Читаем без скачивания Ничей - Ольга Швецова

По пути снова пискнула рация. Теперь сигнал был более устойчив, шел он из шлюза, Главный Привратник ждал его там. И как можно скорее.

Трудно было самому открывать тяжелую дверь, ведь его не подпитывало состояние аффекта Нестерова, когда тот закрыл бункер от любого проникновения извне. И страстного желания исполнить свой замысел во что бы то ни стало старик не испытывал. Холодный расчет дисциплинирует, приводит мысли в порядок, но… Не греет. И не придает сил. Вместо собственных придется воспользоваться чужими, исполнитель уже стоит за дверями. Нужно впустить его и поговорить, наконец, без посредничества ненадежной связи и бестолковых девчонок. Личная встреча расставит всё по местам.

Колючий снег ворвался внутрь, ветер донес его даже до приводного колеса. Проема полуметровой ширины оказалось достаточно, чтобы впустить Алексея. Теперь можно было рассмотреть его вживую, не строя догадок о том, справится ли он с ответственностью, которую планирует возложить на него Привратник… Для этого дела понадобились бы десять посредственностей или один одаренный засранец. Первые водились в бункере в нужном количестве, но использовать их Главный опасался. Если уж даже личный помощник решился на шантаж, то и другим это могло прийти в голову. К тому же большое количество вовлеченных людей ослабит контроль над ситуацией. Решение было принято — всю работу сделает один. Если его как следует мотивировать.

Алексей вытер мокрое лицо и взглянул на Привратника. Старик не изменился ничуть — тот же острый взгляд и пигментные пятна на носу. Личная встреча могла означать только одно: информация конфиденциальна. Потому что глядеть друг на друга им незачем, узоров ни на ком не появилось и цветы не выросли, а Грицких хоть и женоненавистник, но не до таких же крайностей, чтобы мужиков рассматривать, просто всегда опасался дамской непредсказуемости. Главный решил обойтись без церемоний, сразу перейдя к делу.

— Теперь я уже могу разъяснить вам суть вашей задачи. Требуется устроить диверсию на территории соседей. Это не так просто.

— Юрий Борисович, у вас в глазах не троится? Я ведь вам не Таманская дивизия! — пришлось тоже пренебречь вежливостью, конкретные вещи лучше конкретно и обсуждать. Как и положено двум конкретным пацанам.

— Так ведь и там не настоящая военная база и даже не особо охраняемый объект. Такие же люди, как и вы. Такие же непрофессионалы. Так что шансы равны.

— И я вообще-то не агент ноль ноль семь, поэтому не могу ничего обещать. Единственное, что точно мог выполнить, — это наблюдение, сбор информации о противнике. Но вот самому лезть внутрь… У вас специально обученных людей нет?

— Алексей, вы прекрасно знаете, что их нет! И вы справитесь не хуже любого другого, может быть, даже лучше. Я рассчитываю на вас.

Потому что никого другого в этом деле не использовать… А Колмогоров — он и так покойник, какой с него спрос? Если что, уйти в несознанку: это его собственная инициатива, знать не знаю, почему он еще жив. Алексею не нужно было слышать эти слова, на месте Главного он произнес бы их сам.

— Выглядите вы неплохо, форму не потеряли… — Грицких решил снизить градус беседы, к тому же добавить Алексею уверенности в себе. — Не считая шрамов, вам пошло на пользу сменить обстановку. Насколько я понял, личная жизнь у вас не изменилась, Елена…

— Да, Лена свой выбор сделала. Вероятно, я для нее слишком уж немолод, ровесник оказался привлекательнее.

«И если мои тридцать три — глубокая старость, то тебе, плесень, давно на том свете прогулы ставят!» Алексей готов был высказаться еще резче, не стоило Привратнику напоминать о Лене, едва сдержался. Любое слово о ней причиняло боль, а тут снова соль на рану сыплют. Свежую, между прочим, рану.

— Очень жаль. — Главный помолчал, не зная, что добавить. — И все-таки о деле… Вам нужно отследить, как охранники перемещаются внутри, есть ли система.

— Если бы я знал более предметно, что мне предстоит сделать, то вел бы конкретное наблюдение. Я уже всё соседнее поселение стал узнавать по мордам противогаза! Три раза в сутки — обход вдоль заграждения.

И несколько стратегических объектов всегда под контролем: вентиляция, надстройка над артезианской скважиной и, естественно, электростанция. Три вышки, обзор территории не полный, но они следят только за турбинами. В жилом секторе отдельная система безопасности.

