— Ох, ты это еще узнаешь, — ухмыляется он, вставая и отворачиваясь, чтобы поправить себя в штанах. — Давай, пойдем, покормим тебя. Я все время буду держать тебя за руку.
— Это может создать некую неловкость при приеме пищи.
— Окей, умняшка, буду держать тебя за руку столько, сколько это будет возможно. А потом, когда придем к тебе, ты сможешь собрать вещи на ночь, мы вернемся сюда и проведем остаток дня, читая на диване. Я приготовлю что-нибудь на ужин, а потом ты сможешь остаться на ночь.
— Похоже, это будет прекрасный день. Сможем почитать обнаженными? Ну, как когда Ана и Нед отправились в свадебное путешествие в «Согласна, не согласна»?
— Можешь попытаться, но я могу с уверенность сказать тебе прямо сейчас, что не осилю ни одной страницы, если окажусь с тобой в одной комнате без одежды. Может быть, даже и предложения.
Я смеюсь, когда он переплетает свои пальцы с моими, поднимая меня с дивана.
— Вызов принят.
Мы на улице, моя рука в руке Люка, и это кажется самой обычной вещью в мире. Сколько раз я хотела прикоснуться к нему на публике или отстранялась в последний момент, когда уже тянулась к нему, это должно шокировать — наконец-то идти по улице, взявшись за руки. Но не шокирует — это прекрасно. Это так правильно.
— Я когда-нибудь говорил тебе, что мне потребовалось по меньшей мере пятнадцать минут, чтобы набраться смелости подойти и заговорить с тобой?
— Правда? — я смеюсь. — Тебе потребовалось столько времени, чтобы придумать «Что читаешь»?
— Ты помнишь?
— Конечно, помню.
Он не отпускает меня, когда мы заходим в «Солнечное сияние». Я не испытываю никакой нервозности, но все равно ценю то, как ободряюще он сжимает мою руку. Нет, никаких нервов. Я чувствую себя его гордостью и радостью. Кэти наблюдает за нами с того места, где она наливает взбитое молоко в латте, и вытягивает ногу, чтобы подтолкнуть Джо, которая смотрит на нас обоих. Ее лицо озаряется, и она начинает тихо хлопать в ладошки, стоя за кассой.
У меня дома он тоже не отпускает меня, крепко сжимая руку, пока снимает ботинки. Он вытаскивает одну руку из рукава, а затем перехватывает меня за другую руку, чтобы снять куртку со своего плеча, не разрывая нашего контакта. Она падает на пол, и он наклоняется, чтобы поднять ее, его большой палец медленно водит кругами по моей коже. Я почти готова упасть в обморок, это лучшая прелюдия в моей жизни.
Я веду его в свою комнату и притягиваю к себе, чтобы он лег рядом со мной. Не могу перестать улыбаться, и мы не торопимся, смотрим друг на друга, нежно целуемся, гладим лица друг друга, словно не можем поверить, что это происходит на самом деле.
— Сколько Книжных Парней у тебя было в этой постели? — шепчет он.
— Ох, сотни.
— А сколько ночей ты думала здесь обо мне?
— Ну-у-у, несколько, — поддразниваю я.
— Всего несколько? — он кусает меня за бедро, и находит отличный повод задрать мой топ и просунуть руку под него. Теплые пальцы скользят по моей коже, мнут, царапают, гладят.
— Может быть, несколько сотен.
— Мы знакомы с тобой не так уж много дней.
— Ох, но я же нежусь в постели по нескольку раз за день, Люк. — Я переворачиваюсь на спину и начинаю считать по пальцам. — Ранний вечер, поздний вечер, середина ночи, первое, что я делаю утром. Ну, и я большая фанатка послеобеденного лежания.
— Даже не знаю, признаешься ли ты в том, что ты невероятно ленивая или невероятно пошлая.
— Определенно и то, и другое.
— И что ты обо мне думала? — спрашивает он, проводя большим пальцем по моим губам.
Я смеюсь, и смущенный румянец заливает мне шею.
— О стольких вещах, что даже и не знаю, с чего начать.
— Ладно, расскажешь мне попозже. Если ты расскажешь мне об этом сейчас, мы можем так и не вернуться ко мне. — Он обхватывает сгиб моего колена, закидывая его себе на бедро, прежде чем перекатиться через меня. Его колени почти без усилий раздвигают мои бедра, и я хочу навсегда запомнить этот момент. Свет из окна, его запах, находящийся так близко, его большие пальцы, ласкающие нежную кожу на моих запястьях, пока он прижимает их по обе стороны от моей головы. Мой пульс учащается от его прикосновения.
