сидя за столом в лачужке Ивана. Мальчишка устроился напротив, оживленно указывая на красивые картинки и комментируя их. Он рассказывал девочке о том, что узнал из книжек. «Я теперь узнаю эти грибы в лесу, представляешь! Я сначала запомнил, что у лисичек нет опасных аналогов, а потом начал ходить со справочником в лес, сравнивал и, представляешь, начал запоминать! Никогда бы не подумал, что способен на что-то подобное. Я же вообще сосну от елки с трудом отличал», — говорил мальчик. При этом он активно жестикулировал и много улыбался. Улита отмечала, что давно не видела друга столь воодушевленным и заинтересованным. Она активно кивала и выражала крайнюю степень внимания, даже когда Иван рассказывал о боровике в третий раз, почти в точности повторяясь. Девочка соскучилась по голосу друга, его светлым знакомым глазам, чертам лица. Она часто вспоминала о нем в своей московской квартире на окраине.
Большой город впечатлил Улиту. В нем было много парков, точно оазисов, разбросанных в разных местах среди бетонных джунглей. В прудах не ловили рыбу, почти везде можно было проехать на велосипеде наравне с машиной. Люди собирались на газонах и устраивали пикники, иногда ставили мангал и жарили мясо. Дым от углей поднимался над редкими деревьями и терялся на фоне серых многоэтажек. Люди с собаками и чашками кофе из различных кофеен встречались на пути так же часто, как голуби, воюющие за корку зачерствевшего хлеба. Улита терялась в метрополитене, боялась становиться близко к краю перрона, потому что думала, что состав утащит ее за собой в систему тоннелей. Девочка долго привыкала к тому, что проводит под землей почти столько же времени, сколько и на ней. Москва очаровала Улю своим историческим наследием и центром, полным ярких прилавков и модных магазинов. Она долго гуляла по Красной площади, рассматривала Кремль и немного с опаской поглядывала в сторону Мавзолея, где лежало тело Ленина. Она что-то читала о нем в книжках по истории, но этот предмет в школе вела тучная старая учительница с писклявым голосом, которую девочке не особо хотелось слушать.
— Иван, ты теперь так много знаешь, молодец.
— Я всегда удивлялся, как ты запоминаешь всех рыб, наживки и повадки косяка, вот что невероятно!
— Ничего особенного. Ты, наверное, хорошо ориентируешься в метро Москвы…
— Ну да, неплохо, — признал мальчик. — Я уверен, что ты справляешься ничуть не хуже. Просто нужно время, чтобы привыкнуть и запомнить станции, которые пресекаются с ветками, на которых ты чаще всего бываешь.
— Это так сложно! Я еле-еле запомнила названия главных станций. Я даже дом свой путала пару недель. Приходила к подъезду, только потом понимала, что ошиблась. Пару раз приходилось звонить маме, чтобы она за мной спустилась.
Иван понимающе улыбнулся подруге и закрыл определитель грибов, отодвинув его в сторону.
— Как тебе город в общем? Мне Москва всегда казалась враждебной и слишком шумной. Я не мог понять, почему мы живем в квартире, где все ломается, куда даже не хочется возвращаться, потому что вокруг соседи, которые пьют и шумят по ночам. Во дворе мне тоже не нравилось, меня все обижали и говорили, что моя мама странная.
— Мне жаль, что ты такое пережил, но я совсем этого не вижу. У меня хорошие соседи, они даже угостили нас блинчиками, когда мы только заехали.
— Повезло… Рита ненавидела наших соседей, впрочем, они тоже не имели к ней теплых чувств.
— Я часто думаю о тебе, Иван, когда мы так далеко друг от друга. У меня много новых друзей, но они все совсем не такие, как ты. Я скучаю…
— Я тоже сильно скучаю, Уля. Я каждый день вспоминаю о тебе, когда прохожу мимо озера, где мы ловили рыбу. Я ни разу не брал в руки удочку с того дня, потому что знаю, что ты лучше всех в этом деле, а одному сидеть у воды одиноко.
— О, Иван… Хочешь, я подарю тебе что-нибудь, что всегда напоминало бы обо мне?
— Хочу! Я тоже найду что-нибудь стоящее. Договорились?
— Конечно!
Улита убежала к родителям, чтобы порыться в вещах, а Иван оценивающе посмотрел на лачужку. Его взгляд не мог зацепиться за что-то конкретное, что его очень тревожило. Мальчик хотел найти важную вещь, которая ассоциировалась бы с ним наилучшим образом. Простые камни из огорода или конвертик с тайным посланием казались бесхребетными и глупыми идеями.
Девочка тоже была озадачена. Она искала среди своих старых сокровищ нечто уникальное, но все, что попадалось ей под руку, оказывалось мусором. Улита перебрала старые фотографии и рыболовные снасти, часть из которых была уже совсем непригодна для использования. В ее хламе нашлось даже чучело трофейной рыбы, которую она сохранила в память о местном конкурсе.
Через некоторое время ребята встретились во дворе лачужки и обменялись подарками. Рита принесла старинный медальон с красивым лунным камнем в середине. Она перевесила его на цепочку от собственного крестика, сорвав ее с шеи, пока ее родители занимались документацией. Девочка бережно повесила вещицу на шею другу и чмокнула его в щеку. Иван раскраснелся, как помидор, но с благодарностью принял подарок и даже обнял подругу. Он повертел камень в руках, ловя на нем солнечные блики, а затем протянул Улите свой памятный подарок. Это была маленькая перьевая ручка и чернила, совсем новые. Улита сначала не совсем поняла, зачем ей такой странный подарок, повертела его в руке и присмотрелась поближе. Она не решалась спросить, почему мальчик выбрал именно его, поэтому решила отшутиться.
— Теперь буду писать тебе письма и отсылать их голубиной почтой.
— Я бы очень обрадовался, если бы ты и правда отправляла мне что-нибудь рукописное. Я подумал, что так ты будешь чаще вспоминать обо мне, а я увижу твой почерк.
— Но ты же знаешь, как тут обстоят дела с почтой.
— Ничего, я подожду.
Ребята еще раз крепко обнялись.
Ночь. Иван и Улита пришли на озеро. У детей в руках были маленькие камушки и пара монет. Они сидели на старой пристани и смотрели на темную тихую гладь воды, в которой отражались звезды. Они бросали камушки и считали, сколько «блинчиков» проскачет по воде. У Улиты получалось до неприличия хорошо. Камушки Ивана обычно сразу тонули и пропадали из виду, но иногда получалось получить пару приличных «блинчиков», которым он безмерно радовался. В кустах трещали стрекозы, стрекотали кузнечики и квакали лягушки. Полная луна отражалась в зеркальном озере, становясь похожей на огромное белое блюдце.
Иван бросил последний камень, проскакавший целых пять раз по намеченному маршруту, прежде чем плюхнуться в
