«Ничего себе, скромная одежда, — подумал Виктор. — Да тут пока с завязками разберешься…»
Двое инструкторов стояли сзади. И молчали. Помогать Виктору разбираться в униформе древнеяпонского шпиона никто из них, похоже, не собирался.
Черный балахон лежал на большом деревянном столе. Рядом с ним в живописном беспорядке были разложены метательные ножи, знаменитые «звездочки», какие-то шарики, металлическое зеркало, цепь с гирькой на конце и необычный меч с тупой стальной полосой вместо клинка. В полосе непонятно для чего были просверлены микроскопические дырочки.
Дальше мяться у стола для продвинутого ниндзя было уже как-то неприлично. И тут Виктору пришла на ум другая фраза из исторического романа «Злой город», читанного как раз перед отъездом в Японию:
«Знание о том, как это делается, как и Ритуал, тоже пришло из ниоткуда. Тем и отличается маг от обычного человека, что не противится приходящему знанию и, не раздумывая, делает то, что неслышными голосами требуют от него встретившиеся на Пути Высшие Сущности».
«Высшая сущность» внутри Виктора точно знала, что надо делать. Поэтому Виктор прогнал из головы деструктивно-паникёрские думы и мысленно расслабился.
И сразу дело пошло на лад.
Для начала он стянул с себя сильно потёртый комбинезон, выданный ему сиханом в начале тренировочного процесса и к концу оного практически превратившийся в тряпку. После чего ловко натянул на себя балахон и обнаружившиеся под ним широкие штаны, накрутил на ноги обмотки с вшитыми в них стальными пластинами, обулся в смешные носки на мягкой кожаной подошве с торчащим отдельно большим пальцем и опоясал всю конструкцию длинным кушаком, внутри которого явно прощупывалась цепь. На голову Виктор надел обычную лыжную шапочку из тонкой шерсти с завернутыми в жгут краями. После чего распихал по потайным карманам метательно-дробящие принадлежности и отправил дырявый меч, оказавшийся, судя по весу, еще и полым внутри, в привязанные за спиной деревянные ножны.
Лысый монах оглядел Виктора с ног до головы и, не найдя к чему придраться, произнес скучным голосом:
— Сейчас на этажах пагоды находятся сорок учеников. У новичков — настоящее оружие, у продвинутых — тренировочное. Твоя задача проникнуть на верхний этаж и подписать Клятву синоби. В бою убивать учеников не разрешается. Всё твоё оружие не боевое. Это маркеры. Помеченный маркером ученик сам прекратит атаку. И помни — каждый твой шаг фиксируют камеры слежения. У тебя в распоряжении двадцать четыре часа. Не уложишься — испытание считается проваленным. Надумаешь вернуться — стучи в ворота.
После чего лысый с резиноволицым «хозяином» повернулись и ушли. Со стороны входа послышался двойной лязг — словно кто-то закрыл железные створы входа да еще снаружи засовом заложил.
«Хорошенькое дельце, — подумал Виктор. — Сорок человек уделать. Тоже мне, нашли супермена…»
Однако что-то делать было надо.
«Ладно, посмотрим. Будем надеяться, что они все дисциплинированные и, получив по морде, сразу сдаются».
Пути было два. Один в глубине зала, там, куда ушли инструктора. Второй, со входом, выполненным в виде распахнутой пасти дракона, находился в двадцати шагах.
Виктор раскатал края шапочки, оказавшиеся маской, очень похожей на омоновскую, поправил ее, чтоб прорезь для глаз лежала как надо и не наползала на веки, после чего, словно Гагарин перед стартом, сказал сам себе «Поехали!» — и шагнул вперед.
* * *
Стены коридора освещались тем же мягким светом, что и вся пещера. Однако здесь с источниками оного было всё понятно — выполненные в виде декоративных окошек под потолком, они были затянуты прочной металлической сеткой.
«Это чтоб я сюрикэн не кинул. И чтоб другим меня было удобнее кромсать на фарш».
На стенах имелись сколы штукатурки, аккуратно замазанные, но тем не менее заметные. Так сказать, следы былых сражений, заретушированные аккуратными японцами.
Виктор осторожно шел вперед, но пока никого из обещанной толпы убийц видно не было. Он завернул было за угол — и внезапно неожиданно для самого себя подался назад, словно невидимая рука толкнула его в грудь.
И тут же сквозь то место, где он должен был бы оказаться через секунду, просвистел веер пуль, выбив пригоршню белого крошева из противоположной стены.
— Ну ни хрена себе! — выдохнул Виктор.
Для автомата отметины от пуль в стене были слишком значительными. Следовательно, за углом — стационарный крупнокалиберный пулемет.
Знанию, приходящему вот так вот, из ниоткуда, Виктор уже перестал удивляться и начал помаленьку воспринимать его как нечто само собой разумеющееся. Грани почти стёрлись, и порой он уже сам не мог отличить, где его собственные навыки, приобретенные с подачи сихана, а где опыт ками его предка. Как вычитал Виктор в одном из трудов специалистов по шпионажу, в японских боевых искусствах вообще было принято воспринимать человека как душу, у которой есть тело, а не наоборот. К тому же всё чаще и чаще действительность преподносила ему ситуации, в которых следовало не раздумывать, что да как, да откуда взялось, а действовать. Дали в руки оружие — защищайся и не заморачивайся на тему, откуда оно взялось и с чего тебе такая милость.
Виктор и не думал.
Его рука метнулась к кармашку, спрятанному внутри рукава, и швырнула в стену напротив тяжелый металлический шарик.
Тут же в это место ударили пули.
А Виктор уже черной тенью летел на пулемет, на бегу метнув еще один шарик.
Краем глаза увидев движение, стрелок дёрнул стволом влево — но, получив неслабый удар меж бровей, опрокинулся назад.
Вернуться обратно не получилось.
Стальная полоса меча-маркёра щелкнула по шее, оставив на ней несмываемую полосу красной пыли, просыпывшейся сквозь крошечные отверстия.
Пулеметчик поднялся с каменного пола и вежливо поклонился победителю.
Виктор, памятуя предыдущий опыт, коротко кивнул в ответ.
Он узнал пулеметчика. Тот самый, старший из двоих японских тинейджеров, так же как и он, совсем недавно стремящийся попасть за ворота Школы.
— Тебе всё-таки это удалось, — усмехнулся Виктор.
— Тебе тоже, — ответил пулеметчик, нимало не удивленный тем, что Виктор свободно говорит по-японски. — Тебе многое удаётся. Все в Школе говорят, что у тебя сильное ками. Но ты не пройдешь испытание.
— Почему?
Парень кивнул на лестницу.
— На второй этаж ведет очень узкий выход, находящийся под прицелом трёх пулеметов.
— А если по наружной стене проползти?
— Тоже не получится, — покачал головой пулеметчик. — Всё под наблюдением, и у всех имеется радиосвязь. Кто-то очень не хочет, чтобы ты прошёл это испытание.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
