Баба нобуфуса все понял без слов.
Эта битва проиграна, им же теперь надо суметь сохранить людей.
Амари как и Итагаки собственной жизнью решил добыть отступление без потерь своим воинам.
Правый фланг под командованием Обу пока держался. А вот центр Такеды таял на глазах.
Харуна понимала, что Нобусина просто не могла начать отступление. Ведь в противном случае, враги погнались бы за ней.
У Нобусины не хватало людей, которые могли бы прикрыть отступление остальных…
Но вот Харуна боковым зрением заметила, как поднимается небольшая пыль, огибая ее правый фланг, где сражались воины Обу.
Быстро посмотрев по сторонам, Харуна не нашла своего стратега.
— Канске! Канске!
— Лорд, стратег повел своих людей…
Сказавший это самурай не мог найти в себе храбрости посмотреть в глаза девушке.
Канске видя что поражение могло стать сокрушительной для Харуны, решился вмешаться.
Пока девушка напряженно следила за битвой, парень собрал своих всадников, пятьдесят самураев.
Его задумка не было гениальной, он всего лишь хотел сделать маневр на подобие Итагаки. По его расчету, выйдя в тыл врага, он мог здорово испугать войска противника. Ведь обе стороны бросили все свои силы в это сражение…
Канске легко обошел Обу с его противниками и направил своего коня в тыл центральной части армий Мураками.
Санада Юкитака заметив всадников, дал знак готовиться.
В это же время, Нобусина уловила, что противник в центре начал мешкаться, а то и вовсе боятся чего-то неожиданного. Увидев в этом удачу, Нобусина начала отступать.
Она не знала, что Канске таким образом купил ей спасение, ценой своих людей.
Канске увидел как приготавливаются воины врага и хотел было повернуть назад, но не тут то было. Да он здорово переполошил их, и мог бы с легкостью отступить. Но парень не учел одного, его воины не ради этого последовали за ним.
Они хотели обессмертить свое имя и были готовы к смерти. Не большая цена, за спасение войска…
Пятьдесят один всадников неслись во весь опор. Но к несчастью Канске, он был по центре построения и не мог убраться из потока самоубийц.
Канске задал скоростной темп своему боевому зверю, пытаясь спастись. Ему бы это удалось, его конь начал отделаться от остальных. Еще совсем не много и парень смог бы повернуть коня.
Но воины решили не отставать от своего лидера и вскоре они сравнялись с ним. Единым клином воины скакали к судьбе рядом со стратегом Такеды. В подобную минуту они даже нашли время восхититься храбрости стратега. «Надо же, какой самоотверженный человек» — думали они.
В это же время Обу тоже начал отступать. Враги не последовали за ним, воины Мураками выбились из сил в этой битве.
Харуна отчетливо видела, как ее войска отступают. Самый большой урон понес центр, а затем ее левый фланг.
Но и у Мураками дело обстояли не лучшим образом.
Весь его отряд стрелков танегасимы были уничтожен. Правый фланг почти полностью разбит, да и всадники понесли не малые потери.
Итагаки и Амари дорого продали свои жизни…
Сражение подошло к завершению, и воины уже не сражались так яростно. Если не считать пятьдесят всадников, которые все еще бились в тылу врага.
Харуна видела как пыль от всадников быстро развеялся…
Ее взгляд невольно упал на кольцо, подаренное Канске.
Харуна все еще верила в чудо. Канске не мог так просто умереть и оставить ее одну в такое тяжелое время.
— Все пройдет. Мы соберем еще людей и заставим Мураками заплатить за это — произнесла девушка тихим шепотом.
Ей еще не сообщили, что Итагаки и Амари больше никогда не предстанут перед ней.
(От автора: Natsuhiboshi — Летняя звезда (Нацухибоши).
Битва закончилась под вечер.
Две противоборствующие стороны выслали переговорщиков, чтобы договориться о не нападении. Ведь последнее что они могли сделать для павших воинов, так это похоронить их на родной земле.
