настало и моё время. По три пассажира на каждый ББМ — вроде и немного, но как бы на грани их грузоподъмности. Пришлось полностью опустошать багажники боевых машин, в которых хранились расходники и походные ремонтные наборы. А загружать в багажники — пушки и рюкзаки пассажиров.
Конечно, тем самым мы оставляли наши ББМ без запасов на случай внезапного боя, но ничего не поделаешь. Либо так — либо рисковать всеми при спуске в шлюпке, чего я допустить никак не мог. Так что в случае непредвиденных обстоятельств воевать сможем только мы, ДД, разведка и хилы, а вот ББМ расстреляет по одному зарядному блоку и станет просто ходячей бронёй. Ну, ничего, потерпят немного, они танки, им не привыкать. Дождутся, пока все их расходники прибудут на поверхность Селены в зондах. И да, пока они не прибудут — штурмовать мы ничего не планируем.
А отправяться эти зонды сразу за нами. Капитан покидает свой корабль последним, да. Именно поэтому четыре ББМ уже десантировались на Селену. Ну, в смысле, были на подлёте к ней. Пока Линк не получил ни одного сообщения об успешной высадке. Что ещё не напрягало, чтоб так, совсем, но уже начинало тревожить. Не, связаться с ними было можно, вот только отвлекать наших танков от управления перегруженными ББМ я не считал нужным. Пусть лучше следят за траекторией своего спуска.
— Да, капитан, — сказал Линк и машина Соболя со мной на спине начала движение.
Ощущение ещё то, кстати. Меня, словно младенца к спине матери, привязали к ББМ четырьмя полосами специального нанопластика. Крест на крест на груди и каждое бедро отдельно. И двоих ещё спереди подвесили таким же образом. Причём спиной к машине, лицом назад. По идее, такая обвязка уж точно не даст нам вывалиться куда бы то ни было во время спуска. Да и до него, пока ББМ будет маневрировать возле корабля, мы тоже будем защищены от неожиданностей, которые могут возникнуть во время отсутствия гравитации.
Не, а как вы хотели? В космосе мы или где? Это на самой научной станции, по заверениям того же Эдди, была искусственная гравитация, равная по силе привычной нам. А вот пока будем выруливать на правильную траекторию спуска и шастать по самой поверхности вдали от базы — никакой гравитации. Непривычно — но вполне терпимо. Главное, случайно не улететь за пределы Селены, подпрыгнув на поверхности. Шучу. Нереально это. Только если специально включить двигатели.
— Ну, детки, держитесь за папу и постарайтесь не визжать, — сказал Соболь и спрыгнул в открытый в полу люк.
Естественно, мы не оказались сразу в космосе. Всего лишь в шлюзовой камере, которая была рассчитана как раз на десантирование ББМ.
— Надо было Ренсиса с собой брать, Лёха, — тяжело вздохнул Митька в ответ на тираду Соболя. — Его бы ребёнком он постеснялся назвать.
Ха! Братец что, всерьёз? Или языком почесать и обстановку разрядить? Скорее второе. Вряд ли он хотел обидеть третьего пассажира Соболя.
— Начинаю откачку воздуха, — спокойно сказал Линк, как только люк над нашими головами закрылся.
— Ренсис — тоже ДД, — ответил я. — А из этого паладина хилобаф в этой машине никакой. Руби, ты там как, в порядке?
Четвёрки наши группировали по принципу универсальности. В каждой — по одному направлению. ДД, танк, хил и разведка. Мне достался Соболь в роли танка, Руби, сенс-красавица в качестве хила, ну а Митька был за разведку. Хотя по факту мои улучшенные дроны справлялись с этой функцией лучше, чем он. Но дроны есть дроны, они не могут адаптироваться под изменяющиеся условия. Им нужен приказ. А вот Митька как раз великолепно компенсирует этот недостаток современной техники. Так что я ему часто передавал управление над моими дронами и отправлял вперёд группы.
— Всё хорошо, Ал, не беспокойтесь, — ответила мне наша медик.
— Воздух откачан, — ровным голосом сказал Линк. — Отключаю искусственную гравитацию. Открываю внешний люк шлюза.
— Ну, вот теперь точно, поехали, — сказал Соболь, когда под ногами его ББМ оказалось пустое пространство. — Сейчас и узнаем, хорошо ли вас привязали к моей машинке по-настоящему.
Я даже отвечать ему не стал. Смысла не видел.
* * *
— Да чтоб я… Хоть ещё один раз… Лешака с его идеями… Никогда! Ни за что! — орал в канал рейда Ник Пирогов.
А всё почему? А всё потому, что Танька Лиса не смогла остаться на первоначальной траектории спуска и оказалась практически за километр от намеченной точки высадки. Причём причина была не в её навыках пилота, а в метеорите, буквально в пару сантиметров в диаметре. Мелкий камешек, который летел с приличной скоростью по своим делам, но попал в зону притяжения Селены, изменил траекторию и ударил ББМ Лисы под копчик, скажем так. Нет, урона он не нанёс, а вот направление движения сместил. В космосе немного другие правила, чем в атмосфере, а именно космические бои мы и не изучали, скажем так. Танька в конце концов справилась с ситуацией, но траекторию спуска пришлось менять. Так что теперь они добирались до нас, разряжая последние крохи зарядных блоков. А Ник Пирогов, в отличие от Нонейма и Лаки Стара, похоже, к таким стрессовым ситуациям привычным не был. Ну или просто имел скверный характер. Во время тренировок он вёл себя не в пример адекватнее.
— Не бузи, Ник, — лениво сказала Танька Лиса в тот же общий канал. — Ну не повезло нам, так что теперь?
И Лиса права. Рандом просто отвернулся от них. Остальные четыре ББМ вместе с пассажирами высадились практически в намеченных точках, с разбросом в сто-сто двадцать метров друг от друга, идеально попав в выбранный нами ещё на Старлайте метеоритный кратер в километре от цели штурма. Почему кратер? По многим причинам, которые я не оглашал остальным, но для себя имел в виду.
— Не повезло⁈ Эта каменюка чуть в меня не попала! На десять сантиметров ниже моего… моих бёдер ударилась!
— А, понятно теперь. Тебе просто промежность припекло! — радостно включилась в разговор АлаКи. — То-то я думаю, чего ты так переполошился. Мужское достоинство чуть не потерял, конечно. Понимаю, тяжело. Ник, но ты ведь медик! Тебе это достоинство восстановить — раз плюнуть! Правда да, прикладывать перчатку к ТОМУ месту…
Я лишь покачал головой. По краю прошлась девочка. Но и Ник тоже хорош. Сам подставился. Ладно, пусть расслабятся, пока
