ребята, успокойся. Скоро вернусь. Хотя лучше попрошу ребят перенести тебя в наш лагерь. Зачем оставлять тебя тут одну?
Когда гномиха ушла, Инстра попыталась сесть поудобнее, скрестив ноги. Хотелось бы вытянуть их перед собой, но было негде.
Итак, эти бандиты собираются найти Зеерита. Но к нему ей сейчас нельзя. Уж точно не в таком виде и не в таком статусе. Даже если удастся снять ошейник, даже если удастся восстановить до этой встречи силы и заклинания… если она не сможет убить его, ей к нему нельзя, насколько бы привлекательной на первый взгляд ни казалась идея встретиться с ним лицом к лицу.
Нужно бежать…
Похоже, гномиха ей поверила. Инстра даже немного удивилась: сама не ожидала, что может притвориться кем-то другим, тем более, рабыней — и ей поверят. Как же теперь это использовать в свою пользу? Как добиться того, чтобы ее выпустили и сняли этот дурацкий ошейник?..
— Вон ту клетку, ребята, — до боли знакомый голос заставил Инстру вздрогнуть. — Несите в лагерь!
И она пришла в ужас, когда поняла, кому этот голос принадлежал.
Двое коренастых дворфов подошли и подхватили ее клетку с обеих сторон, а Инстра, скрючившись и обхватив коленки руками, попыталась спрятать лицо.
Только бы не узнал, только бы не узнал…
Осторожно приподняв голову, посмотрела на дроу, идущего впереди. Стройный, невысокий, с тонкой сероватой косой. Эту походку она помнила. Еще помнила небольшой шрам на его щеке. И голос. Тогда он, правда, был тихим, неуверенным в себе. Теперь звучал совсем иначе. Но это точно был он.
Когда мужчина наполовину обернулся, чтобы убедиться, что дворфы следуют за ним, Инстра быстро спрятала лицо.
— Туда поставьте. Ага. Молодцы!
Клетку поставили возле десятка таких же. А мужчина, даже не посмотрев в ее сторону, повернулся и ушел.
Инстра вздохнула с облегчением, глядя ему вслед. Кажется, не увидел, не узнал. Без сомнения, это был он. Юнец по имени Тардаэр. Наверняка ненавидящий ее больше всех на свете. Но что он здесь делал? Как он мог здесь оказаться?
***
Какую цену придется заплатить за эту силу? Если когда-то этот вопрос и волновал Сорнтрана, то теперь он вдруг понял, что это совершенно не важно. Любая цена — если это не его жизнь и свобода — ему подходит. Любая цена оправдана.
Посидев несколько минут у алтаря, Сорнтран осмотрел свои доспехи, убедился, что они не слишком пострадали в бою с глазастым. Все его раны после разговора с невидимым покровителем исцелились, и теперь он чувствовал себя отдохнувшим, бодрым. Выпил немного воды из фляги, распустил и заново заплел косу, так как многие пряди выбились и наверняка мешали бы в пути.
Но подниматься и продолжать путь не спешил. Задумался.
Несмотря на очевидные риски, решение отбиться от группы и отправиться на поиски матроны пока что казалось правильным. И не только потому, что ему довелось вновь пообщаться с невидимым покровителем и получить от него новые силы. Если матрона жива и ему удастся найти ее, наверняка это положительно отразится на его положении и статусе. Если же она мертва, не стоит ему возвращаться в этот Дом — он это прекрасно понимал. Совершеннолетних дочерей и младших сестер у нее нет, так что власть, скорее всего, перейдет к самой старшей по званию жрице. Лледрит. С учетом ее отношения к нему и рассказов о ней, услышанных от других воинов, нетрудно себе представить, что жизнь при такой матроне, скорее всего, будет даже хуже, чем в Пятом Доме. Сорнтран поймал себя на мысли, что в последние недели ему было спокойнее и комфортнее, чем когда-либо, а потому возвращаться к жизни, полной тревоги, страха и боли, ему не хотелось.
А что, в таком случае, делать, если найти матрону и правда не удастся или если он найдет лишь тело? Или если окажется, что бойцы Зеерита схватили ее и увели в Саарт? Последнее, впрочем, равно её смерти. И что он тогда будет делать? Какие у него варианты? Податься в один из “вольных” городов? Стать наемником? Опять-таки кровью зарабатывать себе на пропитание и обмундирование, не имея за спиной Дома и хоть какой-то защиты? Такая перспектива его не особо радовала. Но, наверное, она все же предпочтительнее, чем вернуться в В’Аргешшар, где он будет в немилости владычиц уже двух Домов.
Размышляя об этом, он рассеянно смотрел на паука, стоящего в нескольких шагах от него. Было бы здорово, если бы он мог что-нибудь дельное посоветовать. Но Сорнтран будто интуитивно знал, на что Ксалант способен, а на что — нет.
Что же… Если госпожа и правда мертва, ему и правда придется попытать счастье в каком-нибудь из “вольных” городов вроде Лирсика. Пока же он доберется до нужной пещеры: вдруг она все же жива?
Натянув на голову капюшон, Сорнтран поднялся. На всякий случай, обыскал тело неудачливого мага, но ничего, заслуживающего внимания, при нем не нашел: похоже, книжка с заклинаниями была единственным ценным предметом. Ножик же ни на что не годился.
Убедившись, что в этих руинах делать больше нечего, Сорнтран отправился в путь.
И довольно быстро понял, что паук был полезнее, чем он мог себе изначально представить. Отправившись вперед, на разведку, паук передавал ему информацию об окружающей обстановке, позволяя ему заранее принять решение о том, стоит ли идти этим путем. Пауку даже не надо было возвращаться к нему, чтобы рассказать об увиденном, — его голос Сорнтран мог слышать в своей голове даже на довольно большом расстоянии.
Спустя несколько часов, пройдя мимо целого ряда тупиковых пещер и успешно избежав встреч с группами гоблинов и парой троллей, Сорнтран пришел в просторную, неплохо освещенную пещеру: люминесцентные мха и грибы испускали тусклый свет, а сталагмиты, которых здесь было гораздо больше, чем в пещерах и проходах по пути, блестели и отражали этот свет.
Возле большого камня в центре пещеры Сорнтран увидел четко различимые на сырой земле следы сапог, довольно свежие. Присел на корточки, посмотрел внимательнее. Следы вполне могли принадлежать женщине среднего роста. Она явно сидела тут,
