Читаем без скачивания Красный Бубен - Белобров-Попов

2

Алиев заехал в сарай, закрыл за собой ворота и запер их на засов.

Прошел в избу. Изба была русская, а обстановка, по возможности, азербайджанская. На стене висел восточный ковер. Под ковром – диван-кровать, застеленный полосатым покрывалом. В углу – резная расписная тумбочка с орнаментом. На тумбочке – бронзовая ваза с длинным узким горлышком. На другой стене – чеканка: аллегорическое изображение Баку в виде лица азербайджанской женщины и нефтяной вышки. Еще в комнате были застланный ковриком сундук и сейф.

Мурат Рашидович повертел на пальце четки и сунул их в карман, а из кармана вытащил перетянутую резинкой пачку денег и ключ от сейфа. Убрал деньги в сейф и прошел в кухню. Приготовил чай. Вышел с пиалой на крыльцо, сел на ступеньку.

Он пил чай, глядя в потемневшее небо, и думал об Азербайджане, о своей тяжелой доле, о бизнесе и о Гейдаре Алиеве. Многие в деревне спрашивали Мурата – не родственник ли он азербайджанскому лидеру. И Мурат терпеливо всем объяснял, что Алиев в Азербайджане – все равно, что Иванов у русских.

Алиев поставил пиалу на ступеньку, сунул руку под крыльцо, вытащил оттуда целлофановый пакет с травкой и пачкой папирос «Беломор». Вот это и был его настоящий бизнес. Киоски Алиев держал для вида, они почти никакого дохода ему не приносили. А вот торговля травкой – другое дело. Рискованное, но достойное мужчины дело.

Мурат продул папиросу, заколотил коноплю и закурил. Почти сразу в голове посветлело. Жизнь перестала казаться односторонней и неприятной. Теперь он видел как бы ее всю целиком, и она больше не отталкивала.

Он посмотрел на появляющиеся в небе звезды, на полную луну, на Млечный Путь, и подумал, что вот человек живет в этом огромном мире, как блоха на теле собаки, живет-живет, пока собака живет, а потом собака сдохла и блоха сдохла, никому не хуже и не лучше…

Он добил косяк и прилег на крыльцо, чтобы удобнее было смотреть вверх. В школе он хотел стать космонавтом и полететь к звездам, потому что знал, что когда вырастет, такое будет уже возможно. ПЕРВЫЙ В МИРЕ АЗЕРБАЙДЖАНСКИЙ КОСМОНАВТ В КОСМОСЕ! Потом он повзрослел и понял, что космонавтами становятся не многие, и он, скорее всего, космонавтом тоже не станет. Тогда Алиев решил стать астрономом, открыть новую звезду и назвать ее ВЕНЕРА, по имени своей первой любви Венеры Фатыховны Тимургалеевой, с которой он учился в одном классе. Но еще через несколько лет он понял, что профессия астронома ему не подходит. Астроном – профессия не для всех, не каждый сможет всю жизнь заниматься скучными вещами, чтобы открыть что-нибудь и назвать ВЕНЕРОЙ, которая в космосе и так уже, оказывается, есть. Тем более Венера Тимургалеева к тому времени уже вышла замуж за жирного армяна Вартана Гукосяна…

Короче, когда Алиев вырос, он стал заниматься торговлей, как все взрослые азербайджанцы. И был доволен, пока не началась война в Карабахе. С этого момента всё пошло наперекосяк…

Но, слава Аллаху, вроде бы обратно стало помаленьку налаживаться…

Совсем стемнело и похолодало. Алиев поежился и решил вернуться в дом попить там еще чаю, покурить и лечь спать. Его немного тусовало сидеть на улице.

3

Мурат Рашидович сунул пакет с травой в карман, встал с крыльца, и тут в ворота постучали. Алиев поморщился. Не хотелось сейчас с кем-нибудь иметь дело… Он вздохнул и пошел к воротам.

– Кто тут?

– Мурат Рашидович? – спросил с улицы незнакомый голос.

– Ну, я… Кто это? – Алиев нагнулся и посмотрел в дырочку, но было уже так темно, что ничего конкретного он там не увидел. Только какая-то тень.

– Мурат Рашидович, я от Алика.

– От какого такого Алика? – спросил Алиев, хотя уже понял от какого. Аликом звали его земляка из Тамбова, с которым у них было общее дело. Алик направлял Алиеву проверенных плановых клиентов.

– От Алика Керимова…

Мурат отодвинул засов и приоткрыл ворота.

– Проходи… только быстро…

Человек прошмыгнул мимо Алиева во двор. Мурат запер ворота и повернулся.

– Пошли к дому.

Они подошли к крыльцу. Мурат пошарил рукой по стене, щелкнул выключателем. Над крыльцом загорелась лампочка. Алиев повернулся к незнакомцу.

