Читаем без скачивания Узкое место - Михаил Март

Главный диспетчер вышел в коридор.

— Это вы меня вызывали?

На кармане его кителя висел пластиковый пропуск с фотографией, именем, фамилией и указанием должности. Для полной биографии места не хватило.

— Это мы вас вызывали, Максим Кириллович.

Журавлев раскрыл веером три купюры по пятьсот евро каждая. Красивое и очень соблазнительное зрелище.

— Бортовой номер грузоперевозчика 3516 авиакомпании «Сибирь». Готовится к отправке. Нужны подробности и детали.

— И что только они везут? Слишком много суеты вокруг этого рейса. — Диспетчер махнул рукой. — Самолет вылетает через час двадцать. Рейс на Марсель через Москву. Чартер зафрахтован французской строительной компанией, но все оплачено Министерством культуры Российской Федерации. Перевозят сибирский кедр для строительства православного храма. Попутный груз — двенадцать контейнеров с театральными декорациями. Все согласованно и оформлено. Сопроводительные документы у представителей французской фирмы и представителя Минкультуры.

— Сопровождающие полетят в «грузовике»?

— Имеют право. Но это их личное дело. Во всяком случае, французы не контролировали погрузку, а представитель министерства был здесь. Ваше любопытство удовлетворено?

— Конечно. Осталась лишь одна мелочь. Мы должны лететь этим рейсом.

Диспетчер помялся, потом сказал:

— Еще одна бумажка такого же достоинства найдется?

— Если хорошо поискать.

— Отдадите пилотам. Спускайтесь на этаж ниже. Комната двести девять. Там отдыхает отряд этого рейса. Я им позвоню.

— Лучше сопроводите лично. Минутное дело за двухнедельный отдых на море в Испании. Здесь денег хватит на две путевки.

— Хорошо.

Журавлев передал диспетчеру гонорар.

Они спустились вниз и прошли в двести девятую комнату, где, попивая кофе, расслаблялись четверо мужчин в летной форме.

— Возьмете двух попутчиков до Москвы. Захотят лететь дальше, пусть договариваются с таможней, — сказал диспетчер и сразу же вышел, закрыв за собой дверь.

Журавлев положил на стол купюру в пятьсот евро.

— Можно и нам кофе?

— Конечно, — улыбнулся командир отряда.

— Тогда давайте знакомиться.

Спрятавшись за контейнерами, Метелкин и Сухинин наблюдали, как четверо крепких парней заносят на борт самолета ящик.

— Кажется, мы влипли, Женечка.

— Это почему же?

— Присмотрись к тем двум типам, идущим впереди. Не узнаешь? Я их рожи запомнил на всю жизнь. Менты, которые пытались меня арестовать после аукциона. У меня тогда еще мелькнуло в голове: волосы длинноваты для ментов, патлы из-под фуражек висят. И шмон в отеле устроили они же, когда мы с тобой в номере «занимались любовью».

— Точно, они.

— Смотри. У них рюкзаки за плечами.

— Значит, не только у нас имеются инструменты.

— Почему инструменты? — удивился Влад.

— Этот летающий танк будет находиться в воздухе не менее четырех часов. За это время они должны вскрыть контейнеры, прикрепить ордена к театральным костюмам и заколотить ящики, будто их и не трогали. А для этого им нужны монтировки, молотки, гвозди. Боюсь, что сражение мы проиграли.

— Надо спрятаться в сортире, пока нас не засекли, — предложил Влад. — Более надежного места здесь нет.

Метелкин перекрестился:

— Вся надежда на Журавлева.

Кажется, у них начинался роман. Так, во всяком случае, считал Плотников. Из зала прилета на стоянку они вышли под ручку. Настя вскружила голову деятелю культуры, и сердце его трепетало.

— Берем такси? — спросил он. — Кстати, можем успеть заехать ко мне домой на чашечку кофе. У нас вагон времени.

— Какой ты нетерпеливый. Не считай меня ветреной девчонкой. Отношения требуют выдержки, проверки. Мимолетного взгляда мне мало. А в город мы можем заехать. Посидеть в уютном ресторанчике, выпить шампанского.

— Хорошо. Готов потерпеть. Но мои чувства к тебе не изменятся. Идем на стоянку.

— Зачем? Я давно уже не катаюсь на такси. Разве ты не знаешь, скольких девушек из нашего бизнеса похищают, и они исчезают навсегда. У меня есть и машина, и шофер, и телохранитель.

Не успела она это сказать, как возле них остановился белый «Мерседес». Из машины вышел капитан Сухоруков, выряженный в голубой костюм и бабочку. Выглядел он нелепо.

— С прибытием, Анастасия Викторовна, — сказал он, открыв заднюю дверцу.

— Садись, Ваня.

