— Ну, тогда сначала нужно избавить его от пули, — уже весело сказал Хьюго. — Но нам придется отнести парня куда-нибудь, где я смог бы им заняться. Нет, Антея, небольшое кровопускание его не убьет. Пусть кто-нибудь принесет свечи в спальню — ты, Полифант! И мне понадобится таз с горячей водой, много корпии, если она у вас имеется, и бренди. Принеси все это, Чоллакомб! Ну, а теперь, молодой негодник, давай! — Он замолчал и без видимого усилия поднял Ричмонда на руки.
Ричмонд, едва очнувшись, невнятно пробормотал:
— Драгуны, я думаю. Двое. Не мог хорошенько разглядеть — видно было плохо. В нашем лесу. Должно быть, поджидали меня.
— С дороги, Винсент! — сказал Хьюго, таща свою ношу к двери.
— Погодите, глупец! — сказал Винсент. — Мальчишку надо спрятать. Его нельзя нести в спальню. Если драгуны устроили на нашей земле засаду, у них наверняка есть ордер на обыск. И они могут появиться тут в любую минуту. Они не должны найти Ричмонда здесь в таком состоянии.
— Ну, мы приведем его в лучшую форму, во всяком случае, для виду. Не будьте таким тупоголовым! Если им нужен Ричмонд, парень должен быть там, где он должен быть. Не стоит его прятать: его нужно предоставить Оттершоу без всякой суматохи. Нам необходимо придумать, как наилучшим образом выпутаться из этого положения. Не трусьте, Винсент. Не тратьте времени даром, его у нас и так мало.
Винсент дал Хьюго пройти, но сказал со злостью:
— А что еще мы можем сделать, как не спрятать его? Он приведет их прямо к дому, чертов идиот! По каплям крови, которой он залил весь путь. И что нам еще остается, как не спрятать его где-нибудь подальше, в другом графстве, если возможно?!
— Мне жаль, но за Довер-Хаус следят, — слабым голосом, но вполне осознанно сказал Ричмонд. — В окне не было света. Это сигнал Сперстоу. Он сказал, что Хьюго приходил к нему, — нелепо все получилось. Меня чуть было не схватили неподалеку от болот. Какое невезение!
Хьюго опустил юношу на стул у стола посередине комнаты, но продолжал поддерживать его одной рукой, протягивая другую за бокалом бренди, который все еще держал Чоллакомб. Он поднес бокал к губам Ричмонда и заставил его сделать глоток. Лицо Хьюго было почти спокойно, лишь немного серьезнее, чем обычно. Он огляделся, заметил таз с водой, который Антея поставила на стол, корпию и разорванные простыни, которые сматывала миссис Флитвик, и сказал, уперев взгляд в своего грума:
— Как ты влип в эту историю, Джон-Джозеф? Тебя видели с Ричмондом?
— Нет, я просто-напросто прогуливался и курил трубку. Услышал выстрел, но никаких признаков драгун, ни погони я не видел.
— Я от них оторвался. Они видели меня только мельком, — объяснил Ричмонд и поморщился от прикосновения Хьюго. — Думал, смогу добраться до дома, но, наверное, я потерял много крови. Потом у меня в глазах потемнело… я стал терять сознание… — Он замолчал, стиснув зубы, когда Хьюго принялся омывать его рану.
— Так оно и было, мастер Хьюго. Я увидел, как он рухнул за углом вон того амбара, притащил его под покровом темноты и первым делом смыл сажу с его лица.
— Это хорошо, они сначала будут искать его в лесу, а уж потом придут сюда, — сказал Хьюго, не поднимая глаз. — А теперь отправляйся к себе, Джон-Джозеф, я не хочу, чтобы ты имел ко всему этому отношение. Скажи мне, Ричмонд: почему в тебя стреляли?
— Я не остановился, когда меня кто-то окликнул. Не мог… потому что у меня не было времени, чтобы… стянуть ночную рубашку. — Ричмонд дернулся и охнул. — К тому же у меня лицо было намазано сажей… Ой, Хьюго!
— Прости, парень, но мне нужно завязать эту рану как можно туже, иначе повязка соскочит. Надеюсь, до драки дело не дошло?
— Нет. Я не знал, что они там, пока не услышал, как кто-то меня окликнул. Тогда я бросился бежать, петляя то туда, то сюда. Знал лес лучше, чем они… спокойно ориентировался в темноте.
— Значит, Оттершоу там не было, — решил Хьюго. — Он не давал приказа стрелять, и ему придется очень не по нраву, когда узнает, что тебя подстрелили.
