— Прекрасная, добросердечная леди — мой спаситель! — патетически воскликнул Генрих, пресекая зарождающиеся было смешки и юрким ужом просачиваясь между девушек.
Замерев перед Агнессой, он буквально сложился пополам в картинном поклоне:
— Приношу вам свои глубочайшие извинения, мисс Баллирано, за глупый и недостойный истинного мужа розыгрыш. Своим великодушным поступком вы навеки покорили моё сердце.
— Как интересно... Стало быть, у нас всё-таки появилась уборщица? — протянула Диана, видимо, осознавая, что пустующие кашпо, действительно, были довольно ярким маркером различия между женским и мужским коридорами.
Соответственно, проморгав его и закатив этот скандал, она сейчас выставляла себя в не лучшем свете — и ей срочно нужен был козёл отпущения.
— Придержи язык, рыжая, — протолкалась вперёд Виленская, вставая рядом с Агнессой и сверля злым взглядом студентку. — Она оказала вам всем колоссальную услугу, хотя, насколько я её знаю, она просто побрезговала находиться в том свинарнике, который вы здесь развели! Цвет волшебства! Величайшая надежда Британии! Талантливейшие и сильнейшие колдуньи этого века — засрали своё жилище до самого потолка, — яд, которым сочились слова Ирины, пожалуй, вполне можно было сцеживать и применять как страшный и зверски убойный эликсир против злейших врагов. — То, что Баллирано понимает ценность порядка и личного комфорта, говорит лишь о том, что она — куда более высокоорганизованный индивид, в отличие от вас. А теперь — прекращай этот фарс и уйди с дороги. Я желаю отдохнуть.
За время короткой, но чрезвычайно пылкой речи княжны, Агнесса успела побелеть, посереть и прокусить нижнюю губу, поскольку подобная защита со стороны Ирины хоть и оказалась, конечно, приятной неожиданностью, в изрядной мере вредила самой девушке. Вообще говоря — им обеим, поскольку публично оскорблять «старожилов» было, по меньшей мере, недальновидно. Ещё и Генрих зааплодировал, как на зло... и другие парни его поддержали.
При взгляде на лицо Дианы у Агнессы возникло стойкое ощущение, что примерно так выглядит объявление войны.
— Премного благодарны, мисс Баллирано, — вопреки этому очень сдержанно проговорила рыжая. — Порядок — это именно то, чего нам так не хватало. Вы, действительно, сделали нам всем невероятно щедрый подарок к вашему прибытию. Мы отметим его отдельно, на ближайшем собрании женского крыла. Равно как и поведение вашей ручной обезьянки, — только сейчас она перевела взгляд на Ирину.
У Виленской задрожала нижняя губа — но, как подозревала Агнесса, вовсе не из-за того, что она собиралась расплакаться.
— Да как ты сме... — завела было княжна свою обычную песню, но старшекурсница, сделав некий витиеватый жест ладонью, выщелкнула в сторону девчонки крошечный искрящийся шарик.
Тот, достигнув цели, впился жертве в лоб, и она рухнула, как подкошенная — Агнесса едва успела её подхватить.
— Ну что ж такое-то! — не удержалась она от горестного восклицания — она уже сбилась со счёта, сколько раз этот день Ирина попадала в переплёт!
— Кое-кому стоит поучиться вовремя замолкать. В противном случае — её шансы дожить до выпускного резко снизятся, — холодным тоном проговорила Диана, смерив взглядом Агнессу и лежащую у той на руках бессознательную Ирину. — Впрочем, не уверена, что это её чему-то научит. Займитесь дрессурой. Можете попробовать электричество.
С этими словами рыжеволосая девица с компанией удалились на женскую сторону, и дверь демонстративно захлопнулась за последней из «выводка». Толпа начала потихоньку рассасываться, а Агнесса судорожно соображала — как ей привести княжну в себя, потому что донести ту на руках до их комнаты она бы не смогла при всём желании.
— Вот ведь злюка, — Генрих вынырнул откуда-то из-за спины у Агнессы и присел рядышком, аккуратно касаясь длинными тонкими пальцами шеи Ирины. — Жить будет, но лучше бы, действительно, не бесить Диану. Та ещё штучка.
Речь и голос его неуловимо изменились, утратив ту самую нарочитость и театральность. Вид у парня был слегка смущённый и обеспокоенный, и в глаза Агнессе он почему-то тоже не смотрел.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Спасибо за предупреждение, Генрих. Я постараюсь не злить эту барышню... ну, насколько смогу, — пожала она плечами.
