— Смотрите! — дернулась в телеге Алуэтта. — Видите, ветки качнулись.
— Да, и, видимо, не ветер тому причиной, — Ртуть достала меч. — Враг хочет сделать нам сюрприз, но еще не знает, какой сюрприз поджидает его!
Корделия широко открытыми глазами уставилась в пространство, телепатически сканируя местность.
— Нет, воин, — предупредила она! — Это…
Однако было уже поздно. С диким воплем, на который способно только привидение. Ртуть атаковала кустарник.
Ее победный клич разнесся над лесом и отразился от неба:
— Кто против меня, тот враг самому себе! Идущий на меня от меча и погибнет!
ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ
Из-за деревьев, парируя ее удар, взметнулся другой клинок, и раздался крик:
— Увы, леди, в таком случае я не смогу вас обнять!
Ртуть так и застыла с поднятым мечом, увидев перед собой нагло ухмыляющееся лицо жениха. Но усмешку быстро сменила удивленная улыбка, когда Джеффри повел своего коня ближе, как будто в намерении фехтовать на мечах, отставив клинок в сторону и протягивая губы.
Корделия в удивлении замерла, затем огорченно надулась:
— Везет же некоторым!
— И мне! — раздался знакомый голос.
Тут же перед ней возник Ален. Он выбежал из рощи и заключил ее в объятия.
Грегори, однако, оказался более осмотрителен. Он выехал прямиком к повозке, в которой откинулась Алуэтта, и обратился к ней с вопросом:
— Далеко ли путь держите?
— Умираем от голода, — ответила Алуэтта неожиданно томным и грудным голосом, — так соскучилась по твоим рукам!
— И я чуть было не умер от жажды, утолить которую могут лишь твои губы, — прошептал Грегори и наклонился, чтобы сделать изрядный глоток.
Наконец, тайный разговор между парами перешел в открытый, все разошлись и уединились, обмениваясь жадными взглядами, не обращая внимания на остальных.
— Дорогая, радость встречи с тобой, — ворковал Джеффри, — искупила все мои страдания, заключавшиеся в желании скорого свидания.
— Если бы не эта разлука, — отвечала Ртуть, нежно теребя его ладонь, — то никогда бы я не узнала, как сладки твои прикосновения и поцелуи.
— Ты в порядке, мой цветочек, несмотря на все злоключения пути?
Ртуть смущенно улыбнулась:
— Нет трудности, с которой мы не могли бы справиться втроем с моими верными подругами. Мы с Корделией были несколько удивлены, правда, что вы пустились в дорогу без нас, и поэтому поспешили исправить вашу ошибку. Мы взяли лошадей и отправились блуждать по вашим следам.
— И дальше? — с волнением спросил Джеффри.
— Дальше мы встретили Алуэтту, которая даже не помнила кто она и где находится. Как только память к ней вернулась, и мы узнали, что ее похитили, то пустились за вами, и вскоре напали на след горцев.
— Мои глубочайшие благодарности, сестра и воин, — жарко откликнулся Грегори, заслышав эти слова.
Алуэтта пожала его руку, сказав:
— Они вырвались из лесу точно разгневанные Фурии и вырвали меня у похитителей в считанные минуты. И мы тенью по пятам пустились за вами…
— Тенью по пятам! — прошептал Ален почти благоговейно.
— Тени тоже умеют предсказывать, — с лукавой улыбкой заметила ему Корделия.
Затем началось обсуждение мелких деталей. Еще битых полчаса они по очереди рассказывали друг другу о монстрах, которые встретились им на пути. Мужчин больше всего потряс рассказ про ганконера, который имитировал их поочередно, а Грегори смолчал, слушая про тюленя-соблазнителя, но заметно побагровел, играя желваками и напрягая кулаки. Заметив это, Алуэтта лишь прикоснулась к его руке, но этого движения оказалось достаточно, чтобы вернуть на лицо Грегори улыбку, и хмурые тучи над его челом мгновенно развеялись.
Женщин, в свою очередь, впечатлил рассказ о мужских приключениях; Ртуть так и вцепилась в руку Джеффри, словно желая удостовериться, что любимый рядом, жив и здоров, в то время как неугомонный рыцарь и охотник поведал историю про афанка. Когда же они довели рассказ до момента встречи, то уставились друг на друга. За это время все уже спешились и встали кругом.
Наконец, с глубоким вздохом, Ален сказал:
— Это нашествие монстров, как полагаю, ясно всем, не ряд случайных совпадений.
— Да уж конечно! — горячо ответила Корделия. — Ведь и вам и нам приходилось слышать одно и то же имя — имя того, кто бесспорно, стоит за этим: Занплока.
— Но что такое «Занплока» и чего он добивается? — задумался Грегори. — Может, это не человек, а целый клан могущественных волшебников? Или так называется место? А, может быть, армия?
— Только не армия, — откликнулась Ртуть. — Сказано же было, что он командует армиями.
— В таком случае это человек — и Занплока — его имя, — кивнул Ален. — Но кто же эти монстры — создания Занплоки — или его добровольных помощников?
— Не имеет значения, — ответила Корделия. — Ты бы тоже мог отправить на поле боя вместо себя полководца против армии врага, и в таком случае это была бы больше его победа, чем твоя.
Ален пожал плечами:
— Надеюсь, мне никогда не придется пойти на это!
Хотя многие из моих благородных предков попадали в подобное положение, в том числе и моя мать. Хвала Небесам, у нее были такие помощники, как вы, Гэллоуглассы! Ваши славные предки.
— Теперь их тебе заменим мы, — заверил его Джеффри, — имей это в виду в своих планах.
— Благодарю вас, друзья мои, — просиял Ален, окидывая их горящим взглядом, но затем нахмурился:
— И все же, не следует ли дать приказ к выступлению армии?
— Но против кого? — пожала плечами Алуэтта. — Здесь им просто не с кем сразиться.
— Но поселяне считают, что армия завоевателей грядет — значит, она скоро выйдет из тумана воображения!
— Определенно это портал в иной мир, — озабоченно пробормотал Грегори и повернулся к Алуэтте. — Так ты говоришь, они не заявятся, пока их не призовут?
— Совершенно точно, — ответила она, — и этот пресловутый Занплока или же его приспешники насылают кошмары, от которых стынет кровь, и жуткие наваждения, встающие из ведьмина мха, пытаясь запугать народ и склонить его к бесчинным ритуалам. Эти ритуалы и есть приглашение Занплоке и его воинам посетить наш мир.
— Достаточно просто склонить людей к жестокости. Потому что жестокость для них — это такое же приглашение, — удрученно кивнул Грегори. — Ты же знаешь, что такое человеческая жестокость, атаман.
Ртуть ответила признательным полупоклоном, не совсем уверенная, был в этом упоминании ее прошлых разбойничьих заслуг комплимент или совсем наоборот.
— Как же мы сможем остановить наступление чудовищ? — спросила Корделия.
— Ответ ясен — как бы мы не хотели себе в этом признаваться, — неохотно произнесла Алуэтта. — Мы должны остановить не то, что с краю, а то, что посередине.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