— Вы уже нашли слабые места? Где можно попасть внутрь? — многочасовые скучные наблюдения располагают к мыслям не по теме, а уж у Алексея тем более.

— Я не получал такого задания. Но, естественно, нашел.

— Так я и думал.

— И я думал, что именно в этом и состоит задача. Просто почему-то вы не хотели ее до сих пор конкретизировать.

— Теперь всё будет предельно конкретно. Мне нужно, чтобы в жилом секторе произошел взрыв, по возможности разрушительный. И чтобы он произошел в определенное время. Думаю, технически вы не увидите тут ничего невозможного.

— А не технически? — Алексей удивленно поднял брови и даже не мог сразу найти слов. Довести его до такой растерянности было непросто, но Главному Привратнику удалось.

— Вот только про мораль сейчас не надо!

— Продолжайте, Юрий Борисович, нравоучений не будет — не мне их вам читать. Совесть в анабиозе, но мозг ждет информации.

— Начну с самого начала… Совет теряет силу, и этому снова поспособствовали вы, Алексей. Без Нестерова и Никитина осталось всего трое, и Лапин сейчас выведен из строя. С задачами такой триумвират справлялся, но моя новая политика вызвала у некоторых недовольство.

— Я немного отстал от жизни, какая новая политика?

— Пришлось уже не ограничиваться простой повинностью охраны отбывать дежурства на посту и следить за порядком: сделать эту службу регулярной. Теперь охранники бункера, можно сказать, занимаются этим профессионально.

— Внутренние войска? — не сдержался Алексей. Всё давно шло к тому, и Нестеров стоял на пути не только у него. Ищи, кому выгодно… Старик думает, что нашел союзника, по меньшей мере человека, способного понять такие цели. И средства тоже.

— Да, именно, внутренние войска… При этом мы имеем единственную силу, способную им противостоять, — сталкеров во главе с их командиром отряда Серяковым.

— Я еще не понимаю, как взрыв капонира может устранить командира отряда сталкеров.

— Это прекрасно, потому что никто и не должен этого понять. Но думаю, что через пару ходов и вы разберетесь. Итак, взрыв на территории соседнего поселения… В этот момент я должен присутствовать там. И я буду.

— Теперь понятно, каким краем этот взрыв зацепит и наш бункер, — Алексей уже ясно видел классический прием «внешний враг», но не видел самого врага. Старик достал что-то из кармана.

— А вот это должно остаться на месте теракта.

Кованый нож лесного поселенца был Алексею не знаком, но предположить не трудно.

— А это направит обвинения по ложному следу.

— И направите вы…

— Да. Решить проблему я отправлю командира отряда сталкеров. Оттуда он уже не вернется.

— Юрий Борисович… А чрезмерная сложность еще не признак маразма? Не тяжела артиллерия против политической оппозиции?

— Теряете хватку, Алексей. Не в командире Серякове дело… Он не мешает мне жить, но может помешать в перспективе.

— И ее вы сейчас создаете?

— Да. Нужно объединить людей.

— Впервые слышу о политике «объединяй и властвуй». Что-то новенькое изобрели, Юрий Борисович, — помирать пора, а все туда же, думает об усилении власти. Видно, других радостей в жизни не осталось. Впрочем, иронизировать над этим Алексею расхотелось, и сам другого интереса в жизни не нашел. Еще точнее — потерял все остальные.

— Сначала надо объединить, а разделить еще успеем. И вот тут для вас начинается самая важная часть.

— Куда ж еще важнее, чем стать камикадзе? Боюсь, что взрывчатка сработает у меня в руках раньше времени… Нет, «боюсь» не то слово — уверен, потому что никогда с ней не работал.

— Ничего сложного, освоитесь… Вы хорошо помните нападение на бункер или всё затмила проблема с Леночкой?

— Не всё, я помню.

— Значит, должны помнить, что особых примет и уникального вооружения у этих людей не было. Придется разыграть столкновение с противником, но, если командир сталкеров будет убит простой автоматной пулей, никто не удивится. Потом, ближе к лету будем искать, где этот наш противник обитает на самом деле, а для начала придется его выдумать. Мне понадобится и ваша помощь, Алексей, но дальше будут действовать уже другие люди. И вот когда этот враг будет уничтожен…

— Тогда вы найдете нового. Не в моем лице, надеюсь?

— Нет. Тогда вы будете полностью реабилитированы. Я подключу вас к этой операции уже совершенно законно.