— Ты? О, я не сомневаюсь, что ты будешь пай-девочкой — уж прости, на бунтарку ты не тянешь, — коротко улыбнулся он. — Меня больше тревожит наша драгоценная княжна. Сможешь повлиять на неё?
Агнесса вытаращилась на «Ворона» со смесью недоверия и изумления:
— Шутишь? Она меня не будет слушать...
— Эй, новенькая, помощь нужна? — донеслось слегка насмешливо сверху.
Агнесса, задрав голову, увидела девчонку — кудрявую брюнетку с хитрым лицом. Однако она быстро сообразила, что такой эффект создавал «лисий» разрез глаз, очень красивый и умело подчёркнутый лёгким макияжем. Наряд из кремовой юбки и чёрной блузки, на рукаве которой контрастно выделялась синяя повязка — стало быть, однокурсница Генриха, — смотрелся чрезвычайно эффектно, несмотря на кажущуюся простоту фасона.
— Хотите помочь отнести её в комнату? — уточнила на всякий случай Агнесса.
— Пф-ф, вот ещё! — скрестила руки на груди девушка. — Добью, чтобы не мучилась!
— Триша, не пугай новеньких, — укоризненно заметил парень, затем повернулся к Агнессе. — Триш неплохой целитель — и просто умница, на самом деле! Нейтрализовать действие «молнии» Дианы — плёвое дело для неё. Да, прелесть моя?
«Умница» очаровательно зарумянилась, улыбнувшись и демонстрируя ямочки на щеках:
— Ох, ты... льстец! — легко махнула она рукой, но почти без раздумий присела рядом, стянув через голову один из болтавшихся на груди амулетов. — Не то чтобы прямо плёвое — но, конечно, справлюсь. Убери руки, — это уже адресовалось Агнессе, которая поспешно отодвинулась в сторону, уложив Ирину на пол поудобнее. — Ага, вот так.
— Начертить тебе базовый круг? — любезно предложил Генрих, но Триш отмахнулась:
— Не нужно, я лучше потом подзаряжу «лечилку», — с этими словами она уложила амулет на лоб Виленской — как раз на небольшую тёмную отметину от молнии, — и прижала его пальцем.
Агнесса увидела, как слегка нахмурилась брюнетка — скорее, сосредоточенно, чем огорчённо, а затем ощутила лёгкий импульс чужой магии. Задним умом она поняла, что ровно это же почувствовала, когда колдовала Диана, просто тогда не оказалось возможности сосредоточиться на ощущении.
Ирина, тихо всхлипнув, открыла глаза и несколько раз болезненно моргнула:
— Что случилось? — хрипловато спросила она, пытаясь приподняться на локтях, и охнув, когда её подхватили с двух сторон «Ворон» и Триш.
— Всё хорошо, тебе... тебе стало плохо, ты лишилась чувств. Идём, ты приляжешь немного, ладно? — заворковала над ней Агнесса, оттирая в сторону Генриха и взглядом указав, чтобы он открыл двери.
— Поспать я бы не отказалась... — пробормотала Ирина, всё порываясь обвиснуть, но девушки ей не давали этого сделать.
— Давай-ка, одна ножка, вторая, топ-топ... — ворчливо бубнила Триш с другой стороны, утаскивая девчонку внутрь.
— Я прекрасно знаю, как надо ходить! Я просто не хочу, — заявила та, тем не менее — покорно переставляя ноги.
Совместными усилиями её всё же удалось провести до их комнаты, и там Агнесса с радостью обнаружила обновлённое бельё. Видимо, заклинание уборки коснулось в том числе и незапертых помещений, поскольку исчезли пыль и грязь с пола и стен, а окна поблёскивали прозрачной чистотой.
— Оп... вот так, сюда... — уложила Агнесса княжну на «её» кровать, аккуратно избавив от обуви, а затем заботливо прикрыла одеялом.
Ирина что-то буркнула под нос, но безропотно отвернулась носом к стене и почти сразу засопела.
— Да уж... беспримерная ответственность, — прокомментировала Триш с ноткой сарказма.
— Не будьте к ней так строги, прошу вас, — вступилась за девчонку Агнесса, но брюнетка мотнула головой.
— Я про тебя. И почему это ты мне «выкаешь»? Вроде не так уж и старо выгляжу, — ехидно сощурилась она, отчего сходство с лисой стало намного сильнее.
