Читаем без скачивания Песочные часы - Сергей Недоруб

— Все равно найду.

Они пободались немного, и Марк снова сделал попытку поймать ее губы своими. С грацией молодости Полина подставила ему щеку, как и во все предыдущие вечера.

— Завтра я не приду, — сообщила она, чтобы сменить тему.

— Почему? — спросил Марк, продолжая обнимать ее за пояс.

— Я согласилась на поездку.

Марк с досадой отвел взгляд и она обеспокоилась:

— Милый, ну что ты? Ммм? Котенок, это всего на один день!

— Зачем это тебе? — спросил Марк.

— Мне интересно, — произнесла Полина с настойчивостью. — Мы так близко живем, а не знаем, что там творится.

— Там пусто, — сказал Марк. — Уже много лет. И радиоактивно.

— Ты так говоришь, словно я на Луну улетаю, — упрекнула его Полина. — Это всего лишь туристическая поездка по безопасным местам.

— Безопасным?

— Ну не будем же мы в реактор лезть, в конце концов! Посетим некоторые участки, покатаемся по дорожке. Я даже из автобуса не буду выходить.

— Да ты на каждой остановке вечно выбегаешь собирать ромашки!

— Там будут грибы, а не ромашки, — поправила его девушка. — Их я уж собирать не стану. Мне будущие потомки важны.

— Тем более.

— Зай, это не первая турпоездка в чернобыльскую зону, и не последняя. Думаешь, мы там одни будем? И потом, мы заедем в Припять. Я просто должна увидеть места, где жили родители. Понимаешь?

Марк не ответил, и она взяла его подбородок и повернула к себе.

— Так, — сказала Полина, наклонив голову. — Ну раз ты такой вредный, то хорошо. Посмотри на меня и скажи, что ты не хочешь, чтобы я ехала.

Марк смотрел в самые красивые глаза в мире. Девушка явно начинала грустить, и он мягко отстранил ее руки от своего лица.

— Поезжай, — сказал он.

— Что?

— Поезжай, — повторил Марк. — Я тебе верю. Раз ты говоришь, что опасности нет, значит, ее нет.

Полина помолчала в ожидании подвоха, и затем расплылась в улыбке.

— Ты прелесть, — сказала она, целуя его в нос. — Пошли на речку. Посмотрим на закат.

Она встала, потянув Марка за руку.

— Мы же вчера видели, — сказал он, вставая и подавляя тревожное чувство.

— Вчера был другой. Закат никогда не бывает одним и тем же.

Дойдя до офиса частной турфирмы ускоренным шагом, Марк уже знал, что не успевает. По словам Полины, автобус отъезжал в семь утра, а для девушки-жаворонка не было никаких проблем в том, чтобы собраться вовремя, прибежать пораньше и успеть занять лучшее место. Зная ее характер, Марк был уверен, что именно так она и сделает. Сам он привык поздно вставать, и на проводы явно не успевал.

Завернув за угол, он обнаружил, что опоздал на минуту. Белый микроавтобус Asia с розовыми полосками разворачивался, чтобы начать привычный маршрут. Марк с досадой стоял на месте, глядя на проезжающий мимо автобус. Когда водитель как раз переключил скорость, одна из занавесок в салоне колыхнулась и к стеклу прижалась знакомая пятерня. Марк тоже поднял руку в прощальном жесте, не осознавая, что делает. Он так и не пошевелился, глядя вслед автобусу в расстроенных чувствах, пока телефон не зажужжал. Сообщение состояло из смайлика, показывающего язык.

Коротко рассмеявшись, Марк убрал телефон и пошел домой.

Все утро он потратил на то, чтобы испечь пирог. Перед этим ему пришлось основательно почистить духовку, которой неизвестно кто пользовался в его отсутствие, и дважды сбегать в магазин. Когда он закончил, то, вытаскивая готовый результат, обжег себе палец. Взбитым кремом он вывел на пироге рисунок мотылька. Получилось неплохо. До возвращения Полины оставалось несколько часов.

Проветривая кухню, Марк распахнул дверь на балкон, затем вышел сам, подышать свежим воздухом. С высоты седьмого этажа ему было отлично видно окно квартиры, где жила Полина. Он представил себе ее изумление, когда принесет пирог прямо на место их постоянных встреч — на лавочку во дворе.

Небо над домом Полины выглядело как-то странно. Вытирая руки фартуком, Марк вгляделся получше. Облака были не такими, как в других видимых участках неба. Они двигались странно, хаотично, словно кипели. Глядя на странный феномен, Марк понял, что это не над соседним домом, а за много километров от города. В стороне Чернобыля.

