его зама — Малди. Они сносно говорили по-французски.
Египет 1961-1962 гг. Дуплет к Пирамидам Гиза. Слева направо: Б. Б. Пиотровский, П.Д. Даровский, Н.Я. Мерперт, пирамида Хуфу (Хеопса) — 2750 г. до Р.Х.
Декабрь 1961 г. Лагерь экспедиции у дер. Дакки (Нубия)
Нубия, март 1962 г. Храм Герф-Хуссейн VI в. до Р.Х., малый Абу-Симбел
Египет 1962 г. Н.Я. Мерперт в Вади-Аллаки
Декабрь 1967 г., Нубия Хор-Дауд
Ямы общинного склада Нубии. Нубийские поселения. Раскопки 1961-1962 гг. Хор-Дауд
Хор-Дауд. Часть сосудов IV-III тыс. до Р.Х. из погребов поселения и Б. Б. Пиотровский (в арабском обличии)
Кремневое скребло. Нубия Хор-Дауд, февраль 1962 г.
Из египетского дневника
18 декабря 1961 г.
Утром самоходная баржа доставила нас в нашу концессию примерно в 115 км к югу от Ассуана. Ближайшее нубийское село — Дакка, на западном, правом, берегу Нила. Перед ним широкий, дутообразный, заметно вдающийся в берег залив. В нескольких километрах к северу — излучина, на правом берегу — большая римско-византийская крепость, на левом, на высоком скальном выступе — ее же наблюдательный пункт. Нил образует здесь излучину, и такое расположение обеспечивает видимость и к северу, и к югу. Напротив Дакки, несколько к югу расположено второе нубийское село — Кубань, а вблизи упомянутого наблюдательного пункта — храм периода Нового царства Герф-Хуссейн, частично вырубленный в скале, частично выступающий в сторону Нила в виде площадки с рядом колонн, поддерживающих скальный навес. Место для лагеря избрано на западном берегу, перед указанным заливом так, что подойти к нему с юга незамеченным за определенный срок невозможно.
Но, прежде всего, отмечу, что во всем районе нас ожидал малоприятный сюрприз. В предварительных представлениях о памятниках района мы руководствовались данными разведывательных экспедиций американского египтолога Ферса в связи с подъемом уровня Нила из-за предпринятой в начале XX века реконструкции построенной ранее Германией первоначальной Ассуанской плотины. Экспедиции, таким образом, зафиксировали весьма значительную концентрацию египетских памятников всех периодов, начиная с некрополей Древнего царства и кончая храмом римского времени на территории, избранной Б.Б. Пиотровским в качестве нашей концессии. После реконструкции большинство этих памятников (естественно, тяготевших к Нилу) оказалось под водой, а в Центре документации ЮНЕСКО в Каире карты Ферса оказались неисправленными. Я их получил, скопировал на кальку и в определенной мере запомнил. И был в полном недоумении, когда при подходе баржи к Дакке увидел лишь верхний конец пилонов римского храма, выглядывавший из воды метрах в 150 от берега. За исключением отдельных участков, это была уже черная разрушенная скала. Даже колья для палаток вкапывались с трудом в твердую поверхность в лучшем случае дробленого камня. Стало совершенно ясно, что начинать придется с новых поисков, новых разведок в абсолютно чуждых для нас природных условиях при полном отсутствии знакомых ориентиров.
Яйцевидный сосуд. Нубия, Хор-Дауд, февраль 1962 г.
Хор-Дауд, Нубия, 1962. Мазцы
20 декабря 1961 г.
Ночь была на редкость холодная. Навалили что могли поверх спальных мешков. Олег глухим голосом спрашивал: «А другой Африки нет?». Сейчас разогрелись, принявшись за оборудование лагеря. Основную, наиболее трудоемкую работу надеемся завершить не позже завтрашнего дня. И тотчас начнем разведки.
25 декабря 1961 г.
Уже неделю мы на территории концессии. К сожалению, пока ничем она нас не обрадовала. Как была terra incognita, так и остается. Разве что поделили с Борис Борисовичем берега: день он идет по восточному, я — по западному, день — наоборот, и фактически без сколько-нибудь существенных результатов. В местности Куштамна, на вершине упомянутого наблюдательного пункта римско-византийской крепости, найдены несколько греческих надписей и расчерченные (наподобие шахматных) доски для какой-то игры, в других местах — отдельные кремни со следами обработки, но пока невыразительные и, безусловно, дестратифицированные.
Хор-Дауд, март 1962 г. Б.Б. Пиотровский, — второй справа, Н.Я. Мерперт в центре на втором плане, инспектор и руководство египетской археологии
30 декабря 1961 г.
Все резко, сказочно переменилось.
Так вот, была моя очередь работать на восточном берегу, за небольшим заливом с наименованием Хор-Дауд. На нем в прошлый свой «восточный поход» был я озадачен наличием на поверхности песка каких-то пятен, несколько отличных по цвету. В северной же стороне площадки был найден крупный фрагмент стенки сосуда, естественно, неизвестного времени. Во всяком случае, я перевел туда рабочих, привезенных со Среднего Нила, живших при полном безделье на западном берегу. Был со мной только представитель египетской стороны г-н Фуад Якуб, копт-христианин, превосходный человек, истинный наш помощник.
Около двух часов раздался восторженный вопль рабочих, которые кружились в одном из квадратов. Бросившись к ним, увидел устье полутораметровой в диаметре ямы. В ней сверху плашмя лежали, образуя треугольник, три почти метровых в длину сосуда абсолютной сохранности. Оказалось, что они заткнуты небольшими плоскодонными флаконами с характерными волнистыми ручками. Обе формы вошли в четкую классификацию нубийской керамики того же Ферса, где они отнесены к рубежу додинастического и раннединастического периодов, т.е. 31-29 вв. до н. э.
10 января 1962 г.
Экспедиция встречает первое утро в полном составе: вчера появились, наконец, Л.Н. Петров, А.В. Виноградов, В.В. Пименов. Теперь нас десять человек, считая и г-на Фуада Якуба.
День же был ординарен. На основном раскопе у Хор-Дауда нашли два одинаковых сосуда в одной яме-хранилище. Тип для нас уже обычный — с «волнистыми ручками» («wavyhandlend»). Художник Пименов сразу же взялся за реставрацию.
Возвращались мы на лодке, которую заполнили 11 человек: а на Ниле подлинная буря. Обдает водой, рвет, бросает. Один из рабочих закрылся своей куфией с головой и начал молиться.
