я о тебе ничего не знаю?
— Знаешь, еще как знаешь, — усмехнулась Адрия. — Я была подругой твоего деда. Правда, под другим именем. Да ты и сама должна меня помнить. Наверное. — Сказала она и продемонстрировала всем мнемо-голограмму с малышкой Аллариссой, дедом и ее скромной персоной, стоящей чуть в стороне.
— Не может быть! — Ахнула древняя и’ри’тори.
— Вспомнила?
— Да! Да! Вспомнила! Дед тебя боготворил! Помню, он сильно сокрушался, что ты больше не приходишь. Он знал, кто ты?
— Нет. Я боялась об этом говорить. Тогда.
— А что потом? Почему ты отвернулась от нас во время войны?
— Потому что ваши архонты посчитали меня сумасшедшей, когда я им предложила завязать с кхетами долгую войну на истощение. Ведь корабли рай’ду’аров вновь стали слишком часто появляться на наших просторах. Они меня не послушали. И… я была вынуждена вмешаться, чтобы выжил хоть кто-то. И’ри’тори, видимо, получили по наследству все старые болезни ор’те’рай. Они стали такие же гордые и заносчивые, считая себя всесильным центром мироздания….
— Неужели нельзя было их никак убедить?
— Увы. Когда я попыталась — меня подняли на смех и запретили больше находиться в их владениях. Даже твой дядя, — кивнула она Аллариссе, — хотя до того пытался за мной ухаживать. Он, кстати, кричал громче всех, считая себя обманутым. Это… это было похоже на какое-то сумасшествие. Поэтому я была вынуждена обратиться к Императору кхетов и передать в его руки сведения, открывающие перед кхетами реальные шансы на победу. Очень кровавую победу, которая не только уничтожала цивилизацию и’ри’тори, но и так подрывала положение кхетов, что они на долгие тысячелетия замедлялись в развитии.
— А история с арахнидами? Почему ты их не применила против и’ри’тори?
— Потому что еще не создала. Какое-то время после разгрома и’ри’тори я старалась поддерживать в Империи кхетов склоки и противоречия, но потом, поняв, что все бесполезно, решила зайти с другой стороны……
— Грустная и очень кровавая история, — констатировал Виктор. — Но почему мы должны тебе верить? Может быть, ты нас обманываешь с целью манипуляции.
— Так будет легче верить? — Усмехнулась Адрия, открывая перед Виктором свои ментальные блоки. — После того, как один буйный малолетка сломал мне все планы, я больше ничего не хочу. Все. Перегорела. Хочешь — перережь мне горло ножом — даже сопротивляться не попытаюсь. — Сказала она дрожащим голосом, а по лицу потекли слезы. — Я уже давно должна была сдохнуть. Но все бегала, пытаясь обмануть смерть и судьбу. Чего-то хотела. К чему-то стремилась, тысячелетиями работая над глобальными вещами. А потом пришел один малолетний наглец и все испортил. Я…. Я больше не могу и не хочу ничего….
— Это правда? — Повел бровью представитель с Цереры-10.
— Да, — выдохнул ошарашенно Виктор. Она действительно открылась перед ним и… такая боль, такая пустота и обреченность. Перед глазами новоявленного вал’ситх’ара вставали жутковатые сценки гибели ее родичей. Такие далекие, и такие реалистичные, словно только что все произошло. Запахи. Крики. Ощущения….
Несколько секунд помедлив, он встал. Решительно подошел к совершенно потерянной Адрии. Взял ее на руки и ушел вглубь помещений. Их расположение он теперь прекрасно знал, ведь дама не спешила закрывать ментальные блоки разума. Ей было не до чего. Она не сопротивлялась. Вообще никак не реагировала. Ну, разве что, оказавшись на ручках, охотно прижалась к нему и закрыла глаза, не прекращая, впрочем, обильно выделять слезы.
— Куда это он? — Удивился представитель Цереры-10.
— Приводить Адрию в порядок, — покачав головой, ответил Михаил. — В таком убитом виде она нам не помощник. А эта старая ведьма очень бы пригодилась.
— Ой, старая, — фыркнула Мирра. — На себя посмотри. Юноша.
— А что с ней случилось? — Вновь поинтересовался представитель Цереры-10.
— Такое иногда бывает у тех, кто очень долго живет. Не будем им мешать. Уверен, что он справится и без нашего участия. — Произнес он, хитро глянув на Алларису, которая демонстративно покривилась от этого, слишком «толстого» намека. — Предлагаю обсудить — что мы можем предпринять по поднятому вопросу. Скажу так. Если Адрия не врет, то нас всех ждет глобальный пушной зверек. Не знаю, кто такие эти рай’ду’ары, но ничего хорошего они нам не принесут.
— А если она врет?
— Она открыла свой разум Виктору. Если он пошел ее успокаивать, а не прописал в ухо, то, скорее всего, не врет. По крайней мере, в главном.
Часть 4
Глава 7
Утащив Адрию в уголок, Виктор не стал терять время зря. Секс? Нет. Отнюдь. Он, как редкостная скотина решил воспользоваться положением и покопаться в черепно-мозговых реликтовых тараканах этой «свидетельницы динозавров». Нет, конечно, с ее внешностью все было хорошо. Но вломиться ей в мозг и оценить степень ожидаемых проблем вряд ли потом получится. Вот он и пользовался, спешно выкачивая самые интересные моменты. Потом пересмотрит и разберется, тем более что Адрия совершенно не сопротивлялась, находясь в полубессознательном и крайне подавленном состоянии.
Но вот — час пролетел, словно его и не было. Наш бессовестный наглец вытащил из ее памяти всю необходимую информацию по вторжению рай’ду’ар, падению и’ри’тори и борьбе между кхетами и арахнидами. Все. Дальше можно было ее не потрошить. Но, сам того не желая он скользнул в любимую тему — интим. Ну… не смог с собой совладать.
Глянул и ахнул.
Адрия не только была совершенно асексуальна, но и девственна. За всю свою безумно долгую жизнь она даже ни разу не целовалась. Конечно, будь по-другому, за столько тысячелетий вынужденной изоляции и одиночества, ее бы крыша гарантированно утекла. Но все равно — Виктору стало ее безумно жалко. Так что, не долго думая, он не придумал ничего лучше, чем поправить нужные участки энергетической структуры Адрии по образу и подобию Аллариссы. На выпуклый глаз, разумеется. Ну а что? Маг жизни он довольно сильный — вот и попрактикуется.
Внес изменения и вырубился, крайне уставший. Работа тонкая. Сложная. Непривычная. Его мозг просто гудел от перенапряжения. Правку энергетических структур нельзя было бросить на полпути — с такими вещами не шутят….
Адрия очнулась часов через восемь, обнаружив себя прижавшейся к Виктору. Самочувствие было крайне поганое. Удивившись этому и занявшись самодиагностикой, она пришла в бешенство! По всему ее сознанию словно неумелый слон джигу-дрыгу танцевал. Грубые и неумелые следы сканирования глубинных
