Читаем без скачивания От магов древности до иллюзионистов наших дней - Александр Вадимов

Павел Арсеньевич Назаров (род. 1918) исполняет манипуляционный номер, в свое время принесший мировую известность Кефало, — «игру с кольцами».

Но Кефало работал с двенадцатью кольцами, а Назаров манипулирует двадцатью двумя. У него свои новые приемы исполнения этого номера. Он показывает его непосредственно в зале. Раздает зрителям для осмотра все кольца, а затем соединяет и разъединяет их на глазах у публики. В другом его номере монета быстро «бегает» между пальцами. Он превращает покрывало в вазу с цветами, а эту вазу — в живого голубя, который улетает за кулисы.

Необычна творческая судьба Аллы Зотовой. Окончив цирковое училище акробаткой, она стала работать на манеже в конном номере. А. Зотова исполняла роль Заремы в пантомиме «Бахчисарайская легенда», проявив дарование драматической актрисы. За этим последовал сольный конный номер «Буденовка», воскресивший страницу героической истории нашей страны. Теперь А. Зотова взяла на себя руководство иллюзионным аттракционом, с которым прежде выступала заслуженная артистка РСФСР Зинаида Александровна Тарасова. Обладая яркой актерской выразительностью, А. Зотова создала оригинальный иллюзионный аттракцион, в котором сочетаются иллюзии с крупным реквизитом и элементы конно-акробатического жанра.

Заметный вклад в иллюзионный жанр советского цирка внесла семья артистов Рубановых. Семен Борисович Рубанов (род. 1908), заслуженный артист РСФСР, выступал с сатирическими иллюзионными миниатюрами: бюрократ от забот терял голову, но ее отсутствие не мешало отдавать распоряжения и подписывать бумаги.

С. Б. Рубанова сменили на манеже дочь и сын. Дочь, Наталья Семеновна (род. 1947), создала своеобразный номер под названием «Иллюзионный калейдоскоп». Со свойственным ей артистическим обаянием Н. Рубанова исполняет «Космическую невесомость». Клоун повисает в воздухе на фоне звездного ночного неба. Легкими движениями и, словно повинуясь иллюзионистке, клоун меняет положение своего тела. Вспыхивает полный свет — клоун по-прежнему парит в воздухе над центром манежа.

Сын С. Б. Рубанова, Юрий Семенович (род. 1931), выступает с «самоиграющей» патефонной пластинкой. Вертясь у него на пальце, пластинка воспроизводит мелодии по заказу зрителей. Одаренный разносторонний артист, Ю. Рубанов в случае необходимости заменяет и свою сестру в ее аттракционе. Он гастролировал в восемнадцати странах, вел программу на различных языках.

Юный Яков Витебский — выпускник Киевского эстрадно-циркового училища, ученик Эмиля Кио, — тоже представитель третьего поколения советских иллюзионистов. На VIII Карлововарском международном фестивале иллюзионистов он получил приз за мастерскую демонстрацию «шара Окито».

Традицию сюжетных иллюзионных номеров успешно развивает эстрадный эксцентрик Владимир Александрович Могилевский. Он выступает в образе Швейка. Получив увольнительную, Швейк отправился на охоту с двустволкой и будильником, чтобы не опоздать в казарму. Конечно, эстрадные приключения бравого солдата не в точности соответствуют эпизодам романа Гашека, но образ его героя артист передает верно и убедительно, хотя и не пользуется словом — в его распоряжении только пантомима, жонглирование и иллюзионные трюки. Предметы, с которыми имеет дело Швейк, отказываются подчиняться ему. Он подкачивает спустившуюся шину велосипеда — происходит взрыв. Фуражка не держится на сучке, носовой платок и расческа выскакивают из рук. Комичен и поединок Швейка с пчелой, не дающей ему покоя. Во время охоты стволы ружья расходятся в стороны, но когда рассеивается дым, у Швейка на груди оказывается не только убитая, но и ощипанная утка, а на спине — такая же курица.

Особое место среди советских иллюзионных программ занимает представление «Чудеса без чудес» Олега Анатольевича Сокола. Как былые «экспериментаторы натуральной магии», он не показывает фокусов, а демонстрирует достижения науки и техники.

И в самом деле, современная физика, радиотехника и электроника позволяют показывать удивительные вещи. Таким образом, О. Сокол, воскрешая полузабытый жанр иллюзионного искусства, открыл перед ним действительно-новые возможности.

Принципиальное значение этого начинания не умаляется от того, что в первых опытах не удалось достигнуть эффектов, соразмерных могучим техническим средствам, применяемым артистом.

