же начинает лихорадка.
Кто на этом зарабатывает? Естественно, Артём, в питомниках которого уже создали существенную популяцию акклиматизированной к испанскому климату гамбузии обыкновенной.
Марианна сказала, что эвкалипт — отличное дерево, красивая декорация, обеззараживающая воздух от различной дряни, да ещё и помогающее бороться с заболачиванием?
Королева ещё и бесплатно, за счёт казны, дарит саженцы эвкалиптовых деревьев? Пожалуйста, дайте все! Разумеется, тут же начинается эвкалиптовая лихорадка — всем нужен эвкалипт. Любимое дерево самой королевы же!
Кто зарабатывает? Естественно, Артём, потрудившийся заранее начать выращивание различных сортов эвкалиптовых деревьев в различных питомниках страны.
Королева лично привилась от оспы при помощи метода вакцинации? Ну, ребята не знают, что она это сделала, в первую очередь, потому, что ей Артём рассказал о том, что в его реальности она натурально сдохла в муках от оспы (этого Артём не знал — он её намеренно обманул, но с этим он, что забавно, угадал).
Тем не менее, её примеру следует весь двор, затем высшее общество, затем средний класс, а затем и простой народ. Причём как в колониях, так и в метрополии.
Как результат её благотворительных усилий, а также усилий государственного аппарата, к 1793 году 93 % населения испанской империи было привито от оспы — главный триумф Артёма.
В том же 1793 году Артём сумел добиться того, чтобы вакцинация от оспы стала обязательной для всех пребывающих на территории Испанской империи людей. Немногим ранее, в 1789 году, Артём уже добился обязательной вакцинации от оспы для армии и флота — репетиция основного этапа борьбы с оспой. Причём сразу отказались от человеческой лимфы в пользу животной.
Что ещё Артём сделал? Создал санитарно-эпидемиологическое законодательство, а также органы, отвечающие за приведение его положений в реальность.
Эффективность их была чудовищно низкой, как бы печально это ни было, но она постоянно улучшалась, и, кроме того, создавала саму культуру санитарно-эпидемиологического контроля, что было очень важно.
Необходимо было донести до населения, что последняя форма государственного контроля, во-первых, с ними теперь навсегда, а, во-вторых, что она спасает жизни. Тут, естественно, на пользу дела играло влияние Артёма на прессу.
Кроме того, Артём создал первый в Европе научный центр, формально кафедру по подготовке кадров для этих государственных органов, исключительной задачей которого стало изучение болезней, разработка мер по борьбе с ними, профилактике их распространения и так далее.
Результатом всего этого стало то, что в 1793 году испанцы, ведь только они были настолько решительны в своём крестовом походе против врагов, начали побеждать тех, кого считали неотъемлемой частью жизни.
Рациональный и решительный подход к эпидемиологическому контролю показал свою эффективность в борьбе с оспой. Массовая и регулярная вакцинация телячьей оспой, своевременная и жёсткая локализация, по крайней мере, попытки подобной локализации, случаев заражения оспой — всё это создавало удушающую хватку на шее у оспы.
Причём чем дальше, тем сильнее становилась эта хватка. Потому, в частности, что Артём вёл эффективную и масштабную пропаганду вакцинации. Артём, без преувеличения, спасал миллионы и десятки миллионов жизней от оспы, малярии и других болезней. Он также прикладывал значительные усилия к борьбе с чумой крупного рогатого скота.
Все эти заслуги, разумеется, он записал на счёт Марианны, чтобы усилить её бренд. И, в принципе, она тоже прикладывала к борьбе с этими болезнями огромные усилия, так как у неё оформилась очень жёсткая фобия оспы и инфекционных болезней вообще, по понятным причинам.
Артём боролся вообще со всеми заболеваниями — гиповитаминозом C (так называемой цингой), гиповитаминозом А, жёлтой лихорадкой, благо, что борьба с малярией помогала и в борьбе с жёлтой лихорадкой, а также другими. В общем, не человек, а ангел.
Зачем ему всё это? Во-первых, Артём — трус. Артём просто чудовищно боится бушующих в эти опасные времена болезней, и особенно — оспы. Болезни, косящей десятки миллионов людей каждый год. Во-вторых, он борется за рост населения его империи любыми доступными средствами, и хороший способ помочь своему населению расти как можно быстрее — это бороться с болезнями.
Даже если бы он боролся только с оспой, одной из основных причин смерти в этот век, он бы существенно помог демографическому росту, вот настолько это страшный враг человечества — гораздо более страшный, чем чума, лишь изредка посещающая Европу.
Боролся Артём и с холерой (до первой глобальной эпидемии ещё долго, но готовиться к ней он начал уже сейчас), и с брюшным тифом, и с сыпным тифом.
В общем-то, он боролся со всеми болезнями. Для этого он и учредил жёсткий, строго рационализированный санитарно-эпидемиологический контроль.
К слову, касаясь борьбы за людей и результатов её. На 1793 год население Испанской империи составило, без учёта населения приобретённых регионов, 30,18 миллиона человек (36,75 миллиона человек с приобретёнными территориями) против 25,43 миллиона человек в 1787 году.
В абсолютных показателях население за всего 6 лет выросло на 4,75 миллиона человек (на 11,32 миллиона человек, если считать с приобретёнными территориями). В относительных показателях — на 18,68% (на 44,51%, если считать с приобретёнными территориями) по отношению к 1787 году. Как не трудно догадаться, это просто чудовищный рост.
Экономический рост и целенаправленное привлечение иммигрантов, борьба с болезнями, повышение эффективности сельского хозяйства — всё это позволило населению империю расти просто взрывными темпами…
Глава 24. Переваривание
И Артём был к этому взрыву готов, на самом-то деле. Массовое строительство школ, университетов, колледжей, академий и прочих учебных заведений, а также расширение уже существующих — вот ключ к рывку в развитии, которого столь жаждет Артём.
Что касается сиюминутных результатов его экономической политики за период с 1786 года по 1793 год, то в 1793 году городское население Испании преодолело знаковый этап — 20 % населения Испании, причём здесь имеется в виду именно население метрополии, проживало в городах.
К слову, городами считались только те поселения, в которых проживало более 5 тысяч человек, и в которых менее 50 % экономически активного населения задействовано в сельском хозяйстве.
Если что, это очень жёсткие рамки. И согласно этим очень жёстким рамкам, в 1787 году доля городского населения в Испании, то есть, в метрополии, была на уровне 12,7 %. Это значит, что за 6 лет этот показатель вырос на 7,3 е., либо на 57,48 % по отношению к 1787.
В 1793 году цены, по отношению к 1791 году, выросли примерно на 23% в целом. В то же самое время зарплаты выросли примерно на 44% для строительного сектора. В среднем же, по стране, заработная плата выросла на 26%.
Следовательно,
