— Пойдем. Тебя ждут. Но прежде отдай мне одну вещь. — Она указала на кольцо. — Оно мое.
Кольцо соскользнуло с пальца. Что ж, чужое надо отдавать.
— Так просто отдаешь?
— Ну оно же Ваше.
— Я пошутила. Оставь себе. Не в кольцах сила, а сила — в кольце, в сердце, в камнях, в траве — там, где она сама захочет. Время амулетов прошло. Они больше не нужны. Они только напоминают. Они — только окна. Так же, как и лики Святых. А идет ли через них что-то — это как ТАМ решат. Пошли.
И он пошли.
На площадке под старой елью было странное собрание. Но она не видела ни Хранителя, ни Магистра, ни Кладника с компанией, ни странного сообщества одетых в национальную одежду людей.
Она видела только его… Инквизитора.
— Я же говорил, что мы встретимся!
Слов не было, и она просто присела рядом. Все равно это сон…
Теперь она заметила и остальных.
Хранитель был явно не в духе, а Кладник загадочно ухмылялся, глядя на его грозную физиономию.
— Да не переживай ты так! Все путем!
— Каким путем, прохиндей ты болотный?
— Путем, в смысле шляхом!
— Ага, да, по-моему, не моим!
Тут Странница подошла к нему и положила руку на плечо:
— Не надо быть таким торопливым! Не спеши обвинять лесной народ в неблагодарности! Это ты плохо видишь!
— Конечно, это вы все умные, даже эта идиотка! Все свою выгоду поимели, а она так и своего ненаглядного притащила! А я так, погулять вышел! И что же тут творится?
— Да нормально все! Просто теперь здесь мужская часть СИЛЫ. Пока другая о потомстве заботится. И теперь работают контуры культов! Воины-то до сих пор сюда тянутся?
— Да сколько ж их?
Тут Инквизитор вступил в разговор:
— Да время теперь такое… Вот Капеллан теперь на повышение пошел, мне дежурство передал. Я-то теперешних лучше знаю. Бардак тут у этих отставников, но я его быстро превращу в порядок. И мы тут задумали одну вещь… Там, наверху, равновесие сместилось, и на нас готовят спецоперацию. Так мы тут им засаду организуем по всем правилам воинской науки. — Он хитро подмигнул и потер руки. — Давно я не веселился по-настоящему! Капеллан сверху, а я — тут пока поработаю. А ты — здесь, среди материальных. Объясни, Магистр.
— Мы с тобой, Хранитель, конечно, продвинутые каждый в своем, но до главного пока не доперли. Вернее, ты еще не допер, как и я в свое время. Я оставил вашу СИЛУ, или, как я думал, Священный артефакт, хотя триста лет жаждал его. Но я жалел об этом. А теперь я вижу, что если бы я его забрал, вряд ли бы мог использовать. Но, с другой стороны, теперь он у меня есть, раз он у всех. Я в любой момент могу с ним соединиться. Я хотел об этом сказать вам, и только поэтому еще здесь. Странно, но именно об этом в вашей той сказке про Кветку.
Кладник презрительно скривился:
— Ну наконец-то допер, святоша! Да то, о чем ты говоришь, мы уже много тысяч лет знаем… А твой брат, даже когда Зничка ему под нос Книгу совала, ее сжечь хотел…
— Так в него демон тот вселился…
— Вселился-повеселился! — ехидно передразнил Кладник. — Кто ж вселится, если душа не пустит! А все почему? Да потому что стадо вы все алчное! Не зря Ваш Спаситель говорил, что люди — паства, а сам он знал ли, что пастухи могут быть такими? Проучить вас всех он хотел! И что? Походили-походили кругами, да и вернулись на то же место! Вселился! Вот почему ж в меня, нечисть непотребную, никто не вселяется? А потому что я знаю, кто я. Я — часть этой жизни! А вы все пытаетесь быть выше всех. Вот малый кузнец и то умнее. Кветку сразу отдал, потому что ему не жалко — он ни богом, ни ведьмаком стать не хочет. Дурак он, конечно, но в наших сказках дурак — он иногда умнее разумных.
— Цыц! — стукнула посохом Странница. — Опять митингуешь? Забыл про свои огрехи?
Она немного помолчала, а потом продолжила.
— Конечно ты, Хранитель, не бескорыстен, как сам думаешь. Это нормально, когда ты — это часть всех. Что бы Дед твой сказал, хочешь знать?
Тут Хранитель обалдел, потому что, действительно, увидел Деда.