Пальто, шляпа и трость, повешенные на вешалку, поднимаются вверх и остаются висеть в воздухе. Лежащие на столе фрукты подпрыгивают и взлетают, вилки и ножи становятся вертикально, бутылки передвигаются по столу во всех направлениях. Яичница поджаривается на сковородке без огня, над холодильником. Лампочки без патронов и без проводов зажигаются в руках у исполнителя. Человек-робот на расстоянии исполняет его приказы. Оживление в публике вызывает предоставление зрителям возможности, не сходя с места, соединиться с любым телефоном в городе при помощи даже не телефонного аппарата, а обыкновенной бутылки. Аналогичные трюки издавна исполнялись без применения современной техники: предметы «самостоятельно» передвигались, лампочки зажигались без проводов, яичница поджаривалась в шляпе…

Художественная фантазия артиста-изобретателя оказалась в плену тех самых традиций, от которых он старался отмежеваться.

Современная техника входит в наш быт невиданными прежде темпами и вот-вот обгонит «Чудеса без чудес». Так, уже началось массовое производство аппаратов для двусторонней радиосвязи с любым телефоном в радиусе нескольких километров без помощи бутылки…

То, что иллюзионисты переходят от своих кустарных приспособлений к использованию современной техники, — явление прогрессивное. Новая техника может создавать иллюзионные аффекты такого масштаба, который даже на видавшего виды современного зрителя произведет незабываемое впечатление.

Развивается не только техника, но и художественная сторона иллюзионных номеров. Совершенно новый характер носит созданный в Ярославском цирке аттракцион заслуженного артиста Азербайджанской ССР X. Абдуллаева и Л. Ионовой. Этот иллюзионный мюзикл (сценарий Л. Куксо, трюковая разработка X. Абдуллаева) идет как целостная музыкально-хореографическая сюита. Артисты совершают все трюки в танце, выражая главную мысль представления: самый мудрый волшебник — наш советский человек.

Из старинного граммофона выходят современные «маги». Ассистентки держат канделябры с горящими свечами. Л. Ионова в танце «снимает» со свечей огоньки и возвращает свечи ассистенткам. Но канделябры исчезли — у девушек в руках ничего нет. «Золотая рыбка», подобная русалке, попалась на удочку клоуну. Ее помещают в большой стеклянный аквариум, и она после пластичных движений под музыку проходит сквозь стекло.

Современная тема отражена появлением космонавтки. Ее закладывают в ракету и запускают в «космос» — под купол цирка. Космонавтка то появляется в ракете, то исчезает. На прощание зрители получают сувенир — пластинку с записью песни, исполняемой по ходу аттракциона.

Уникальный иллюзионный аттракцион на арене советского цирка — «Медвежьи забавы» Г. А. Минасова. В нем наряду с акробатикой медведи исполняют иллюзионные трюки. Этот аттракцион поставлен И. А. Брюхановым, Г. А. Минасовым и заслуженным деятелем искусств Татарской АССР Б. М. Гизатуллиным.

Группа из четырнадцати медведей с большим увлечением демонстрирует такой «классический» трюк, как «Сон в воздухе». Один медведь лежит в гамаке, другой качает его. Затем гамак убирают, а медведь продолжает лежать «в воздухе».

Бурый Мишка выкатывает на манеж бочку. Из нее выпрыгивает собака, лает — и Мишка, отлично разыгрывая испуг, прячется в стоящий на манеже пень. Собака убегает, и из пня выходит совсем не тот медведь, который в нем спрятался, а другой, гималайский.

Два медведя делают сальто-мортале через палку, которую держит дрессировщик. Палка разламывается, и у обоих медведей оказывается по букету цветов.

Выносят бревно. Проделав на нем различные акробатические трюки, медведи укладывают бревно в ящик и распиливают его пополам. И хотя они половину бревна в ящике уносят с манежа, оно в конце концов оказывается целым (это «классический» трюк «распиливание женщины», только женщина заменена бревном).

Эти акробатические и иллюзионные трюки связаны незамысловатым сюжетом — медведи развлекаются на лесной поляне, — который придает аттракциону композиционное единство, создает общую пародийную тональность.

Говоря о современном советском иллюзионном искусстве, нельзя не назвать еще нескольких артистов. Т. Леман и Г. Русанов разыгрывают иллюзионную сценку: Русанов с помощью различных трюков пытается привлечь внимание своей партнерши, за которой он ухаживает. В заключение целой серии трюков с букетами цветов (артист заставляет их появляться в самых неожиданных местах) раскрывается рояль и из него «льется» водопад цветов.