– Всем правителям приходится так или иначе принимать непопулярные решения. Вот и ваши недавние распоряжения настроили против вас некоторых из жителей этого славного города.
Креллис пожал плечами.
– Не все способны понять, что им во благо, а что во вред.
Льюлем похлопал в ладоши.
– Так говорит и император.
– В процветающем городе голоса недовольных стихают быстро.
– Верно.
Процессия в молчании проследовала вдоль Черного озера, заканчивавшегося парой массивных ворот, за которыми находились восточные шлюзы. В щель между огромными деревянными створками просачивались лишь тоненькие струйки. Посланник склонился над перилами. Размеры резервуара были таковы, что позволяли находиться в нем десяти кораблям одновременно. Сейчас здесь стояли только четыре судна.
– Ворота открываются, когда вода достигает необходимого уровня! – прокричал, перекрывая шум, Креллис. – Тогда корабли, идущие на запад, отбуксируют в Черное озеро и далее вниз по шлюзам. Идущие в восточном направлении войдут сюда же, потом воду спустят. Для того чтобы они попали в Летнее море, процедуру нужно повторить шесть раз.
Внимательно выслушав объяснения, старичок улыбнулся:
– Ваши шлюзы поистине великолепны. Император будет счастлив узнать, что его океану найдено столь хитроумное применение. Однако ж идемте, я сгораю от желания увидеть доки.
Креллис размял пальцы. Он бы предпочел заняться другими, более насущными делами, но политические игры требуют терпения, а потому брат Осени повернул к предваряющим ступеням. Посланник с супругой последовали за ним. Они успели сделать лишь несколько шагов, как грохот воды внезапно стих. В сменившей шум воды зловещей тишине был слышен лишь звон падающих с потолка капель.
Креллис заглянул в резервуар. Вода еще не достигла требуемого уровня, а потому перекрытие ворот не предвещало ничего хорошего.
Несколько человек, пробежав по сомкнувшимся створкам, спрыгнули в проход и приближались к Креллису и его гостям.
Льюлем зааплодировал.
– Тролли! Это, должно быть, и есть тролли.
– Физендрийская шваль,– сказал один из рабочих. Креллис нахмурился, но не стал ни останавливаться, ни прибавлять шагу. Посланник впервые за время экскурсии притих.
– Ты мне не брат, – произнес голос за спиной. Креллис продолжал идти. Льюлем поспешал за ним, постоянно оглядываясь. Жена посланника не поднимала глаз от земли.
Голоса звучали все громче, насмешки язвительнее, но брат Осени остановился только тогда, когда путь им заблокировала еще одна группа. В свете фонаря мелькали мрачные, суровые лица.
Льюлем выпустил рукав Креллиса и подался к супруге, которая не проявляла к происходящему ни малейшего интереса.
– Хотите что-то обсудить? – громко спросил Креллис.
Из толпы выступил верзила, на левой руке которого отсутствовали несколько пальцев.
– Мы не хотим видеть тебя здесь, – прорычал он.
Физендриец расстегнул рубашку, обнажив сияющий на груди алмаз.
– Пусть тот, кто думает, что я не заслуживаю этого камня, выйдет и заберет его у меня.
Толпа молчала. Несколько человек переглянулись, однако предпочли остаться на месте.
Тень улыбки скользнула по губам брата Осени.
– Смелее. Вас много. Здесь темно. И ступени вы знаете лучше. Если я недостоин править Огндариеном, убейте меня здесь, и делу конец.
Рассмотреть в темноте выражения лиц было невозможно, но, по крайней мере, смельчаков не нашлось.
– Ну же, лучшего шанса у вас не будет.
Тролли молчали, как будто проглотили языки. Никто даже не шевельнулся.
– Наверно, я не так уж и плох в глазах Огндариена.
Сделав гостям знак следовать за ним, он решительно направился в самую гущу толпы. Рабочие посторонились, давая ему пройти, а вот Льюлему повезло меньше – его толкнули в спину.
– Дрянь! – прошипел кто-то.
Того, что произошло дальше, никто не ожидал. Шелка взметнулись. В полусвете блеснул клинок. Брызнула кровь. Тролль пронзительно вскрикнул. Отрубленная рука глухо ударилась о мокрые камни, а тот, кто ее потерял, отшатнулся, потерял равновесие и, перекувырнувшись через перила, полетел в воду.
Проделавшая это женщина медленно выпрямилась и застыла, неподвижная как статуя, держа перед собой окровавленный меч. Толпа подалась назад, отхлынула и раскатилась.
Креллис шагнул к подрагивающей на камнях руке и, поддев носком сапога, сбросил в воду.
– Видите, отец? Я же говорил, что мы составим отличную команду. – Он помолчал. – Продолжим?
Льюлем ухватился за рукав Креллиса. Его супруга двумя быстрыми движениями вытерла лезвие о подол, спрятала меч под складками платья и зацепилась двумя пальцами за рукав мужа. Глядя на эту тихую, потупившуюся женщину, никто бы не поверил, что она только что убила человека.
– И может быть, нам пора поговорить о вашей миссии? – спросил Креллис.
– Пожалуй, – согласился посланник.
ГЛАВА 11
Восход еще не наступил, и земля дышала прохладой, но скрывающееся за горизонтом солнце обещало еще один знойный день. Колесница Оссамир катила по выжженной пустыне, огромному морю песка с редкими островками жалкой растительности. Утренний ветерок ерошил короткие черные волосы под золотой диадемой на голове прекрасной королевы. В глубоком вырезе платья мелькали ее груди, и каждый раз, поворачиваясь к ней, Брофи приходилось бороться с острым приступом мгновенно вспыхивавшего желания. С той ночи любви прошло уже две недели, и за это время он видел королеву лишь мельком.
Иногда, ворочаясь от бессонницы на раскачивающейся кровати, он задавался вопросом, не было ли все игрой воображения, отсроченным эффектом яда, проникшего в организм с жалом скорпиона. Руки помнили бархатистую нежность ее кожи. Тело жаждало жара ее бедер. Быть с ней, быть в ней, обнимать ее – ничего другого он не хотел. Но вот пришел день, и нежную, страстную Оссамир его снов и грез сменила прекрасная, но холодная статуя.
Стиснув деревянный поручень, Брофи снова и снова приказывал себе не поворачиваться к ней, не смотреть на нее. Колесница несла их через пустыню восточнее Физена к тому месту, откуда начиналась игра. Оссамир хотела, чтобы он взял на подготовку хотя бы два месяца, но Брофи уверил ее, что уже готов. Над Огндариеном нависла угроза вторжения. Если победа в состязании сулит шанс помочь родному городу, он не может позволить себе ждать. Как ни странно, королева не возражала, но лишь пожала плечами и пообещала внести его имя в заявочный список.
Они проехали мимо громадных солнечных часов, выглядевших несколько неуместно посреди голой пустыни.
– Обрати внимание, – сказала Оссамир, вытягивая руку в направлении громадной каменной фигуры феникса. – Отличившимся в прошлой игре дается преимущество на старте. Например, феникс прошлого месяца имеет перед жуками гандикап в полмили.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
