Кто обращается с негодяем ласково — остается в убытке, кто поступает с ним грубо — в барыше.
Но в данном случае не менее уместна мораль, содержащаяся в старой русской пословице: «На Бога надейся, да сам не плошай».
ЭСХИЛ
(525–456 до н. э.)
Старейший греческий драматург, которого называют «отцом трагедии», родился в городе Элевсине в семье знатного крупного землевладельца. Участвовал как тяжеловооруженный воин в сражениях с персами при Марафоне и Саламине. В 500 году до н. э. впервые поставил свою пьесу и с тех пор 13 раз побеждал в соревнованиях драматургов. Дважды он по каким-то невыясненным причинам уезжал из Афин, к тирану Гиерону в Сицилию, где и умер.
Около 90 пьес написал Эсхил — хотя из них дошло до нас только 7. В некоторых сочинениях он повествует о реальных событиях и персонажах («Персы»), но чаще в них действуют мифические герои, что вовсе не означает, будто они далеки от реальности. Напротив, появляется возможность вести речь о вечном, о высших проявлениях человеческих чувств и мыслей.
Силе рока, судьбы, воле богов противостоит свободный человек, не теряющий собственного достоинства даже при смертельной опасности. Эсхил видел унижение и посрамление человека в том, что устанавливается власть ростовщичества, денег. Он прославлял упорство людей, сражающихся за справедливость, за свободу, за родину. В трагедии «Персы» звучит призыв:
Вперед, сыны Эллады, устремитесь в бой!Освободите алтари родных богов,Детей и жен своих.Ведь бой идет за все!
Подлинный гимн величию творческой личности, готовой идти на муки ради блага людей, — трагедия Эсхила «Прометей прикованный». Главный герой совершает подвиг, зная, что ждут его не почести, а беды:
…Ведь раньше я и самПредвидел все грядущее, и нетНежданных бедствий для меня. Я долженСвою судьбу переносить легко:Нельзя преодолеть Необходимость.Но тяжко и молчать и говоритьОб участи моей. Ведь я, злосчастный,Страдаю за благодеянья смертным.Божественное пламя я похитил…
Не только природный огонь принес людям Прометей, но и свет знаний, потому что —
Раньше людиСмотрели и не видели и, слыша,Не слышали, в каких-то грезах сонныхВлачили жизнь…
Прометей научил людей искусствам и ремеслам, науке чисел и грамоте, изобрел корабли, а за все это был жестоко наказан Зевсом. Царь богов представлен Эсхилом как деспот, чуждый сочувствия и справедливости. Смело обличает его Прометей:
Как только он воссел на отчий трон,Сейчас же начал и почет и властьРаспределять меж новыми богами,А о несчастных смертных позабыл.И даже больше: уничтожить вздумалВесь род людской и новый насадить.И не восстал никто за бедных смертных,А я дерзнул…
В ответ на предложение-приказ Гермеса сообщить Зевсу о том, кто его свергнет, обладающий даром пророчества Прометей отвечает гордо:
О, как звучит напыщенно и гордоВся эта речь прислужника богов.Вы думаете, новые цари,Что вечно вам блаженствовать в твердынях?Но разве я не видел, как с ОлимпаУпали два тирана? И увижу,Как третий, ныне правящий, падет —Падением позорнейшим и скорым.
Действительно, боги — не воины, и с упадком Греции Зевс уступил свое место Юпитеру, да еще позже и все античные божества были «свергнуты» христианством. Какими бы ни представляли себе люди неведомых небесных и земных владык, главное, что оправдывает их существование — чувство собственного достоинства, духовная свобода и творческие дерзания. Одним из первых, кто заявил об этом, был Эсхил.
СОФОКЛ
(496–406 до н. э.)
Афинский драматург-трагик и государственный деятель родился в городе Колоне близ Афин в знатной семье и получил хорошее образование. Был хранителем казны Афинского морского союза, в 441-м — стратегом (главнокомандующим) вместе с Периклом. Был признан как драматург в 468 году до н. э., одержав победу над Эсхилом в театральном состязании. Из 123 его пьес до нас дошло лишь 7: «Эдип-царь», «Антигона», «Электра», «Филоктет»… До преклонных лет Софокл не терял политической активности, находился в оппозиции к установившейся в Афинах демократии, принимал участие в перевороте 411 года до н. э. и умер спустя 5 лет.
В его творениях обычны мифологические сюжеты, раскрывающие темные глубины и светлые высоты человеческой души. Например, Антигона поступает вопреки царскому запрету по велению нравственного долга, сердца, совести, несмотря на смертельную опасность:
КРЕОНТ. Вовек не станет другом и умерший враг.АНТИГОНА. Не ненавидеть, но любить родилась я.
Вот что произносит хор из той же трагедии:
В мире много сил великих,Но сильнее человекаНет в природе ничего.Мчится он, непобедимый,По волнам седого моря,Сквозь ревущий ураган…Создал речь и вольной мысльюОвладел, подобной ветру, —И законы начертал,И нашел приют под кровлейОт губительных морозов,Бурь осенних и дождей.Злой недуг он побеждает,И грядущее предвидитМногоумный человек.Только не спасется,Только не избегнетСмерти никогда.И гордясь умом и знаньем,Не умеет он пороюОтличить добро от зла.Человеческую правдуИ небесные законыНиспровергнуть он готов.
Трудно сказать, насколько внимательно читал австрийский психиатр Зигмунд Фрейд миф об Эдипе и одноименную трагедию Софокла, но пресловутый «эдипов комплекс» (бессознательное половое влечение к матери у сына и ненависть к отцу; у женщин «комплекс Электры») фрейдовского психоанализа не имеет общего с этой легендой древних греков. Ведь в ней не идет речь о любовной страсти сына к матери, из-за которой он совершил отцеубийство. В том-то и дело, когда услышал от Дельфийского оракула, что ему суждено убить отца и совершить инцест, он уходит от вскормившей его семьи, не догадываясь, что был усыновлен, и уже в своих странствиях по воле рока встречается, того не подозревая, с родным отцом и матерью. Никакого «эдипова комплекса» тут нет. Мудрые греки подчеркивали силу судьбы, от которой, как говорится, не уйдешь. Эдип восклицает: «О смерть! Ужель я, сам не сознавая, Себя проклятью страшному обрек?»
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
