Везде где не появлялась жрица, сирота следовала за ней. Шандриса следила за всем, что делала её спаситель глазами той, кто отчаянно хотел этому научиться. Когда Тиранда молилась, исцеляя травмы или ранения, молодая девушка повторяла за ней все её слова, пытаясь в точности копировать её движения.
Тиранда испытывала противоречивые чувства по поводу Шандрисы. Потерявшая родителей, девушка осталась совсем одна, у неё не осталось никого, кому можно было обратиться. Правда, было множество других, оказавшихся в подобной ситуации, но что-то в этой осиротевшей девочке беспокоило жрицу. Её преданность работе Тиранды делала её возможной послушницей, и храм всегда приветствовал новых сестёр. Тем более как бы это могло выглядеть, если бы Тиранда бросила её среди беженцев и забыла про неё? Жрица должна была держать её рядом, тем более её самой было сейчас очень одиноко.
К сожалению, были ситуации, когда осиротевшая девушка подвергалась опасности. Сестричество продолжало принимать участие в боевых действиях, каждая группа переключалась с задания на задание, как прикажет верховная жрица. Тиранда совсем не желала, чтобы Шандриса находилась возле демонов, которые без сожаления крушили и убивали всё вокруг. Шандриса, однако, уже перепугала её до смерти, проследовав за сёстрами, когда те отправились в лес предупредить Малфуриона и Красуса. И Тирада смогла обнаружить это только позднее, когда девочка случайно проговорилась об этом, комментируя события, о которых Тиранда и её подчинённые никому не рассказывали.
"Всё, хватит!" Приказала Тирана. "Пожалуйста, оставайся на месте, когда мы отправляемся в битву! Я не могу больше беспокоиться о тебе и при этом сражаться!"
Выглядя удручённой, Шандриса кивнула. Но Тиранда сильно сомневалась, что это был последний разговор на эту тему. Она могла только молиться Элуне, чтобы молодая девушка смогла угомониться.
В воздухе возникла удручающая тишина, и тут Тиранда заметила одну из старших сестёр в окружении ещё нескольких, приближающуюся к ней. На лицах старших жриц царило задумчивое выражение.
"Здравствуйте, сестра Маринда! Что привело вас в эту скромную обитель?"
"Здравствуйте, сестра Тиранда", Маринда стала мрачнее. "Я прибыла к вам от верховной жрицы".
"Да? У нее новости для нас?"
"Она… она умерла, сестра".
Тирада почувствовала, будто весь мир вокруг неё разрушился до основания. Преподобная матушка — мертва? Она выросла, слушая и наблюдая за этой женщиной, как почти и любой другой верующий. Именно из-за неё Тиранда решила принять одежды послушницы.
"К…Как?"
Слёзы текли по щекам Маринды. "Это держалось в секрете от нас. Она настояла на том, чтоб об этом знали только личные служанки. Во время нашего наступления на Сурамар, демон проткнул её копьём в живот. Она смогла бы выжить, ведь её навыки лечения очень сильны, но зверь скверны напал на неё первой. Она была уже без сознания, когда её свита, убила его. Они привели её в палатку, где она и была до тех пор… пока она не умерла, около часа назад".
"Ужасно!" Тиранда упала на колени и начала молиться Матери Луне. Маринда присоединилась к ней.
Шандриса повторила то же самое.
"Есть еще, что вы бы хотели рассказать?"
"Перед смертью она назвала имя приемника".
Тиранда кивнула. Этого следовало ожидать. Новая верховная жрица, должна была послать гонцов, таких как Маринда для оглашения вести о преемнице.
"Кто это?" Было несколько кандидатов, достойных этого титула.
"Она назвала тебя, Тиранда".
"Тиранда не могла поверить своим ушам. "Она… что?… О Мать Луна! Вы шутите?"
Шандриса взвизгнула и захлопала. Тиранда повернулась и наградила её строгим взглядом. Девочка успокоилась, но её глаза блестели от гордости.
Маринда, казалось, совсем и не думала шутить, и это испугало Тиранду. Как могла она, едва вступившая в роль жрицы, взять на себя такой ответственный титул, тем более в такое сложное время.
"Простите, что говорю подобное, Сестра Маринда, но она… она, должно быть, обезумела от боли, нанесённых ран. Как она могла на полном серьёзе назвать моё имя?"
"Она была в ясном уме и полном сознании, сестра. И вы должны понимать, что она выбрала вас задолго до этого события. Старшие сёстры поняли, что вы избранная… и никто из них не осуждал это решение".
"Это… это невозможно! Как я могу быть лидером? Как я, имея такой мизерный опыт, взять на себя мантию верховной жрицы? Есть так много других, которые знают священное писание лучше меня!"
"Но никто так не передаёт силу и желания Элуны, как вы. Мы все видели и чувствовали это. Уже существует множество рассказов о чудесах, которые вы творили среди беженцев и солдат. Множество людей были исцелены, в то время как другие не могли ничем помочь в подобных случаях".
Тиранда не понимала. "Что вы имеете в виду?"
И сестра Маринда объяснила. Все жрицы проводили большую часть времени затишья в заботах об армии. Но желать помочь и сделать что-то результативное разные вещи. Они, безусловно, помогли и исцелили многих, но так же во многих случаях они не могли справиться.
Тиранда же с другой стороны не оставила за собой ни одного раненого без должной помощи. Любой, кого она пыталась исцелить, выздоравливал. Тиранда так же помогала многим, кому другие сёстры не смогли помочь. И что больше удивляло жриц, она продолжала работать без отдыха тогда, когда любая другая бы упала в обморок без сил.
"Тогда когда другие сдаются, вы продолжаете сражаться, Сестра Тиранда".
Это никогда бы не пришло в голову молодой жрице, ведь она выполняла свой долг и не делала ничего выдающегося. Она всего лишь молилась Элуне, и Элуна помогала. Тиранда воздавала ей благодарность и переходила к другим пострадавшим.
Но, по их словам, он делала много больше.
"Я… это не может быть правдой…"
"Но так оно и есть. Вы должны принять это". Маринда глубоко вдохнула. "Вы знаете что, обычно, должна быть церемония, нужно будет привлечь многих послушниц, чтобы они увидели её".
Задумавшись, Тиранда неопределённо ответила. "Да…"
"Мы сделаем всё возможное, чтобы приготовить что-нибудь. С вашего позволения я привлек других сестёр из боя, для помощи…"
"Что?" Помимо всего прочего, они планировали сделать это из-за неё? Тиранда заявила: "Нет! Обойдёмся без церемонии!"
"Но, Сестра…"
Используя своё новоприобретенную, пусть и нежеланную власть, она одарила Маринду взглядом, в котором говорилось, что она не потерпит никаких аргументов, а затем добавила: "Похоже, у меня нет выбора, и придётся согласиться. Но я не могу принять это, если это означает создание церемонии, которая отвлечёт нас от опасности! Я стану верховной жрицей, по крайней мере, пока эта война не окончится… но я сохраню мои настоящие одежды…"
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
