Читаем без скачивания Повелитель бурь - Е. Юань

на шутку опасался, что Заратул почует его след и запеленгует координаты, а потому благоразумно не стал задерживаться.

С его нынешним рангом и арсеналом перспектива лобового столкновения с Заратулом уже не вселяла былого трепета, однако нарваться на внезапную засаду юноша совершенно не желал. Для Потусторонних Пути «Провидца» наличие заготовленного плана и его отсутствие — это две разительно отличающиеся пропасти. Засвети он свои координаты и промедли с отступлением, ему бы неминуемо пришлось скрестить клинки с параноидально подготовленным мастодонтом, находясь в абсолютно уязвимом положении. Исход подобной сечи читался кристально ясно: даже увенчав себя титулом владыки «Замка Истока» и имея в запасе шанс на воскрешение, риск бесславно сгинуть с концами оставался пугающе высоким.

Ко всему прочему, одному богу известно, в каком нынче состоянии пребывает Амон. Висит ли у Него на хвосте «Истинный Творец», или же «Богохульник» в любую секунду может вынырнуть прямо из-под земли, чтобы «умыкнуть» всё до последней капли?

Ведомый этими прагматичными расчетами, Клейн в очередной раз отправился в странствие.

…………

Графство Южный Уэльс, подвал одного из особняков.

Жалкая горстка уцелевших в династии Авраам Потусторонних седьмой Последовательности, повинуясь загодя назначенному сбору, сошлась в этом укрытии.

— … Таков нынешний расклад, — Дориан Грей слово в слово, без малейшей утайки пересказал послание мистера «Дверь», переданное его ученицей Форс. — Долгие столетия изгнания под гнетом глухой печати окончательно свели пращура с ума. Лишь изредка на Него снисходит просветление, но даже тогда прямой диалог чреват фатальной угрозой: Его бред насквозь пропитан леденящей, сводящей с ума порчей.

Один из присутствующих — мужчина в очках с золотой оправой, до боли напоминающий респектабельного профессора — тяжело вздохнул:

— Выходит, подлинная истина такова…

На его лице проступила едва уловимая тень смирения. Казалось, он наконец-то позволил себе принять тот факт, что свинцовое проклятие, выкашивающее их род, берет исток в истошных мольбах собственного праотца.

Выдержав секундную заминку, мужчина с непоколебимой, фанатичной твердостью отрезал:

— Нам кровь из носу надлежит нащупать способ вырвать пращура из этого капкана. Лишь тогда роковая печать спадет с наших плеч окончательно и бесповоротно.

— Верду, ты совсем слетел с катушек⁈ Вытащить в реальный мир безумного Короля Ангелов — это чистой воды самоубийство, которое сотрет весь наш род в порошок! — не выдержав, взорвался гневной отповедью Дориан.

Мужчина по имени Верду обвел тяжелым взором остальных сородичей и, сурово сдвинув брови, процедил:

— Именно поэтому нам следует ковать железо пока горячо! Вытащить Его обратно в материальный мир, покуда в Нем еще теплятся остатки рассудка!

— Стоит Ему сбросить оковы изгнания и вырваться из-под печати, опираясь на солидный багаж якорей, Он неминуемо, дюйм за дюймом придет в норму.

— Дориан, ты погряз в упадничестве! Ты напрочь забыл о былом величии нашей династии, о том, как мы возвышались на самой вершине Северного и Южного континентов. Твой удел — жалкое, безмятежное прозябание на дне! Ко всему прочему, кто поручится, что этот твой господин «Шут» будет служить нам вечным щитом? Быть может, однажды Он, уподобившись семерке ортодоксальных божеств, попросту оглохнет к львиной доле наших мольб!

Дориан провалился в глухое, звенящее безмолвие, после чего парировал:

— Как бы там ни было, эти риски до смешного ничтожны на фоне затеи по освобождению пращура. С тех самых пор, как я присягнул господину «Шуту» и начал истово возносить Ему молитвы, «бред полнолуния» ни разу не потревожил мой разум. Не будь мои годы столь преклонны, я бы уже без малейших колебаний опрокинул в себя эликсир, вознесшись до «Архивариуса» шестой Последовательности.

— Да и при нынешних раскладах, дай мне еще толику времени, шансы на триумфальный прорыв вполне осязаемы.

— Раз уж даже мне, старику, это по зубам, то наше грядущее поколение, и те, кто придут за ними, стопроцентно сбросят с себя эти фатальные оковы. У них появится железобетонный шанс распахнуть врата, ведущие к полубожественному престолу.

Внимая речам Дориана, двое мужчин и двое женщин — все, за исключением Верду — с готовностью закивали, разделяя этот прагматичный подход.

Они уже благополучно перевели часть своих отпрысков в паству господина «Шута». Скрупулезно прощупывая почву на протяжении нескольких месяцев, они воочию убедились в действенности этой божественной эгиды, и теперь сами готовились начать бить челом загадочному Владыке.

Заметив, что лицо Верду перекосило от досады, Дориан заметно сбавил напор:

— Что куда критичнее, провернуть подобный ритуал нам сейчас попросту не по плечу. Любой полубог, к какой бы стезе он ни принадлежал — орешек не из легких. А уж святые из Путей «Провидца» и «Мародера» и вовсе славятся своей дьявольской хитростью, изворотливостью и леденящей угрозой. Даже реши мы лечь костьми и пустить в ход Запечатанные артефакты нулевого класса, загнать их в капкан будет практически немыслимо.

Верду поправил очки в золотой оправе и медленно, с шумом выдохнул:

— Я не стану вставлять вам палки в колеса со сменой веры. Если вам удастся вымолить у этого «Шута» подмогу, дабы спасти пращура — лучшего сценария и не сыскать. Вот только покуда этого не случилось, я костьми лягу, но подготовлю почву для ритуала. Дориан, зарубите себе на носу: сама наша кровь и былое величие рода Авраамов зиждутся на праотце. Не будь Его, не было бы и нас.

— И если это дело потребует кровавой жертвы, я готов первым лечь на алтарь.

Бросив эти слова, он резко поднялся, водрузил на голову цилиндр и зашагал прямиком к выходу из подземелья.

Дориан провожал его спину тяжелым взглядом. Лишь когда гулкие шаги окончательно стихли, мужчина обреченно вздохнул:

— Верду денно и нощно зарывался в оккультные фолианты, отчаянно силясь нащупать радикальный метод излечения. Эта маниакальная одержимость уже, похоже, намертво въелась в его кровь…

Остальные присутствующие сородичи отозвались глухими, солидарными кивками:

— Обожжемся пару раз, осознает, что этот ритуал ему не по зубам, и благополучно остынет…

В самых потаенных уголках душ они и сами лелеяли слабую, призрачную надежду на его триумф, вот только суровая реальность вопила, что шансы болтаются на круглом нуле.

…………

Остров Синяя Гора, где вольготно раскинулся «Город Щедрости» Байам. На территории тайной гавани, в былые времена служившей оплотом Сопротивления.

Бригада работяг, только-только покончившая с прокладкой газовых магистралей, уже изготовилась перевести дух в ожидании казенных экипажей Церкви «Морского бога», должных отвезти их обратно в полис. В этот самый миг их взорам предстали те самые «полугиганты» — по слухам, выходцы с северных островов Фейсака. Исполины мерно чеканили шаг, волоча на плечах свинцово-тяжелые, пепельно-серые каменные блоки.

Всем этим мастеровым уже доводилось гнуть спины на возведении причалов,