— Ты хорошо так смотришься.
Мои ноги инстинктивно обхватывают его спину. Я приподнимаю бедра, чтобы прижаться к нему, но он садится на колени и обхватывает меня за талию, вдавливая в матрас.
— Нет.
— Ну почему нет? — я ною. Я так нуждаюсь в этом мужчине.
— Хочу тебя в своей постели. — Он слезает с меня и вообще встает с кровати. — Собирай вещи, чтобы я мог, наконец-то, отвезти тебя домой.
Я сжимаю в кулаке одеяло и мечусь по нему.
— Но я не могу ясно мыслить.
— Книга, расческа, нижнее белье, сменная одежда. Возьми пижаму. Или нет. Ее ты сегодня вечером не наденешь.
— Не надену?
— Определенно нет. Но захвати запасные вещи, чтобы у тебя всегда были они в моем доме.
Глава 42
Кара
Я прижата к стене в прихожей Люка, а он пожирает меня взглядом, заставляя комнату кружиться, позвоночник тает, спина выгибается дугой, и мы отчаянно целуемся. Мы здесь с тех пор, как только прошли в дверь, его руки лежали на моей пояснице, мои пальцы были в его волосах. Я всхлипываю, когда он скользит по моим бокам, обхватывая мои груди через рубашку, соски ноют и становятся чувствительными к его прикосновениям. Я так сильно хочу его, я хочу, чтобы он был раскованным, я хочу его прямо сейчас.
— Мечтал поцеловать тебя здесь. — Он стонет, прижимаясь губами чуть ниже мочки моего уха. — И здесь. — Целует еще одно местечко, где моя челюсть встречается с шеей. — И здесь. — Облизывает впадинку у горла. Я могла бы неделями наслаждаться любым из этих поцелуев. — Хочу, чтобы наш первый раз вместе был…
— Эм… — я прижимаю руку к его груди и отталкиваю его от себя, заглядывая ему в лицо. — Не хочу показаться занудой, но у нас уже был секс. Или ты забыл? Потому что я — нет. На самом деле, я думала, что это было незабываемо.
Жаль, что я не могу сфотографировать то, как он прикусывает губу, когда улыбается.
— Нет, не забыл. — Он убирает волосы с моего лица, заправляя их за уши. — Но в ту ночь ты была счастлива притвориться, что я Мэттью, а на этот раз я хочу, чтобы ты знала, что это лишь я.
— Я знала, что это ты. Конечно же, знала. — Я расстегиваю его толстовку и запускаю руки под его мягкую серую футболку. Чтение — последнее, о чем я думаю, хочу провести остаток дня просто прикасаясь к нему повсюду, поэтому для меня словно пытка, когда он убирает руки и опускает их по бокам.
— Люк! Ну почему ты не позволяешь мне прикасаться к тебе? — я топаю ногой, а он смеется, но все равно не дает мне того, чего я хочу.
Он слегка целует меня в макушку и уходит на кухню.
— Хочу смаковать каждый кусочек сегодняшнего дня.
Я бросаюсь за ним, нетерпеливая, не желая отдаляться от него больше, чем на несколько дюймов после того, как так долго держалась на расстоянии. Не понимаю, как он может быть таким спокойным и терпеливым в том, о чем я всю ночь мечтала и лежала без сна. Я следую за ним вдоль кухонного островка и обнимаю сзади, пока он наполняет два стакана водой.
— Послушай, это же не одноразовая акция. Мы можем сделать это сейчас, и можем повторить позже вечером. Мы можем заняться этим завтра, можем заниматься этим каждый день, если хочешь, но прямо сейчас с меня хватит смакования. — Он отодвигается от меня еще дальше, но я вижу, что ему это нравится, поэтому продолжаю, просовывая пальцы ему за пояс и притягивая его обратно к себе. Он издает пронзительный вскрик, от которого мы оба покатываемся со смеху, и он вырывается из моих объятий. — Я не слишком горда, могу и поумолять, Люк. Я уже достаточно долго ждала, мне нужен твой язык у меня во рту и твои руки…
Тогда мое желание сбывается. Он резко поворачивается, а я врезаюсь в него, полностью в его власти, когда его руки запутываются в моих волосах и оттягивают мою голову назад, а его язык вовлекает меня в отчаянную борьбу.
