Юрию Николаевичу она вывалила всё сразу — и приказ Марио никому ничего не говорить о той ночной поездке, и слежку за ней Бубнового и Мешка. Даже пугач пригодился — Анжела сказала, что угрожала своей пассажирке именно им, хотя на самом деле тогда пистолет у неё в руках был настоящим боевым оружием. А вот с местом, где она ненормальную подобрала, всё получилось как нельзя лучше. Анжела по-настоящему забыла, где это произошло, и как ни бился несчастный майор, выдавить из неё что-нибудь кроме ‘не помню’, ему не удалось.
— Вы можете сказать, Елена Михайловна, что это горячечный бред, — завершая свой рассказ, лучезарно улыбнулся Марио. — Ни в коем случае не стану оспаривать такое мнение. Но это именно то, что мне рассказали мои люди.
* * *
Рассказ был действительно бредовым, но главное другое — я из него так и не узнала, где Анжела подобрала Светлану. Но оказалось, что Марио не собирается это скрывать. Он положил на стол свой навороченный телефон, на экране которого отображалась карта города.
— Вот здесь стояла эта сумасшедшая, — показал он пальцем. — Я выяснил, откуда она сбежала, и сейчас вам скажу. В этом районе нет ни одной самой завалящей больницы, и всего три более-менее подходящих здания, где можно долго держать пленницу, чтобы она думала, что это клиника. О нашей, с позволения сказать, гостинице вы уже знаете. Там всё в порядке, я лично проверил. Второе место — школа. Тем более, сейчас типа каникулы.
— Почему ‘типа’?
— Потому что у них там весь месяц полно народу. Экзамены всякие, консультации, отработки и хрен знает, что ещё. Не представляю, как эту бабёнку можно было бы держать в школе. А есть ещё одно местечко. Бывший детсад. Раньше, помните, деток было полно, а сейчас если два ребёнка, это уже, считай, многодетная семья. Вот и выходит, что столько садиков больше не нужно. Появились там новые хозяева, не знаю, кто такие. Зато знаю, что кавказцы захотели взять их себе под крышу. Да только захотеть — мало. Пятеро торпед попёрлись запугивать, а получилось, что теперь они все пятеро — инвалиды. Больше никто туда не лезет. Карете, батюшке вашему, такая мелочь без надобности, кавказцы — боятся, я — тоже. Обойдусь уж как-нибудь без них.
— Может, там та же крыша, что в ‘Авроре’? — предположила я.
— Может быть всё, что угодно. Я понятия не имею, что там за контора, чем занимается и под чьей крышей ходит. Но Светлану вашу держали там, больше просто негде. Школа, бывший детсад, гостиница, остальное — дома. Разные мелкие магазинчики — не в счёт.
— Я могу сообщить об этом в полицию?
— Сообщайте. Менты ничего не докажут, даже Юр Николаич. Я ведь знаю, что вы с ним совместно работаете. Мой человек в ментовке сообщил. Месяц прошёл, теперь наша гостиница — просто гостиница. Кто считает иначе, будет иметь дело с Мелентием. Клевета, моральный ущерб и тому подобное. Он мастер по таким вещам. А насчёт Юр Николаича, так я вам, наоборот, даже рекомендую его привлечь. Самой вам не справиться, хоть вы и могущественная ведьма, как меня пытаются убедить некоторые суеверные граждане. И эти двое торпед, — Марио кивнул в сторону Мешка с Бубновым, — вряд ли здорово вам помогут. Ребята они, конечно, крутые, тут спору нет, но кавказцы тоже не пальцем деланные, а вот поди ж ты — теперь на костылях ходят, если ходят вообще. Менты — другое дело. Не сильно круты, зато их много, и беспредельничать могут в своё удовольствие.
— Спасибо, я так и сделаю. Можно вопрос?
— Задать — можно. Но ответить — не обещаю.
— Вы сказали, что едва не выставили на спор свои усы, но вовремя опомнились.
— Да, и что?
— Разве усы — такая уж ценность? За месяц заново отрастут.
— Что вы, какой месяц? Всего две недели. У меня волосы растут очень быстро. Но, понимаете, я ношу усы с тринадцати лет, хотя тот пушок, что рос тогда у меня на губе, усами называл только я. И с тех пор ни разу, понимаете, ни разу я их не сбривал! Даже представить себе не могу, как это — я, и без усов. Нет, нет, абсолютно невозможно! Боюсь даже, это уже буду вовсе не я!
— Мне, наверно, не понять.
— Конечно! У женщины на губе если вдруг что-то и растёт, она, если следит за собой, конечно, эту растительность безжалостно изничтожает. И правильно делает, если кого-то интересует моё мнение по этому вопросу. Так откуда же взяться пониманию? А вот я вас ни о чём спрашивать не буду, зато дам добрый совет. Раз уж речь зашла об уходе за собой. Поверьте, я в этом неплохо разбираюсь.
— Вижу, — кивнула я. — Так что вы мне посоветуете?
— Елена Михайловна, вы очень красивая женщина. И явно следите за собой — причёска идеальна, кожа чистая, косметика наложена превосходно. Но если вы в ближайшее время не обновите лак на руках и ногах, никакая магия не поможет вам сохранить красоту.
* * *
Забравшись в ‘Матиз’, я вдруг заметила, что горло пересохло, и страшно хочется пить. Неудивительно, говорили только мы с Марио, Анжела и Каскадёр только молча кивали, когда речь заходила о них. Заказать какой-нибудь напиток мне почему-то и в голову не пришло, хотя Анжела что-то тянула через трубочку из бокала, и Каскадёр, кажется, тоже. Там, в прохладном воздухе, пить совершенно не хотелось, а кондиционер моей ‘Матиз’ от жажды не избавлял. Стала оглядываться, высматривая, нет ли поблизости ларька, и Юра это заметил.
— Тётя Лена, ты пытаешься определить, нет ли слежки? — удивлённо поинтересовался он. — Так это лучше делать на ходу. Что можно увидеть на стоянке?
— Слежку, если что, засечёт Бубновый, у него это лучше получается, — отмахнулась я. — Смотрю, где можно купить минералки.
— Так в ресторане можно, — посоветовал Юра.
— Мы только что оттуда, — напомнила я. — Глупо как-то получится.
— Ерунда. Сейчас организую.
Юра подозвал охранника стоянки и попросил, чтобы тот принёс два стакана холодного натурального сока. Тот состроил недовольную мину, но мой пасынок сунул ему купюру, и доблестный страж разве что честь не отдал. Сам он, правда, за соком не помчался, кому-то позвонил, сказал пару слов, и к нам примчалась официантка с сумкой-холодильником. Яблочный сок отлично утолил жажду, и я вновь вернулась к уже изрядно поднадоевшему расследованию.
— Почему мы не едем? — Юра слишком долго молчал, теперь заткнуть ему рот было нереально.
— Куда не едем?
— Никуда.
— Потому что непонятно, куда ехать.
— В ту контору, где кавказцев отметелили, — предложил Юра.
— Чтобы там отметелили и нас?
— А ты Юрия Николаевича позови. Его не посмеют тронуть, он же мент.
— Он — полицейский, — поправила я. — Нечего повторять всякие плохие словечки за бандитами.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