— Здравствуй, внучок. Да-а, непросто со всеми ними. Но мы — и он показал назад, на группу людей, одетых по-разному, но в национальную одежду, — с тобой. Мы — твои Деды. Не боись, — хитро подмигнул Дед, — для нас — и для тебя. И вот почему…
Из темноты выступили парень с девушкой, которые держали в руках широкий рушник.
Рушник был хорош. Разве что узоров было мало, и они стали какие-то немного другие. Появились новые мотивы и знаки.
Хранитель начал понимать… или совсем запутался. И тут его прорвало:
— Да хрен со всеми вами, ничего мне не надо уже! Ни-че-го!!! Я человек простой, но не хрен из меня куклу делать! Что хотел, то и буду делать дальше! Для своих — буду все делать, а для неизвестно кого — на хрен надо! Втянули меня хрен знает во что! Тряпка эта стала лучше — ну и ладно, мне больше и не надо ничего! Вон у меня внук, семья, ученики… пошли вы все… Пошли, Дед. Раз ты считаешь, что я свой шлях правильно нашел — больше мне ничего не надо. Будет все остальное у меня, знаю, не оставишь…
Странница рассмеялась:
— Молодец, Хранитель! Магистр! Свободен! Нужное — сказано! А ты теперь — остынь! Встретимся еще! Куда ты от самого себя денешься!
Магистр стал терять очертания и медленно, как Чеширский Кот, растаял в воздухе.
Странница вздохнула и обратилась к присутствующим с грациозным поклоном:
— Ну, а теперь мне пора. Знаю, что справитесь. Всем спасибо. Уж больно не хотелось, чтобы все прахом пошло. Поживите еще. Но сначала…
Она вдруг стала меняться, как голографическая картинка. Стало жарко, как будто стена огня окружала ее. Языки пламени взвились вверх, и снова опали вниз. Перед ними стояла уже другая женщина, точнее, девушка. Она держала в руках пергамент с горящими буквами, которые, впрочем, почти всем были знакомы:
НАПРАСНО ЗАБЫВАЕМ ДОБЛЕСТЬ НАШУ СТАРЫХ ВРЕМЕН ДА ИДЕМ КУДА — НЕВЕДОМО. И ТАК ВОТ МЫ ЗРИМ ВСПЯТЬ И РЕЧЕМ: «НЕУЖТО МЫ СТЫДИМСЯ НАВЬ, ПРАВЬ И ЯВЬ ЗНАТИ И ВСЕ ВОКРУГ ВЕДАТИ И ДО УМА ИДТИ (ДУМАТЬ). ТО БОГ ДАЖДЬБОГ СОТВОРИЛ НАМ ЯЙЦО, ЯКОЕ И ЕСТЬ СВЕТ ЗОРИ НАМ СИЯЮЩЕЙ. И ВО ТОЙ БЕЗДНЕ ПОВЕСИЛ ДАЖДЬБОГ ЗЕМЛЮ НАШУ, АБЫ ТА УДЕРЖАНА БЫЛА. ТО ДУШИ ПРАЩУРОВ СУТЬ, И ТЕ СВЕТЯТ ЗОРЯМИ НАМ ОТ ИРИЯ… ПРАВЬ ЕСИ НЕВЕДОМО УСТРОЕНА ДАЖЬБОГОМ И ПО НЕЙ, ЯКО ПРЯДЁТСЯ, ТЕЧЕТ ЯВЬ, И ТА СОТВОРИЛА ЖИЗНЬ НАШУ, А КОЛИ ОТОЙДЕТ — СМЕРТЬ БУДЕТ. ЯВЬ ЕСТЬ ТЕКУЩЕЕ, И ТВОРЕНА В ПРАВИ. НАВЬ ЖЕ ЕСТЬ ПОСЛЕ НИХ. ДО ТОГО ЕСТЬ НАВЬ И ПО ТЕХ ЕСТЬ НАВЬ. А В ПРАВИ ЖЕ ЕСТЬ ЯВЬ. ПОУЧИМСЯ СТАРОМУ И ВВЕРЖЕМ ДУШИ НАШИ В НЕГО, ИБО ЕСТЬ ТО НАШЕ, КОТОРОЕ ОТ БОЖЬЕГО ИДЕТ НА КОЛО. ТВОРЯЩУЮ БОГОВУ СИЛУ УЗРЕЛИ В СЕБЕ, ТО ДАНО — ДАР БОГОВ, И НЕ ПОТРЕБУЕМ, ИБО ТО — НАПРАСНИТЬ. ТО ДУШИ ПРАЩУРОВ НАШИХ ОТ ИРИЯ ЗРЯТ НА НАС…»
После этого фигура растаяла…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