Тревожное ощущение вернулось к нему, и Марк мысленно велел себе успокоиться. В конце концов, он не знал, чем это явление объясняется. Может, это нормально для Чернобыля. Он никогда не обращал внимания на небо в той стороне, и не интересовался аварией, случившейся в другом поколении и другой стране. Его, рядового жителя современного техногенного мира, чужие ошибки прошлого не касались.

Возвращаясь с балкона на кухню, ему показалось, что земля пошатнулась. Марк схватился за стол, чтобы не упасть, но толчки уже стихли. Он никогда не любил землетрясений, хотя ни разу не был непосредственным участником сколь либо существенных колебаний. Эпицентр находился где-то далеко. Не было никаких причин для волнения, а Марк ценил свои нервы.

Вечером он ждал ее на неизменной скамье. Чтобы в этот раз самому устроить сюрприз, Марк пришел на полчаса раньше, планируя в любом случае не пропустить возвращающуюся домой Полину. Упакованный пирог лежал рядом в пакете. Марк прождал три часа. Девушка не пришла.

Три эсэмэски ушли в никуда, прежде чем он догадался позвонить. Вежливый робот сообщил ему, что абонент находится вне зоны покрытия сети.

Марк вернулся домой, где просидел еще два часа как на иголках. У него не было телефона турфирмы, и рабочий день уже давно закончился. Еще один звонок, на этот раз родителям Полины. Безрезультатно.

В тягостных мучениях прошли целые сутки. Девушка не вернулась.

Не спав вторую ночь, Марк еле дождался открытия турфирмы. Девятнадцатилетнему парню больше не приходило в голову никаких идей, кроме как расследовать проблему самыми простыми и официальными методами. Первый же работник фирмы сказал ему, что автобус не вернулся. Только дойдя до дома, Марк догадался вернуться и поговорить уже с директором. Разговор был более продолжительным, но результаты остались прежними. Автобус с шестью туристами бесследно исчез в Припяти. Ни с кем, включая водителя, связаться не удавалось.

Марк весь день тупо просидел в комнате, ни о чем не думая, и к вечеру решил включить телевизор. Он попал на спецвыпуск новостей. Скучающий диктор монотонным голосом поведал ему о том, что в зоне Чернобыля прогремел второй взрыв. Дальше возобновилась трансляция сериала «Побег из тюрьмы», и впервые за все время Марк не проявил интереса к фильму. Да и оно того не стоило. В самом деле, третий сезон — что там может быть интересного?

Сорвавшись с места со следующим рассветом, Марк поехал в Припять. Транспортных путей туда, разумеется, больше не существовало. Добравшись так близко, как позволял маршрут, Марк оказался на какой-то станции, названия которой он даже не запомнил, и беспомощно стоял на месте, пока местный предприимчивый житель, попыхивая сигаретой, не спросил у него, чего он хочет. Марк ответил, и житель удивленно поднял брови. Он долго вез Марка на побитых «жигулях», затем высадил в поле и тут же уехал, развернувшись так резко, что оставил следы шин на асфальте. За немалую сумму денег они смогли договориться, но, похоже, договор не включал в себя обратную доставку.

Марк стоял на обочине, смотря прямо перед собой, через почерневшее поле. Он был не одинок. В полусотне метров развернулся самый настоящий военный городок. Между наспех сооруженных палаток разъезжали джипы с открытым верхом, бегали солдаты, поодаль стояли БТР и «КамАЗ», переделанный под передвижной пункт флюорографии.

Подойдя поближе, Марк смотрел на оцепление. В новую Зону пройти было никак нельзя. До Припяти было еще далеко, но город оказался закрыт. Закрыт навсегда.

Марк не решился ни с кем заговорить. Он повернулся и в отчаянии уставился на горячую асфальтированную прямую, простиравшуюся с одного края горизонта до другого. Никого из водителей проносившихся мимо автомобилей не волновало, что Полина осталась где-то сзади, а вместе с ней и загадка ее судьбы.

Не осознавая своих действий, Марк вышел на дорогу и встал посередине. Он не мог смириться с мыслью, что, невзирая на всю свою жизнь, несмотря на все мечты о счастливом будущем, он, тем не менее, не может сделать ровным счетом ничего. Ни встретить снова Полину, ни понять, почему так все вышло. Он чувствовал, что сойдет с ума, если не привлечет хоть чье-то внимание. Но автомобили лишь объезжали его стороной, громко сигналя.

Он шел по центру трассы, держа в поле бокового зрения военный лагерь. Мысли в его голове были одна глупее другой. Разум защищал себя всеми возможными способами. Всего этого просто не могло быть. Люди умирают, но не Полина. Люди теряют близких, но не Марк.

Через сотню метров он дошел до того, что начал высматривать взглядом подходящий камень, чтобы положить его на могилу Полины. В глубине сознания Марк понимал, что ему просто нужна помощь хорошего психолога. Но он должен был сделать для Полины хоть что-то. И не имело значения, чем это будет.