– Мне это не нравится, – заявил Дрю. – Совершенно не нравится. Еще раз говорил с шаманом? Но скажи ради всего святого, зачем тебе это было нужно? Что еще мог сказать тебе этот протухший Лесовик? Это сумасшествие, Гектор!
– Я разговаривал со своим отцом, – тихим дрожащим голосом ответил Гектор. – Мне нужно было попрощаться с ним.
Дрю замолчал, опустил плечи. Его окатила горячая, разрывающая сердце волна сострадания к другу. Он подошел к Гектору, обнял его, прижал к своей груди.
– О, Гектор, – прошептал Дрю, а Борлорд начал всхлипывать. – Мне так неловко. Я… я не догадывался…
– Ты не знал, – шмыгнул носом Гектор. – Мне совестно, но мне необходимо было попрощаться с отцом, нужно было удостовериться, что его душа пребывает в покое. Он получил покой. Получил, Дрю. И он хочет, чтобы я простил моего брата, веришь?
– Верю, хотя не без труда. Очевидно, Винсент сделал то, что, как он полагал, будет лучше для всей вашей семьи.
– Для него самого, – отрезал Гектор. Было видно, что он не готов к такому всепрощению.
– Как ты сумел поговорить с ним? – спросил Дрю.
– На этот раз забрался внутрь круга. Это не опасно, когда общаешься с тем, кого любил и кто любил тебя. Опасно, когда нарушаешь линию, контактируя с душой злого человека. А призрака своего отца я не боялся. Теперь он может спать спокойно, Дрю. Спокойно.
Гектор потер засохший на левой ладони воск, который отваливался большими комками. Черная метка на ладони осталась, и даже увеличилась из-за свежих ожогов воском.
– А ты теперь успокоишься, Гектор?
– Не понимаю, что ты хочешь сказать, – смущенно ответил он.
– У тебя в последнее время было немало забот, дружище. Ты потерял все, и во многом по моей вине.
– Дрю, – сказал Гектор, кладя ладонь на плечо друга. Его глаза неожиданно вспыхнули, а голос стал уверенным и громким. – Мои утраты и моя боль ничто в сравнении с тем, что выпало на твою долю. То, через что ты прошел – и выжил, – не укладывается у меня в голове. Я бы не смог. Мне кажется, ты сам не понимаешь, насколько важна предназначенная тебе роль.
Дрю начал качать головой, но Гектор продолжал:
– Семиземелье Лиссии расколото на куски благодаря Леопольду, который все крушит своей алчностью, жестокостью и беззаконием. Я знаю, ты не стремился быть героем, но даже как человек, ставший героем в силу обстоятельств, взгляни, что ты уже успел сделать для людей.
– Ровным счетом ничего.
– Нет, ты спас жизнь старому следопыту и его ученику. Ты показал жителям Оукли, что они могут подняться с колен. Ты победил Змею, разгромил ее подданных – Лесовиков и спас жизнь Гретхен. А еще помог трусливому Борлорду приобрести твердость. Ты оказываешь влияние на всех, с кем входишь в контакт. А дальше возникает эффект брошенного в пруд камня – твое влияние начинает распространяться, как круги по воде. Только представь, чего ты можешь достигнуть, если бы у тебя был план.
– План?
– Да. Ты позволил судьбе завести тебя так далеко и поставить в нынешние условия. А народ Лиссии жаждет увидеть героя, который восстанет против короля. До твоего появления казалось, что такой герой никогда не появится. В Редмайре я читал книги по истории и старинные предсказания. Там есть пророчества о нашем времени, или «Эпохе Кэтлордов» – правителей из рода кошачьих. Тогда пробудятся драконы, мертвые будут ходить по земле, великие войны и бедствия распространятся повсюду. Насколько верны эти пророчества? Не знаю, одно могу сказать, большинство магистров склонно верить им. А еще в старинных манускриптах говорится о Рыцаре Света, который восстанет против сил Тьмы. И я думаю, что этот рыцарь – ты, Дрю.