Плотников был приятно удивлен. Вот что значит настоящая топ-модель.

Они устроились на заднем сиденье, и машина поехала на Петровку, в Главное Управление внутренних дел.

С пилотами шли еще двое. Экипаж и странная парочка прошли вперед, а командир остановился возле молодых людей, сидящих на боковых сидениях.

— Сопровождающие?

— Да, — ответил рыжеволосый и подал летчику бумаги. Он их просмотрел и вернул назад.

— Полагается не более двух человек на один груз. Вас четверо.

Сидящий рядом здоровяк подал другие бумаги.

— Все правильно, командир. Мы сопровождаем лес для французов, а эти ребята — контейнеры. В бумагах все прописано.

Документы были подлинные, не придерешься.

Журавлев и Анна прошли в кабину пилотов.

— Скоро вылетаем? — спросил рыжий.

— Скоро. Как только дадут полосу, — ответил командир, возвращая бумаги.

— Ты видел эту бабу? — спросил рыжий у соседа.

— Видел. Стюардесса нам вроде ни к чему.

— Я тебе больше скажу. Это артистка из московского театра. Теперь я узнал ее. И в шашлычной она нам на глаза попалась. Вижу, рожа знакомая. Но не среагировал. Вроде бы что ей делать на шоссе под Екатеринбургом? А сейчас понял. Слишком много совпадений. Мне это не нравится.

Здоровяк достал из кармана крестообразный ключ.

— Этой железкой можно открыть кабину пилотов, если они запрутся. Запасной аэропорт — в Казани. Там нас ждет резервная машина на случай непредвиденных обстоятельств. Заставим их сесть в Казани. За груз мы головой отвечаем, рисковать не будем.

— Ладно. Когда взлетим, видно будет. Пока мы на земле и трап не убран, лучше не рыпаться.

Пилоты заняли свои места.

— Он меня узнал, — шепнула Анна на ухо Вадиму.

Журавлев обратился к командиру:

— Соедините меня с диспетчером.

— Хорошо.

Он настроил связь и передал наушники с микрофоном пассажиру.

— Чего еще вы хотите? — спросил диспетчер.

— Мне нужен спецназ. Человек восемь с оружием. На борту четверо подозрительных типов. Я уверен, что они вооружены и очень опасны. Имеют на руках документы сопровождающих груз. Если их не удастся снять, что в общем-то и не требуется, то спецназ должен лететь с нами в Москву. Свяжитесь с Главным Управлением милиции Российской Федерации. Генерал Черногоров подтвердит мою просьбу и в случае необходимости даст распоряжение местному начальству. Поторопитесь, пока не убран трап.

— Этого нам еще не хватало. Вас понял. Выполняю приказ.

Командир экипажа приоткрыл рот:

— Так ты что, Дик, опер? С Петровки? А я думал, что ты мелкий контрабандист, золотишко, купленное у старателей, перевозишь.

— Почти угадали. Только не мелкий. За то «золотишко», что мы везем, предлагают миллиарды долларов. А мне очень не хочется его продавать французам, немцам, шведам, англичанам. Пусть пока у нас побудет.

— И все это в нашем самолете? — выпучив глаза, спросил штурман.

— Конечно. Видите, какая ответственность на вас лежит. Мы миллиардеры. Во всяком случае, пока груз не скинем в Москве.

Самолет тряхнуло.

— Что это? — испугалась Анна.

— Машина спецназа влетела прямо в салон. Бесцеремонный народ, не жалеют дорогую технику.

— Да…а…а! — покачал головой бортинженер.

13

Москва — транзитный город

Самолет приземлился точно по расписанию. Геннадий Устинович Чаров не любил долгих перелетов и немного устал. Бывали дни, которые доставляли ему истинное удовольствие, другие казались трудными и напряженными, а какие-то опустошающими. Сегодняшний день носил смешанный характер. С одной стороны, он был трудным. Утомил перелет. Теперь еще надо взять такси, доехать до Шереметьева и опять лететь. До Парижа три часа. Утомляет. С другой стороны, он чувствовал опустошение. Так всегда бывает, когда в деле ставится точка. Столько изобретательности, времени, сил, энергии вкладываешь в очередное дело, и вот все задуманное совершено. Финал. И приходит опустошение. Чаров упорно сражался, маневрировал, рисковал и победил. Его всегда увлекал сам процесс, борьба, выбор стратегии. Достигнув своего, он ощущал скуку, ему становилось неинтересно.

Взяв свой портфельчик, Чаров направился к трапу самолета.

Все, что могло поднять ему настроение, так это встреча с молодой женой. Ника встретит его в парижском аэропорту. Они так давно не виделись. Он любил Нику, и она любила его, несмотря на разницу в возрасте, равную четверти века. Молодая жена бодрит, придает энергию и желание оставаться сильным, могущественным.