Винсент, который крепко держал руку Ричмонда, поднял голову и сказал:
— Если они не поймали мальчишку с контрабандой, значит, у них против него ничего нет. А что касается того, что в него стреляли да к тому же в частных владениях!… Мы могли бы воспользоваться этим обстоятельством, чтобы раздуть целое дело, если бы не женское платье и замазанное сажей лицо. Ах ты, чертов дурак, что это на тебя нашло — так вырядиться!
— Пришлось замаскироваться — не хотел, чтобы меня узнали. Раньше я всегда переодевался в Довер-Хаус. Сегодня не мог. Я думал… Оттершоу догадывался… об этом вот уже некоторое время. Я знал, что он идет по горячему следу. Вот почему я рискнул переправить товар сразу, как стемнело. Мне казалось это единственным шансом… надеялся, что посты выставлять еще рано. Мне не хотелось прибегать к другому плану… но пришлось, потому что…
— Держите его, Хьюго! Он теряет сознание! — быстро сказал Винсент, отпуская руку Ричмонда и хватая графин с бренди.
— Не хочу причинять вам беспокойства, — раздался слабый голос Клода, — но думаю, мне нужно тоже принять капельку. Не выношу вида крови. Я хотел бы оказать посильную помощь, но не могу подойти к столу, пока вы не унесете таз, поэтому буду очень признателен, если ты подашь мне бокал, Винсент. Не ты, Полифант! Твой сюртук весь в крови!
Винсент посмотрел в его сторону. Клод безвольно сидел на диване, прижав носовой платок ко рту.
— Ради бога! — воскликнул Винсент. — Прекрати изображать из себя мимозу, презренный тряпичник! Посмотреть на тебя, так можно подумать, что ранили не Ричмонда, а тебя! Дьявол из преисподней, он собирается упасть в обморок!
Он передал только что наполненный бокал Хьюго и быстро пересек комнату, чтобы с готовностью оказать неотложную помощь своему младшему брату, силком нагнул его голову вниз между колен и держал ее там, не обращая внимания на протесты своей жертвы, которая слабо пыталась отстоять свою свободу, но была спасена лишь вмешательством Антеи. Она упросила Винсента оставить Клода, чтобы тот смог лечь на диван и прийти в себя.
— Возьми нюхательную соль, Клод, и закрой глаза! Ты не должен упасть в обморок! — сказала она настойчиво. — Чоллакомб, прошу тебя, принеси еще один бокал бренди, да побыстрее!
Тем временем лицо Ричмонда постепенно стало обретать прежние краски. Он проглотил немного бренди и сказал невнятно:
— Я больше не потеряю сознания. Мне теперь лучше. Дайте мне еще одну минутку! Я только… черт побери, как больно! Что вы делаете?
— Терпи, парень, придется это сделать, если хочешь встать на ноги. Времени нет ни на что, единственное, что я в силах сделать, — остановить кровотечение. Тебе и должно быть чертовски больно, потому что я очень крепко бинтую рану, а в тебе застряла пуля, ты знаешь. Ну давай, сделай еще глоток, и будешь настоящим героем!
Ричмонд повиновался. Он расслабленно осел в руках Хьюго, потом поднял голову и покаянно сказал:
— Я вам лгал. Пришлось. Я должен был это сделать: не мог оставить их в беде. Я просто обязан был проследить, чтобы все были в безопасности. Видите ли, я стоял у них во главе, потому что это был мой план.
Майор опустил на него глаза и слегка улыбнулся.
— Похоже, в конце концов, из тебя получится неплохой офицер, — сказал он. — А теперь наклонись опять вперед. Я почти закончил.
— Чтоб мне провалиться, если я знаю, как быть дальше! — проворчал Винсент. — Вы же не собираетесь убеждать этого служаку, что Ричмонд был с нами весь вечер, верно? Если мы в состоянии избавиться от пятен крови в доме, нет никакой надежды проделать это на улице — следы неизбежно приведут их к двери черного хода, как только достаточно рассветет, чтобы не сбиться со следа. — Винсент почувствовал, как Ричмонд выгнулся, и сильнее схватился за него. — Сиди тихо! Больно? Так тебе и надо! От меня ты сочувствия не дождешься! Да как только ты мог быть таким совершенным дураком, чтобы заниматься этим проклятым постыдным делом в сегодняшнюю ночь, после всего, что сказал тебе Хьюго, после того, как заверил меня, что не попадешь в беду! Все это вызывает у меня лишь одно желание — свернуть твою дрянную шею!