Молодой парень, лет двадцати пяти, высокий, с длинными светлыми волосами, в кожаной куртке с множеством молний, в ковбойских сапогах и черных джинсах. Из-под расстегнутой куртки выглядывала черная майка с огненными монстрами хеви-металла. А вот лица парня Мурат не видел – парень держался за челюсть рукой. На внешней стороне ладони Алиев разглядел татуировку змеи и надпись готическими буквами

Типичный бездельник, которых в последние годы развелось множество и которые, в основном, и покупали у Алиева травку.

Но что-то Алиеву в нем сильно не понравилось. Он не мог понять, что именно… Но почему-то сразу решил, что это ментовская засада…

– Ты чего за морда держишь? – спросил он.

– Зубы болят, – ответил парень, и Алиев понял, что тот врет.

Ни-че-го-у-не-го-не-бо-лит!

– Понятно. – В голове Мурата быстро завертелись мысли. Нужно было как-то выпутываться. Он решил притвориться. – А чего пришел-то? – спросил он.

– Как чего? Я ж сказал, от Алика!

– От какого Алика?

– Я ж сказал, от Керимова!

– Ну и что дальше?.. Алик велел мне что-нибудь передать?.. Тогда давай и уходи…

– Я за травой.

– Какой-такой травой?! Иди на лужайку за травой, где коровы ее кушают!

– Ты чего?.. Ты чего придуриваешься? – в голосе парня послышалась угроза. – Не придуривайся! У меня времени нет, давай траву! Покупаю!

– Брат… что ты хочешь? – Алиев развел руками. – Я, брат, не понимаю, да… Я спать хочу, брат… Что ты ко мне пришел ночью?.. Приходи днем, чай выпьем… Может, днем, брат, ты мне объяснишь, какое дело у тебя… А то, брат, ты пьяный немного… говоришь непонятно… Давай иди, приходи днем, – он легонько подтолкнул парня к воротам.

– Да ладно тебе мозги-то компостировать, – парень увернулся, неожиданно ловко залез к Алиеву в карман и выхватил оттуда пакет с травой. – Вот она! Вот какая трава! В кармане у тебя лежит! Ого! – он повертел перед собой пакетом. – Да тут много!

Алиев побледнел, и на лице у него выступили капельки пота. Он растерялся. Он не ожидал такого поворота. Парень сунул Алиеву в руку несколько купюр.

Раздался грохот. Ворота полетели на землю, и во двор ворвались еще несколько фигур. Когда они приблизились, Мурат разглядел двух солдат в плащ-палатках и нескольких молодых людей в кожаных куртках.

– Понятые! – закричал один солдат. – Вы являетесь свидетелями купли-продажи наркотиков! Только что на ваших глазах этот гнусный торговец зеленой смертью продал русскому парню мешок травки! Купюры помечены. – Солдат подбежал к совсем обалдевшему Алиеву и выхватил у него из рук деньги.

Алиев сел на крыльцо.

– Слушай, брат, ты что гаваришь, да? Я тебя первый раз тут вижу, да! – Он вытащил из кармана четки. – Этот кто такой вообще пришел? Пришел тут… чего он принес, я не знаю… Дэнги мне сует!.. Зачем мне его дэнги? Мне чужой дэнги не нада! Я честный человек, сам себе дэнги зарабатываю! Я свободный предприниматель, понял?! Мне чужой дэнги не нада! Я лучше сам их заработаю! А этот пришел ночью, я спать хатэл, принес травы, дэнги! Зачем принес? Нэ панимаю!.. Я ему гава-ру: зачем принес мне? Унэси атсюда! А тут ты, началник, прибежал, мене гаваришь непанятный вещь! Что случилась?! Пачиму варота сламали? Зачем дэнги мене давал? У мене дэнги есть! Я сам могу дэнег давать!.. – он посмотрел на солдата снизу вверх. – Дэнги – вода, сэгодня есть – завтра нэт!

– Ага! Ты, значит, чурбан, взятку предлагаешь?! Понятые, слышали? Он мне предлагал деньги!

– Зачем предлагал?! Зачем абижаешь меня? Я сказать не это!

– Не юли, падло, – солдат вытащил из-под плащ-палатки автомат с круглым магазином и ударил Алиева прикладом в лоб.

Алиев отлетел к двери. Он понял, что менты настроены решительно.

Понятые зааплодировали и заулюлюкали. Подошел второй солдат.

– Да что ты, Мишка, с ним возишься? И так всё понятно. Ты что, не знаешь приказ?

– Что за приказ еще?

– Лица, замешанные в распространении наркотиков на территории России и не являющиеся гражданами России, могут быть расстреляны на месте в пределах соответствующей квоты. Допустимая квота – десять-пятнадцать преступников в день, исключая крупные населенные пункты и другие места скопления граждан, где квота может быть увеличена до размеров, необходимых для решения задачи. Приоритет отстрела – лицам кавказской, среднеазиатской, прибалтийской и восточнославянской национальностей, а также малочисленных народов Крайнего Севера.

– А этих-то за что?

– За мухоморы. – Второй солдат сделал шаг в сторону Алиева. – Перед нами явный представитель лиц кавказской национальности без регистрации и прописки, – он вытащил автомат и передернул затвор. – Именем Союза Советских Социалистических…