Дрю улыбнулся, однако Гектор вовсе не шутил. Он говорил убежденно, взахлеб, лишь иногда шмыгая носом, когда утирал слезы. Дрю впервые видел, чтобы его друг говорил с такой страстью в голосе. Гектор казался слегка не в себе – может быть, он слишком много времени провел внутри магического круга?
– Свет и Тьма?
– Верно. В старинных книгах написано, что когда Семиземелье расколется на части, произойдет великая битва между Днем и Ночью, между Светом и Тьмой.
– Стало быть, Тьма – это король?
Гектор пожал плечами и не дал точного ответа.
– Гектор, – продолжил Дрю. – У тебя слишком буйное воображение. Не обижайся, но я, честно говоря, не верю в пророчества. Я обычный недалекий сельский парень, с невероятной легкостью попавший в руки своих врагов. Глупее, чем попасть на это судно, было бы только самому отправиться в Хайклифф и постучаться в двери короля Леопольда.
– Судьба – занятная штука. Возможно, тебе предначертано оказаться в Хайклиффе. Каждое событие имеет свою причину.
– Мне кажется, ты переутомил свою голову, дружище. Не лучше ли тебе немного отдохнуть? Да и я порядком устал.
Но Гектор словно не слышал своего друга и продолжал гнуть свое.
– Я верю в тебя, Дрю. Понимаю, ситуация кажется совершенно безысходной, но я твердо верю в то, что твоя история не закончится в Хайклиффе, в руках короля. Не думаю, что ты уже исполнил свое предназначение.
– Хотел бы я быть таким же оптимистом, как ты.
С палубы донесся сигнал горна, возвещающий о том, что граф Вега вернулся на судно. Этот сигнал прервал разговор друзей.
– Живее, – сказал Дрю, прикрывая ковриком знаки на полу. – Здесь нужно все зачистить. Не думаю, что капитан придет в восторг, если узнает, чем ты занимался на борту его судна. Моряки – самый суеверный народ на свете. Если матросы прознают, что ты балуешься черной магией, они, скорее всего, без всяких проволочек вышвырнут тебя за борт, в жертву своему милому кракену по имени Соша!
Дрю принялся убираться, а Гектор сграбастал все свои бумаги и запихал их в дорожную сумку. Дрю протянул ему поднятую с пола длинную черную свечу.
– Спасибо, Дрю, – сказал Гектор, улыбаясь и смахивая с ресниц последние слезы. К радости Дрю, сейчас он стал выглядеть намного спокойнее, чем несколько минут назад.
– И давай закончим на этом, а, Гектор? – попросил Дрю. – Мне не хочется даже думать о том, что ты можешь вляпаться в какую-нибудь новую неприятность. К тому же, как ты сам сказал, ваше прощание с отцом уже состоялось.
– Обещаю, – шмыгнул носом Гектор, припрятывая свечу на дно сумки.
Глава 5
Багровое море
Вернувшись назад на палубу, Дрю присоединился к Гретхен, которая наблюдала за тем, как с берега на корабль возвращается на шлюпке граф Вега. Весь экипаж «Мальстрема» собрался на одной стороне палубы, чтобы приветствовать своего капитана, когда тот поднимется на борт. Жилистый коротышка Фиггис готовился сбросить вдоль борта веревочную лестницу для людей в шлюпке. На веслах в шлюпке гребли шестеро матросов, а пиратский принц с самодовольным видом сидел на корме. На берегу Вега провел все утро – вполне достаточно, чтобы обсудить все деловые вопросы с местным губернатором. Посреди шлюпки стоял большой бочонок с ромом – плата за мерзкие услуги, оказанные губернатору Вегой. Завидев этот бочонок, матросы на палубе «Мальстрема» притихли в радостном предвкушении.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
