.
Они отправились во дворец, а принцесса спряталась внутри рубинового яичка. Братья принца уже были во дворце, оба с красивейшими принцессами. Когда очередь дошла до младшего, он раскрыл рубиновое яичко, и из него вышла принцесса, затмевающая день и ночь, солнце и луну. Она была одета в бело-розовые одежды, а её голову украшал венок из диковинных цветов.
— Да,— закричал радостный король.— Только она достойна моего дворца.
— Ваше Величество,— отвечала принцесса.— Я благодарю вас за доверие, но мне не нужен ваш дворец, у меня их целых шесть. Разрешите мне подарить два из них вашим старшим сыновьям, а за младшего выйти замуж и поселиться в оставшихся четырёх дворцах.
Все были счастливы. И тотчас священник обвенчал три молодые пары, которые счастливо прожили всю оставшуюся жизнь.
КОЛА-РЫБА
Мессине, на самом берегу голубого Мессинского пролива, стояла хижина. Жила в ней вдова рыбака с единственным сыном, которого звали Кола.
Когда маленький Кола появился на свет, его приветствовал шум моря. Когда он впервые засмеялся, он засмеялся солнечным зайчикам, прыгавшим на волнах. Едва мальчик научился ходить, он побежал прямо к морю. Игрушками его были высохшие морские звёзды, выкинутые приливом на берег, да обкатанные водой блестящие камешки.
Что же удивительного, что для мальчика море было роднее родного дома!
А мать боялась моря. Ведь оно унесло её отца, брата, а потом и мужа. Поэтому стоило мальчику отплыть хоть немного от берега, мать выбегала из дому и кричала:
— Вернись, Кола! Вернись, Кола!
И Кола послушно поворачивал к берегу.
Но вот однажды, когда она звала его, Кола засмеялся, помахал ей рукой и поплыл дальше.
Тогда мать рассердилась и крикнула ему вслед:
— Если тебе море дороже матери, то и живи в море, как рыба!
Ничего дурного она не желала своему сыну, просто крикнула в сердцах, как многие матери, когда их рассердят дети. Но то ли этот день был днём чудес, то ли услышал её слова злой волшебник, только Кола и впрямь навсегда остался в море. Между пальцами у него выросла перепонка, горло вздулось и сделалось как у лягушки.
Бедная мать, увидев, что натворили её необдуманные слова, заболела с горя и через несколько дней умерла.
Хижина, в которой уже никто не жил, обветшала и покосилась. Но раз в год, в тот самый день, когда у матери вырвалось нечаянное проклятие, Кола подплывал к берегу и с грустью смотрел на дом, куда ему уже больше не вернуться.
В эти дни мессинские рыбаки, их жёны и дети не подходили близко к этому месту. И вовсе не потому, что они боялись человека-рыбу. Кола был их большим другом. Он распутывал рыбачьи сети, если их запутывал морской чёрт-скат, показывал, какой стороной идут косяки рыб, предупреждал о вечно меняющихся коварных подводных течениях. Рыбаки не подходили к старой хижине, чтобы не помешать Кола одолеть своё горе в одиночку. Они ведь и сами так