Это сражение было настолько яростным и забрало с обеих сторон много душ, что даже через день оба войска не осмелится продолжить битву. Никто из них не мог назвать себя победителем в этой схватке…
* * *
Крестьянин, по прозвищу Седой, напросился добровольцем. Многие воины с уважением смотрели на него, так как все знали, что отряд красных демонов не отступил перед грозным врагом.
Но подобная слава была неуместна, ведь почти весь отряд остался на ратном поле. В живых остался лишь Седой, да и пару ребят.
Седой шел неуверенно, ноги еле слушались его. Да и другие выглядели не лучше, будто хмельные.
Идя по полю, никто не решался проронить и слова. Увиденное навсегда останется в памяти живых.
Поле было засыпано телами погибших. Их было так много, что не возможно было продвигаться, не наступая на чье-нибудь тело.
Седой никогда себя так паршиво не чувствовал. А когда его взгляд остановился на знакомом кузнице, парень был готов и вовсе завыть.
Все его друзья, знакомые лежали тут. А ведь многие остались бы живы, если не послушались бы тогда его.
Когда его бабушка отошла в мир иной, парень скитался по провинции. Лишь в одной деревне пожалели бедолагу и взяли его к себе. Когда Седой хворал, это жена кузнеца выхаживала его. И как он отплатил бедной женщине, уговорив кузнеца записаться в войска…
Мужья никогда не обнимут своих жен, братья не вернуться домой. Кто знал, что этот день закончиться таким образом?!
Закат был ярко красным, будто эта битва достучалась до самих богов.
Весной, крестьяне празднуют приход тепла, хваля богиню солнца Аматарасу. Обычно, богине приносили жертву. Но не о такой жертве просила Аматарасу…
Седой рано осиротел, он даже толком не помнил своих родителей. Но его душа была настолько изранена, что в памяти сплыл голос матери, которая когда-то пела ему колыбельную. Далекий голос женщины звучал в голове Седого, когда он плача собирал тело своих друзей в погребальную тележку.
Седой не в силах переносить муки, шепотом произнес слова колыбельной.
— Летняя звезда, почему ты пылаешь красным? — Потому что прошлой ночью я видела печальный сон И мои глаза теперь красные от слёз, которые я проливала. — Летняя Звезда, почему ты сбилась со своего пути, потерявшись в бесконечном небе? — Я ищу заблудшее дитя, Но не смотря на то, что я ищу его так долго мои старания по прежнему напрасны. Именно поэтому я вновь и вновь буду видеть этот печальный сон. Пока Седой клял судьбу, в другом месте по странному стечению обстоятельств, женщина тихо напевала эту колыбельную своему ребенку. Она сердцем чуяла, что что-то не так, но ей и в дурном сне не привиделось бы, что все ушедшие на войну больше не вернуться в деревню. Что Седой не вынеся горе, в эту же ночь повесится.
Лирическое отступление. Блюз Хатимана.
(От автора: 72 Blues — My Name).
Кто Я?!
Когда то меня звали Охотник. В те далекие дни, когда только рождались древние боги, меня звали забытым именем. Сейчас это имя ничего не говорит простым смертным, для них оно неразборчивое сочетание звуков…
Кто есть Боги?!
Задайтесь этим вопросом, и вы поймете, что ответ не однозначен. Когда первый из смертных произнес слово, мир изменился, вселенная содрогнулась…
Бесспорно, боги сильны и обладают бессмертием. Но бессмертие это эфемерно, Мы древние еще не знали, как зависим от людей!
Кто есмь Я?!
Я уже не знаю. Но смутно помню, что когда-то у меня был брат. Он отвечал за поголовье скота, а я за охоту. Люди так и пели в своих молитвенных песнях, обращаясь к нам.
Но однажды, я уже и не помню кто, изменил песню и слова. Неважно как эти изменения произошли, за костром ли вечером, или же на попойках.
